Голоса ночи - Анна Малышева

Она взглянула на Сашу и по его виду поняла, и о том, что Юра и Ада Дмитриевна курят «Данхилл», он жене не сообщал.

– При чем тут окурок! – продолжала возмущаться Лена. – Я эту женщину не знаю и знать не хочу, но я знаю одно, у Игоря никогда ничего с ней не было! Откуда ты это взяла?

– Так я тебе и сказала, – с наслаждением ответила Анжелика. – Хватит с тебя того, что я это знаю, я, слышишь?

– Оба вы с ума сошли, – проворчала Лена. Но видно было, что она сильно нервничает. – Придумали.

– Зачем нам это придумывать? – Саша окончательно встряхнулся, расшевелился, даже стул под ним стал скрипеть, Саша раскачивался на нем по своей всегдашней привычке. – Чтобы тебя позлить? Ладно, бог с ней, с соседкой. Меня другое интересует. Что ты ему рассказала?

– Все!

– Все? – недоверчиво повторил он. – И про банковский счет – тоже?

– Да.

– Почему же он не пошел в банк и не перевел все деньги на себя? Счет как был общим, так и остался!

– Я не знаю почему… – вздохнула она. – Я ему говорила – надо немедленно переделать счет… Но он сказал, что сам этим займется.

– Странно, – протянула Анжелика. – Он всегда так трясся за свои денежки… А может, он не принимал всерьез наш план?

– Принимал, – отрезала Лена. – И даже не слишком удивился, когда все узнал.

– Хватит! – вмешался Саша. – Я что-то ничего не понимаю с деньгами… Но ведь она, – он указал на Анжелику, – сняла деньги за три дня до его смерти… Если он знал, что мы готовим, может, он и про это знал?

– Да, – кивнула Лена. – И тогда он мне сказал, что, видно, вы пойдете на все. И еще сказал, что ничего другого от вас не ждал.

– Тогда тем более непонятно, почему он оставил в покое счет!

– Мне тоже непонятно.

– А он знал, что после его смерти мы собираемся поделить все оставшиеся деньги?

– Он все знал! – с ненавистью подтвердила Лена. – И про Ликины долги, и про ее проигрыш, и про ее расписку под проценты, и про твои долги, и про твой совет его убить, и про деньги… Все это не слишком похоже на шутку! Он все знал с самого начала, с того дня, как вы рассказали об этом мне! Можете не сомневаться!

– Господи… – прошептала Анжелика. – И все эти дни мы жили вместе, и он молчал! А мне казалось, все идет как обычно, он ни о чем не подозревает… По нему ничего не было заметно! Но как же так! Значит, получается, что он знал, что это именно вы звоните в дверь?!

– Конечно, – невозмутимо ответила Лена, обращаясь больше к мужу. – Ведь я ему сообщила, что мы придем его убить.

– То есть меня убить! – кивнул он. – Вела меня на убой, как барана!

– Вот именно, – тихо ответила Лена. – Только он не открыл нам. До тебя хоть дошло или нет? Он не открыл ни в первый раз, ни во второй… В третий мы сами открыли дверь. Я все эти три дня звонила ему, умоляла не затягивать, иначе вы решитесь на все и обойдетесь без меня, а тогда мало ли что может случиться… Он или отмалчивался, или просил меня не беспокоиться – сам разберется. Но чем больше вы его боялись, тем опаснее становились. И в третий раз я решила: мы с тобой откроем дверь сами, войдем, и тогда ему уже не отвертеться… Он не хотел тебя убивать! Он не мог на это решиться! Господи!

Она скорчилась в углу дивана и заревела. Сквозь частые всхлипывания можно было разобрать: «такого подлеца», «я говорила», «какой-то гад», «Игорь»… Анжелика не выдержала, встала, ушла на кухню и уставилась на гору немытой посуды в раковине. Потом отыскала три чистые чашки, поставила на плиту чайник, достала из шкафчика растворимый кофе. Руки у нее дрожали, и она не слишком крепко держала все, за что бралась. Банка с кофе с глухим стуком упала на пол. Пол был не плиточный, как у нее на кухне, и банка уцелела. Она нагнулась, чтобы подобрать ее, и увидела у самого своего лица ноги Саши. Он стоял, прислонившись плечом к косяку и заложив пальцы за пояс джинсов. Встретив ее взгляд, кивнул в сторону комнаты:

– Плачет, это надолго.

– Кофе будешь?

– Давай. Какой дурдом. – Высказав это суждение, он уселся за стол и подпер щеки кулаками. Анжелика налила две чашки кофе, захватила сахарницу и уселась рядом с ним.

– А ей отнести? – спросила она.

– Ничего ей сейчас не надо.

– Как ты думаешь, она… – Анжелика подняла брови и показала пальцем на дверь.

– Уйдет? – понял Саша. – Никуда она не уйдет. Некуда ей идти.

– Как это? А мама?

– Есть и папа, и мама, конечно. Но она останется здесь.

– Откуда ты знаешь?

– Ты думаешь, я ей разрешу уйти после всего, что она тут рассказала?

– А как ты ее задержишь?

– Да уж как-нибудь, – ответил он и принялся за свой кофе. А Анжелике почему-то вспомнились выкрики Лены: «Не оставляй меня с ним, он меня убьет!» И она подумала, что если Саша и не убьет жену после всего, что он услышал, то изрядно отколотить все-таки сможет. Уж слишком решительный у него был вид. Она робко спросила:

– Слушай, Саш, а как теперь на нашем фоне смотрится Игорь?

– Никак не смотрится, – проворчал он, энергично дуя на кофе. – Ты что, тоже поражена его благородством?

– Н-ну… Вообще-то да, – призналась она. – Ведь он мог пристукнуть меня сразу, как все узнал. Мог бы тебя убить. Мог счет закрыть. Да мало ли что он мог! Но ничего не сделал. А как держался в последние дни! Невероятно! Такое хладнокровие, такая выдержка… Не сказал мне ни одного резкого слова… Ни разу не сорвался! Ты бы так смог? Я бы на его месте не знаю, что сделала! Я ничего подобного от него не ожидала… Знаешь, я кажется, впервые зауважала своего мужа! А ведь именно этого он добивался от меня столько лет!

– Ну, ты еще разревись, как Ленка! – злобно ответил он. – Да он бы и тебя убил, и меня, и ее заодно, если бы не струсил!

– Ты думаешь?

– Я знаю! Эта корова ревет и думает, что потеряла самого благородного мужчину на свете! Ты-то хоть глупостей не говори!

– Я не говорю, – еще больше оробела она. – Тебе лучше знать… Слушай, а это так страшно, когда тебе в дверь звонят и ты знаешь, что это пришли тебя убить!

– Еще бы.

– Я что-то подобное испытала…

– Что ты болтаешь? Когда? – И тут он снова уставился на ее лицо. – Слушай, а кто это тебя так? Что случилось?

– Ну, наконец-то… – вздохнула она. – Я же за этим сюда и пришла. Ты случайно не знаешь такого парня: высокий, упитанный, глаза или серые, или голубые, волосы стрижены почти под ноль, светлые, нос прямой?

Саша ей ответил почти то же самое, что следователь:

– Несколько десятков таких парней я точно знаю. Это он тебя так?

– Да.

– А за что?