Властелин суда - Роберт Дугони

Западное крыло, Вашингтон, округ Колумбия

Эксетер выпустил свою погремушку и встал, приветствуя вошедшего в кабинет Медсена. Тот почесал ему макушку и позвонил секретарю, чтобы разрешила войти посетителю.

— Извините, что беспокою вас, — сказал Риверс Джонс еще в дверях, входя в кабинет. Его походка стала заметно энергичнее. — Но вы сказали, что желаете получать полную информацию о ходе расследования по делу Браника. А мы столкнулись с проблемой.

Медсен, не переставая почесывать голову собаке и скармливать ей сухарик, поднял бровь.

— Мы проанализировали записи телефонных разговоров Браника за последние шесть месяцев. Один телефонный номер в них повторяется. — Джонс обогнул кресло так, словно дистанция была способна смягчить удар, который он, несомненно, нанесет своей информацией. — Это номер телефона в Мак-Лине. Звонки туда шли постоянно, в любое время дня и ночи. Иногда следовали один за другим. В последний день звонили несколько раз.

— Женщина, — предположил Медсен, все еще почесывая голову собаки.

Джонс наклонился вперед.

— Эскорт-леди, сэр.

Медсен поднял глаза.

— Проститутка.

Джонс кашлянул.

— Можно и так сказать.

— Занимается сексом с мужчинами за деньги?

— Да.

— Проститутка...

Поставив свой портфель на кресло, Джонс вынул из него листок бумаги в целлофановой обложке и протянул его Медсену.

— И вот что мы обнаружили.

Щелчком пальцев приказав Эксетеру отправляться обратно к своей погремушке, Медсен сделал шаг и взял документ. Он нацепил на нос бифокальные очки для чтения.

— Где? — спросил он, опуская страницу.

— В его портфеле.

— Кому еще это известно?

— Трудно сказать. Портфель находился в его кабинете, когда мы вошли туда, чтобы... чтобы все проверить. До тех пор кабинет был опечатан, так что, может быть, никому больше это и неизвестно, но уверенным быть не могу.

— Можете.

Джонс кивнул и забрал бумагу. Над их головами жужжал кондиционер.

— Простите мне мои слова, генерал, но, мне кажется, вы не удивлены.

Медсен ухмыльнулся.

— Мало что в людях и людских характерах способно меня теперь удивить, Риверс. Всю жизнь я наблюдаю и оцениваю людей. Что, к несчастью, превратило меня в циника. Чрезвычайно редко люди таковы, какими хотят казаться. Знакомя вас с этим делом, я сказал, что подозреваю худшее. Уверен, что, в частности, и поэтому президент выразил желание проявлять тут деликатность.

Повернувшись, Медсен обогнул стол и опять встал за ним.

— Что вы намерены делать?

Секунду Джонс собирался с мыслями:

— Намереваюсь побеседовать с этой женщиной, Терри Лейн, разузнать, что ей известно, когда в последний раз она виделась или говорила с мистером Браником.

Медсен потер ладонью рот с видом глубокой задумчивости.

— Вы не согласны?

Медсен пожал плечами и взмахнул рукой.

— Ответственный за расследование вы, Риверс.

— Но я считаюсь с вашим мнением, — огорченно заметил Джонс.

Медсен сделал глубокий вдох.

— Беседа с этой женщиной станет известна, Риверс. И мы оба это знаем. Чем больше камушков швырнешь в водоем, тем больше его взбаламутишь, а чем больше взбаламутишь, тем больше вероятность, что какая-нибудь из волн достигнет берега. Поговорить с этой женщиной, так кто знает, до чего она договорится, когда откроет рот.

— Сэр?

— Учитывая выбранный ею род деятельности, Риверс, и тот факт, что звонки шли в Мак-Лин, я могу предположить, что она имела дело с постоянными и весьма состоятельными клиентами. Неужели вы думаете, что журналисты удовольствуются одним только Джо Браником? Они тут же унюхают кровь. Почуют скандал.

— Вы не считаете, что ей лучше помалкивать?

Такое предложение позабавило Медсена.

— Мы, конечно, не знаем, каким образом эта женщина записывала и контролировала свои встречи с клиентами, Риверс, дабы обезопасить себя. Но если все обстоит так, как я подозреваю, она будет первым человеком на всех телевизионных ток-шоу, вроде «Опры», по всей Америке. — Медсен покосился направо, словно уже различал там силуэт Роберта Пика, восседавшего в Овальном кабинете. — И вообразите, какой убийственной для родных Джо Браника окажется подобная история, просочившись в прессу. — Он прошелся взад-вперед за столом. — Президент, без сомнения, хочет оградить своего павшего соратника, Риверс. К несчастью, я опасаюсь, что другие придерживаются на этот счет иного мнения. После Уотергейта и Кена Старра все только и ждут возможности стащить президента с пьедестала.

Джонс откашлялся.

— Я думал об этом, и мне кажется, нащупал решение.

Медсен повернулся к нему.

— Полученная информация не отменяет факта самоубийства мистера Браника.

— Полагаю, что так, — согласился Медсен.