Шепот дьявола - Кей Хупер

Шелби убрала фотографии в сумку и постаралась изобразить равнодушие. Она не боялась, но Нелл строго предупредила ее, что следует быть очень, очень осторожной. Шелби понимала, что Джастин прав и она только что совершила серьезную ошибку. Но теперь-то останавливаться глупо.

— Ты забыл взглянуть на оборотную сторону каждой фотографии. Там я карандашом пометила, когда делала снимок. Специально доставала негативы и сверялась.

— И что?

— Итан каждый раз разговаривал с потенциальной жертвой накануне убийства. Как тебе такое совпадение?

— По меньшей мере, странное, — медленно промолвил он.

— О, господи, — прошептала Хейли в шоке. Увидев свою сестру (Нелл подумала о том, как выглядит она сама, должно быть, как привидение), которая наблюдала за отвратительной перебранкой между ней и ее любовником, Хейли почувствовала смятение, особенно если вспомнить, что Нелл уехала больше десяти лет назад.

Что тогда могла подумать Хейли? Что с ней происходит нечто паранормальное, вроде визита недавно почившей родственницы? Может, она подумала, что Нелл явилась к ней в момент своей смерти, чтобы попрощаться?

Нелл хотела сказать что-то сестре, уверить ее, что она жива, что просто… Что просто? Что она появилась из будущего?

Это продолжалось всего секунду, потому что Нелл была слишком потрясена, чтобы инстинктивно не вырваться из видения и не вернуться в настоящее. То, что она видела, постепенно скрывалось в тумане, потрясенное лицо Хейли исчезло в темнеющей дымке, которая становилась все более непроницаемой, и на какой-то момент, показавшийся Нелл бесконечным, ее саму поглотило что-то темное.

Это что-то было пространством, и она была там не одна. Кто-то… что-то… было рядом, наблюдая, почти касаясь ее… тянулось к ней.

Нелл была абсолютно уверена, что, если это нечто коснется ее, она умрет, и стала отчаянно бороться, стараясь освободиться от давящей тьмы. Усилие отняло у нее всю энергию. Нелл страшно ослабла.

Внезапно и тьма, и прошлое исчезли. Нелл вернулась в настоящее с быстротой, которая напугала ее едва ли не больше, чем само видение. Голова едва не лопнула от неожиданного острого приступа боли, и она сама услышала свой вскрик.

У нее никогда в жизни так не болела голова. Ее терзала невероятная боль, как будто кто-то горячий и злобный пытался проникнуть в ее мозг…

«Нелл».

— Зло, — пробормотала она, открывая глаза. Сначала она увидела только темноту, но тьма быстро рассеялась, и она поняла, что смотрит на темно-синюю рубашку и черный кожаный пиджак.

— Нелл, ради всего святого…

Она смутно чувствовала руки Макса на своих плечах, а когда подняла глаза, то разглядела, что он бледен и мрачен. Только когда он схватил ее за запястья, Нелл сообразила, что ее ладони крепко прижаты к собственным щекам, так крепко, как будто старались удержать что-то внутри.

— На этот раз это был не обморок? — спросил Макс, осторожно отводя ее ладони от лица.

— Нет, — сказала она очень тихо, почти что шепотом. Говорить громче ей было больно. — Голова кружится… Я думаю, мне лучше куда-нибудь сесть.

Макс помог ей подойти к скамейке, стоявшей у кровати Линча. Только тогда она заметила Итана, прислонившегося к комоду со скрещенными на груди руками. Лицо спокойное, но слегка побледневшее, как у Макса.

Нелл улыбнулась, еле-еле, одними уголками губ.

— Похоже, я вам тут устроила представление? — Она старалась говорить спокойно.

— Ну, ты могла бы испускать клубы дыма и огненные языки, но мертвое молчание и полностью отсутствующий взгляд и без этого производили чертовски сильное впечатление. — Итан взглянул на часы. — В течение двадцати минут ты была настоящим зомби.

— Что?

Макс сел рядом.

— Из них я последние десять минут пытался вывести тебя из этого состояния.

— Я предложил дать тебе пощечину, — сообщил Итан, — но Макс не разрешил.

— Почему ты ушла так глубоко? — спросил Макс, проигнорировав замечание Итана.

Головокружение прошло, но голова все еще болела, мысли расплывались.

— Дело в том… Я была не здесь.

— Странно, а казалось, что никуда не уходила.

— Итан, заткнись ко всем чертям, сделай мне одолжение, — взорвался Макс. — Нелл, о чем ты говоришь? Если ты была не здесь, то где?

— Ага, скажи-ка нам, где, — предложил Итан.

Если бы у нее было несколько минут покоя и тишины, чтобы подумать, Нелл, возможно, ответила бы иначе. Но от настойчивости Макса и насмешливого скептицизма Итана голова болела все сильнее. Поэтому она подчинилась минутному порыву.

— Рада сообщить тебе, где именно, — заявила она, глядя прямо в глаза шерифу. — Как только ты поделишься с нами, сколько времени длилась твоя интрижка с Хейли.

Молчание, казалось, обрело вес. Так продолжалось с полминуты, и все это время Итан не сводил с Нелл взгляда. Наконец медленно произнес:

— Она тебе сказала.

— Я не поддерживала никакой связи с сестрой почти двенадцать лет, Итан. А больше ведь никто не знал? Хейли настаивала на тайне?

— Лично я ничего не знал, черт побери, — пробормотал Макс.

Итан взглянул на него, затем снова уставился на Нелл.

— Да, она настаивала, чтобы мы держали в тайне наши отношения. И не хотела сказать мне, почему. Смысла-то никакого не было. Мы давно были совершеннолетними и свободными. Мой брак к тому времени распался, она тоже вроде ни с кем не встречалась. Во всяком случае, открыто. И длился-то наш роман всего два месяца.

— Тогда как же ты узнал про нее и Питера Линча? — спросила Нелл. По правде говоря, на ответ она не рассчитывала, но он ответил:

— Думаю, она хотела, чтобы я узнал. Мы были у меня, ей понадобилось взять что-то из сумки, уже забыл, что именно. Попросила меня принести. В сумке из незастегнутого кармана торчала фотография. Ее с Питом. — Его лицо слегка перекосилось. — Они играли в какую-то сексуальную игру. Она была одета как… школьница. Наверное, потому, что он любил молоденьких.

К этому времени Нелл наслушалась уже стольких историй о сексуальных подвигах Хейли, что даже не была шокирована. Но ей до боли было жаль сестру. То, как Итан о ней говорил, предполагало, что отношения могли стать серьезными, возможно, длительными. Интересно, знала ли об этом Хейли, подумала Нелл. Возможно, она намеренно все разрушила.

А если так, почему? Потому что считала себя недостойной? Потому что к этому моменту у нее было уже достаточно шрамов, как на душе, так и на теле от игрищ с садистами? Или потому, что она понимала, что никакие настоящие отношения невозможны, пока жив Адам Галлахер?

— Сколько времени ты уже знаешь, что именно Хейли — то общее, что связывает всех убитых мужчин? — спокойно спросила она Итана.