Змея в гостиной - Мередит Митчел

– Убийца найден? – перебила его Шарлотта, рывком поднявшаяся на подушках.

– Ваша мачеха утверждает, что мистера Ходжкинса убил мистер Соммерсвиль. – Миллз не счел необходимым скрывать от девушки подозрения миссис Феллоуз, которые охотно разделял.

– Ричард? Но этого не может быть! – Ошеломленная этой новостью, Шарлотта посмотрела на мачеху, затем на отца, словно надеялась, что услышанное ею – дурная шутка суперинтендента.

– Приляг, моя дорогая, тебе не стоит так волноваться. – Миссис Феллоуз мягко надавила на плечи девушки, укладывая ее обратно на софу. – Тебе лишь нужно припомнить, как мистер Соммерсвиль говорил, что готов разорвать Ходжкинса на части, разрезать на куски или что-то столь же кровожадное.

– Мистер Соммерсвиль произносил нечто подобное в разговоре с вами, мисс Феллоуз? – Суперинтендент Миллз решил, что не должен отдавать миссис Феллоуз инициативу во время допроса, тем более в присутствии констебля.

– Мистеру Соммерсвилю не нравился мой жених, но это не означает, что он собирался убить Ходжкинса! – Щеки мисс Феллоуз начали покрываться краской гнева.

– Расскажите мне, что говорил вам мистер Соммерсвиль во время благотворительного бала. – Миллз никак не отставал. – Если вы будете запираться, мне придется взять вас под стражу, возможно, вам предъявят обвинение в пособничестве убийце!

– Дорогая, тебе не следует спорить с суперинтендентом, – назидательно прибавил мистер Феллоуз. – Чем скорее ты расскажешь все, что тебе известно, тем скорее сможешь отдохнуть.

– Хорошо, я постараюсь помочь вам, но не уверена, что вспомню все в точности. – Шарлотта издала мученический вздох, но суперинтендент продолжал выжидательно смотреть на нее. – Мы с Ричардом… мистером Соммерсвилем разговаривали во время танцев, вы ведь знаете, это не самый подходящий момент для серьезной беседы.

– Да-да, конечно! И тем не менее вы поделились со своей мачехой подробностями вашего диалога с Соммерсвилем, значит, вы его запомнили!

– Мистер Соммерсвиль просил меня не приносить себя в жертву, исполняя обязательства, данные не мною, но я отказалась. – Шарлотта остановилась.

– Продолжайте, мисс Феллоуз! – Строгий голос Миллза говорил о том, что он не намерен терпеть дальнейшие проволочки.

– Я предложила ему уехать куда-нибудь и оставить меня в покое. Все уже окончательно решено. Тогда мистер Соммерсвиль заметил, что моя мачеха молится о каком-нибудь счастливом событии, которое могло бы поспособствовать расторжению помолвки.

Суперинтендент Миллз покосился на миссис Феллоуз – то же самое говорил Ричард в гостиной.

– Какое событие имелось в виду? – вкрадчиво спросил он.

– Мое приданое не настолько велико: после того как мы купили это поместье, от наследства осталась едва ли треть, – неторопливо продолжала Шарлотта. – Мистер Ходжкинс мог расторгнуть нашу помолвку ради другой леди, чье приданое понравилось бы ему больше.

Миссис Феллоуз кивнула. «Вот видите, суперинтендент, – словно бы хотела сказать она, – именно это я и имела в виду, ничего более, никаких мыслей об убийстве не могло закрасться в мою милую головку, так изящно причесанную!»

– Что же тогда произнес мистер Соммерсвиль? – Миллз, кажется, убедился в том, что миссис Феллоуз говорит правду от первого до последнего слова.

– Он сказал… – Шарлотта запнулась. – Вы же понимаете, он любит меня и был очень расстроен!

– Что он сказал? – рявкнул суперинтендент, вскочил с места и в два шага приблизился к софе.

Шарлотта испуганно сжалась, даже миссис Феллоуз отпрянула, словно боясь, что Миллз сейчас схватит ее за плечи и начнет трясти.

– Послушайте, вы не должны так… – На бормотание мистера Феллоуза суперинтендент не обратил ровно никакого внимания.

– Говорите, мисс Феллоуз! Или наша беседа продолжится в торнвудском полицейском участке!

– Успокойтесь, прошу вас, – пролепетала миссис Феллоуз. – Вы напугали нас, суперинтендент Миллз! Шарлотте надо собраться с мыслями, она сейчас же все расскажет…

– Вы думаете, я не вижу, как эта юная леди старается выгородить мистера Соммерсвиля? – Побагровевшее лицо Миллза искривилось в усмешке, выпитое за обедом вино обычно приводило его в благодушное настроение, но не сегодня.

– Мы считали мистера Соммерсвиля другом нашей семьи, и Шарлотта еще не может осознать, что он оказался убийцей! – Миссис Феллоуз повернулась к падчерице. – Чем больше ты упрямишься, дорогая, тем хуже ты делаешь Соммерсвилю.

– Совершенно верно, юная леди! – Суперинтендент Миллз поднял вверх пухлый палец. – Лучше будет, если вы не станете от нас ничего скрывать. Тем более что нам с констеблем Катлером уже все известно со слов миссис Феллоуз.

– Мне нечего скрывать. – Шарлотта справилась с испугом и теперь сердилась на то, что ее заставили почувствовать себя провинившейся девочкой, которую накажут, если она не сознается в своем проступке. – Мистер Соммерсвиль сказал, что готов своими руками разорвать на части Ходжкинса, пусть даже я не соглашусь выйти за него!

– Вот видите, в том, чтобы сказать правду, нет ничего сложного. – Миллз удовлетворенно потер руки. – Жаль, что ни вы, ни миссис Феллоуз не придали этим угрозам должного значения. Возможно, мистера Ходжкинса можно было спасти, не пригласи вы Соммерсвиля в свой дом.

– Ну как вы можете утверждать, что Ричард угрожал моему жениху? – Шарлотта чуть не плакала от злости. – Разве сами вы никогда не думали, что хотите чьей-нибудь смерти?

Этого ей говорить не следовало. Суперинтендент Миллз почувствовал себя глубоко оскорбленным, но спорить с юной девушкой, в наличие у которой ума он бы ни за что не поверил, было ниже его достоинства.

– Вашим родителям следовало бы больше заниматься вашим воспитанием, мисс, – холодно ответил суперинтендент и обернулся к констеблю. – Катлер, найдите Хея и распорядитесь, пусть готовят экипаж. Мистер Соммерсвиль должен быть арестован по обвинению в убийстве.

– Но Ричард не убийца! – Удерживаемая мачехой, Шарлотта все же вырвалась и соскочила со своей софы.

– Кто же, по-вашему, убил мистера Ходжкинса? – с ядовитой насмешкой обратился к ней Миллз.

– Я не знаю… Он вел себя высокомерно и мог приобрести врагов среди наших соседей… – Мисс Феллоуз опустила глаза, чтобы не видеть насмешки суперинтендента.

– Вы молоды и можете позволить себе болтать всякий вздор, мисс Феллоуз. – Теперь Миллз обращался к ней едва ли не по-отечески. – Я же, как должностное лицо и человек с большим опытом, не могу основываться на подобных предположениях. Никто из ваших соседей ни слова не произнес о том, что у мистера Ходжкинса были недруги в Торнвуде. Пусть он и не вызывал симпатии, но к нему относились как к вашему жениху, и только. И лишь мистер Соммерсвиль имел причину желать его гибели, а с приглашением на бал вашей мачехи приобрел и возможность избавиться от соперника. С вашей же стороны дурно заверять нас в его невиновности. Пусть вы и не любили мистера Ходжкинса как должно, он все-таки был вашим женихом, и вам сейчас надлежит скорбеть о нем, а не оправдывать его убийцу!