Кольцо Соломона - Михаил Палев

– Я же сказал, что мне по хрену эти колдовские штучки, – презрительно заявил он. – История началась во времена прапрадеда моего деда. В ту пору в окрестностях их деревни завелись лихие люди. А леса тогда еще вокруг густые были. Вот и облюбовали их разбойнички. Грабили путников, возвращавшихся с ярмарок купцов, даже коробейниками не брезговали… Короче, отморозки еще те! Москва недалеко, так они и туда наведывались. Совсем обнаглели, короче, и власти послали против них солдат. Обложили те воровской лес, прочесывать начали. Разбойнички туда-сюда, а вырваться не могут: войсковой начальник взял проводников из местных, так что все лазейки перекрыли. Прижали их к болоту непроходимому. А тут мой прапрадед им и встретился. Разбойнички к нему: дескать, помоги! Пращур, не будь дурак, и говорит: выведу я вас через болото при помощи нечистой силы. Только нагруженными идти нельзя: потопнете. Приказал атаман все сокровища зарыть в глухом месте. Ну а дальше старый колдун их в болото завел, а сам и исчез. Так разбойники и сгинули. Долго потом его звали «Разбойничьим». Но я уж это болото не застал: еще до моего рождения осушили.

– А ваш предок знал, где разбойники зарыли сокровища? – спросил Шведов.

– А то! Ради чего он разбойников в топь завел? И тайну эту он передал своему внуку, а тот – своему, – пояснил Скавронов. – Так до моего деда и дошло известие о зарытом богатстве. И тут, когда настала пора деду помирать, он вдруг решил место клада сообщить моему младшему брату. Вот что старый хрыч удумал! Так и сказал: на сокровище этом кровь, и девяти поколениям их трогать нельзя; сейчас срок пришел, когда достать можно, но все это богатство надо пустить на основание монастыря, где монахи денно и нощно будут молиться за души невинно убиенных и прощение грехов их убийцам. Ты, говорит, Виталька, до денег охоч и в Бога не веруешь, да и колдовскую силу тебе передавать опасно – так что передам все Витьке! Вот что учудил, сволочь старая!

От избытка чувств Скавронов смачно сплюнул в угол.

– Такая меня обида взяла, что и описать нельзя! Дед помер, а я с Витькой попытался по-хорошему договориться: поделить поровну. Пусть свою долю на монастырь тратит, чтобы там толстомордые монахи бездельничали, а мою – отдай! Да не согласился он, дурак. Вот и пришлось его, чтобы богатство на глупость не потратил, нейтрализовать. Вынудил меня, подлец, грех на душу взять!

– Погоди! Так это ты сам брата своего, колдуна, так зверски убил? – догадался Тавров.

– А что мне делать оставалось? А насчет того, что зверски… Нужно было добиться, чтобы дело мне передали: тогда бы я все концы в воду спрятал. Вот я и придумал эту штуку с колом – уж больно характерный почерк! Потом еще одну бабу, которую ведьмой считали, также кончил, да еще одного колдуна – тут уж все три дела в одно объединили и в Следственный комитет передали. Там уж я добился, чтобы оно ко мне попало.

– Это понятно, но зачем вам кольцо Соломона? – спросил граф.

– Я узнал, что при помощи кольца Соломона можно вызвать демона, который легко клады отыскивает, – пояснил Скавронов. – Вот и хочу, чтобы он мне мое сокровище нашел. А то Витька даже перед смертью мне не сказал, где клад спрятан, – свинья этакая!

– Да, согласно магической книге «Гоэтия» способностью отыскивать скрытые вещи и, в частности клады, обладают великий король Пурсон, губернаторы Форас и Волак, принц Сеар и граф Андромалиус – все они из числа семидесяти двух могущественных демонов, над которыми властно кольцо Соломона, – сказал граф. – Но как вы узнали, что кольцо Соломона находится у Федуна?

– Меня Сиплый нашел, когда его Илларионов нанял. Им нужен был свой человек в правоохранительных органах, который мог бы их прикрыть. Продажный полицейский, так сказать. Этот дурачок Сиплый даже не представлял ценности того, что искал. Сказал, мол, что у одного колдуна в Псковской области есть колечко железное, которое огромную ценность для коллекционеров представляет. Попросил прикрыть. А я, конечно, согласился!

Скавронов расхохотался, вспоминая удачно проведенную операцию.

– Чтобы на Псковщину в командировку поехать, я киллеру Илларионова заказал убийство прокурора в Порхове. Вот он, кстати, этот киллер – рядом с Илларионовым лежит.

И Скавронов кивнул на труп.

– Вместе с Илларионовым убивали, вместе и сдохли! Судьба! – философски прокомментировал Скавронов и вернулся к повествованию.

– Вот я и поехал в Порхов в командировку, якобы убийство прокурора расследовать, а там уж и с Федуном разобрался так же, как и с остальными. Но он тоже ничего не сказал мне, как и Витька. И тут вспомнил я про дело, в котором Валерий Иванович вместе с Белиссеновым был замешан. Вот и решил привлечь Таврова. И не ошибся! Здорово вы мне помогли, Валерий Иванович!

– Илларионов, я так понимаю, ни о чем не знал? – мрачно поинтересовался Тавров, болезненно воспринявший издевательскую благодарность Скавронова.

– Конечно, нет! Потому так и беспокоился, суетился, в Погранзону в бессрочную командировку вас отправить пытался, – пояснил Скавронов.

– Деньги-то ты хоть получил за услуги? – с презрением осведомился Тавров. – А то ведь теперь ни с Илларионова, ни с Ледера ни шиша не получишь.

– Аванс получил, а теперь, когда у меня кольцо есть, мне их гроши не нужны, – самодовольно заявил Скавронов. – У меня своего законного богатства хватает, мне чужого не надо!

– Да уж! Как в анекдоте про семейку профессиональных воров: «Нам чужого не надо, нам ворованного хватает», – с сарказмом отозвался Тавров.

– Смейтесь, смейтесь, Валерий Иванович! – хищно осклабился Скавронов. – Смерть с улыбкой встретить – примета хорошая!

Скавронов навел автомат на Таврова и приказал:

– А теперь у той стены встаньте, что у вас за спиной. Все трое. Живо!

– Да пошел ты! – с ненавистью бросил Шведов, демонстративно развалившись на Книге.

– Солидарен, – присоединился граф, доставая сигару.

– Дурак ты, Виталик! – презрительно бросил Тавров.

– Возможно! – усмехнулся Скавронов. – А вы уже покойники. Сейчас я вас грохну, потом выйду наружу, запечатаю вход в подземелье кольцом Соломона, и никто вас здесь не найдет во веки веков. Будете вечными хранителями Книги Агриппы!

Скавронов захохотал и вскинул автомат. И вдруг снова опустил его. На лице следователя застыло выражение недоумения.

* * *

– Правильно, Валера, дурак, – услышал Тавров знакомый голос. Не может быть!

Сыщик повернул голову: возле мерцающего прямоугольника стоял отец Иоанн, облаченный в рясу, и спокойно глядел на опешившего Скавронова.

– Белиссенов?! – изумленно воскликнул Скавронов. – Что вы тут делаете?

– Пришел выручать товарищей, – ответил отец Иоанн, вставая между ними и Скавроновым. Тот попятился назад, пока не уперся в стену. – А еще сказать тебе, что ты дурак, – спокойно сообщил отец Иоанн. – Кольцо в карман сунул, а то, что оно может быть фальшивым, тебе в голову не пришло!