Принц Эдип - Наталья Андреева

— И как тебя угораздило! Выходила замуж за простого бухгалтера, а стала женой миллионера! Бедная Люся!

— Я и сама не знаю, как это вышло, — понуро ответила Люся. Бедняжке даже не с кем было теперь поговорить! Вдруг хозяйка особняка спохватилась: — А ты как?

— Нормально. Работаю главным редактором журнала. Но все это… не то. Я хочу свой журнал. Хочу быть хозяйкой. Уверена: у меня получится. Деньги нужны.

— Возьми кредит, — посоветовала Люся.

— Дима предлагал мне деньги, — нехотя сказала подруга.

— Кстати, как он?

— Не поверишь! Димка-то угадал! Рынок компьютеров один из самых перспективных! Разбогател, такими делами ворочает!

— Не женился? — тихо спросила Люся.

Ная улыбнулась, вспомнив последний разговор с Димой. После того, как Сажин уволился из КБ, они не виделись несколько лет. Ная уже и думать об этом забыла. Разошлись, как в море корабли, и точка. И вдруг Сажин объявился! Подкатил к редакции, где она работала, на пятисотом «Мерседесе», с охапкой роз. Ная охнула:

— Как ты меня нашел?

К тому времени она сменила несколько съемных квартир. Но Сажин только улыбнулся:

— Думаешь, это так сложно для человека, который миллионами ворочает? Найти в Москве Наину Львовну Нечаеву, самую красивую и умную женщину, талантливую журналистку?

— Откуда такие деньги? — только и спросила она.

Поехали в ресторан. Его рассказ был долгим. Открыл свою фирму, стал торговать компьютерными программами, потом и компьютерами, комплектующими к ним, факсами, принтерами, мобильными телефонами… Ная мельком бросила взгляд на его правую руку. Обручального кольца на пальце не было. Сажин рассмеялся:

— А спросить?

— О чем? — она, словно недоумевая, подняла брови.

— Как, мол, жена, дети?

— Ну и как?

— Все в порядке. Жена фотомодель, к детям наняли гувернантку.

Она не смогла скрыть разочарования. И Сажин это заметил. Расхохотался:

— Я пошутил. Хотелось тебя проверить. Нет у меня ни жены, ни детей. — Он сделал паузу, потом медленно сказал: — Послушай, ведь мы так любили друг друга. Может, пора, наконец?

— Что пора? — насторожилась она.

— Я ведь предложение делать приехал.

Он полез в карман пиджака и достал коробочку. Ная сразу поняла: обручальное кольцо. Бриллиант она оценила. Долго любовалась игрой камня в свете свечей, потом закрыла коробочку и со вздохом сказала:

— Теперь мне уже надо до тебя дорасти. А то у нас опять получается неравный брак. Я так не могу. Забери.

И она положила коробочку с кольцом на стол.

— Брось! — горячо сказал Сажин. — Ты ведь женщина! В этой гонке ты все равно проиграешь!

— А мы посмотрим.

— Значит, это отказ? — он посмотрел ей прямо в глаза. Ная улыбнулась:

— Ну, почему же? Я всего лишь не взяла кольцо. За деньги не согласна. А за интерес…

Он все понял. В его взгляде вспыхнула страсть. Сажин тут же подозвал официанта расплатиться. Больше они ни о чем не говорили. Ночь была бурной, проснувшись утром на смятых простынях, она долго глядела в потолок. Двадцать лет… Если бы не было этих расставаний, сохранили бы они прежнюю страсть? Вряд ли.

И все началось сначала. Люсе она не стала рассказывать подробностей. Да, она могла занять денег у своего любовника. В конце концов, могла просто взять. Без отдачи. Гордость не позволяла. Ей все-таки хотелось выйти за него замуж, но хотелось также, чтобы это был равный брак. Не снисхождение. Нае пришлось обратиться к Петру Рябову.

Ох, как ей было нелегко! Как много лет прошло с того дня, когда она пыталась его соблазнить и получила отказ! Но память еще свежа. А Рябов? Станет ли вообще иметь с ней дело?

Вышло все само собой. Люся пригласила Наю на свои именины, Сажин в это время уехал за границу, на выставку, и Ная поехала одна. Посидели за столом, выпили, Люся, как всегда, всплакнула. Спиртное действовало на нее моментально. Люся становилась вялой и вскоре засыпала. Когда она, извинившись, ушла в спальню, Ная решила: надо воспользоваться моментом и поговорить с Рябовым. Петр Николаевич поймал ее взгляд. Объяснять ему не требовалось. Он кивнул:

— Может, пойдем в библиотеку?

Гости к тому времени разбились на группки, по интересам. Отсутствие хозяйки никого не смущало, все знали: Людмила Федоровна полежит с полчасика, пока действие шампанского пройдет, и вернется.

Ная шла в библиотеку, сердце ее тревожно билось. Рябов плотно прикрыл дверь и тяжело опустился в глубокое, удобное кресло. Потом кивнул:

— Что ты стоишь? Садись.

Она села. Замялась:

— Я даже не знаю, с чего начать.

— А ты говори прямо: деньги, мол, нужны, Петр Николаевич.

— Откуда знаешь?

— Ко мне с другим не приходят, — усмехнулся Рябов.

— Что ж, Петр Николаевич. Ты прав. Мне деньги нужны! — она тряхнула черными кудрями. Рябов кивнул на нее внимательный взгляд:

— Хочешь еще раз попробовать меня соблазнить?

— Значит, ты не забыл? — невольно она залилась краской. Ох, и дура же была!

— Разве такое забудешь?

Он вдруг рассмеялся. Ная смотрела на Рябова с недоумением. А Петр Николаевич все смеялся. Взахлеб.

— Дурак я, дурак! — Рябов вытер выступившие на глазах слезы. — От такой женщины отказался! Вот что значит, молодость! — Поймал ее удивленный взгляд и спросил: — Ну, что смотришь? С Людмилой я никогда не разведусь. И изменять ей не буду. Любовницы у меня нет. И не будет. Но если, положим, во время поездки за границу я захочу посетить тайский массаж…

Ная оторопела. С чего это вдруг Рябов разоткровенничался? Пьяный? Больше двух рюмок водки он не пьет и головы никогда не теряет, ей ли этого не знать! А вдруг она Люсе скажет? Хотя изменой это назвать трудно. Так, пустячок. Маленькая шалость. И надо же человеку как-то расслабляться. Не железный же он.

— Я шучу, — серьезно сказал вдруг Рябов. И без всякого перехода: — Я дам тебе денег.

— Ты даже не спросил, сколько и на что, — растерялась Ная.

— Представишь подробный бизнес-план, оговорим проценты. Возврат кредита, — объяснил он, поймав ее настороженный взгляд. — Не бойся, не обману. Беспроцентную ссуду, как я понял, ты брать не собираешься. А то бы ты к Димке пошла.

— Тебя не удивляет, почему не пошла?

— Это не мое дело, — отрезал Рябов. — Процент я возьму минимальный. В банке тебя обдерут, как липку. Я этого делать не буду. А всех денег не отдашь — не обижу. Слово Рябова. Приезжай завтра ко мне в офис. Готова?

— Давно готова.