Жена №5 - Татьяна Луганцева

Глубокой ночью психиатрическая лечебница выглядела совсем иначе. Не было дневной желтой яркости и ощущения безмятежности. Корпус выглядел мрачно и утопал в страшноватой тени растущих вокруг старых деревьев. Какие-то дорожки и тропинки вообще не просматривались, людей в полосатых халатах тоже не наблюдалось. Зато воздух был наполнен ночными шорохами, запахами и звуками, от которых ощущение мороза по коже у Яны только усиливалось.

— Никого: — срывающимся голосом сообщила Яна Рустему, словно он был глухой и слепой.

Он достал из кармана связку каких-то ключей и приступил к замку на калитке.

— Откуда отмычки? — сопела она ему в спину.

— Подготовился, — не поворачиваясь, ответил он.

— Ах, вот в чем заключалась твоя подготовка? Ты, может, бывший медвежатник? Хотя я же забыла, у тебя потеря памяти. Как это удобно! Может, и мне так прикинуться?

— Можешь вполне, только я не прикидываюсь, — ответил Рустем, открывая калитку.

Она отворилась со страшным звуком, на который даже отреагировали спавшие вороны, раскаркавшись. Яна вцепилась в Рустема мертвой хваткой, словно ее приклеили к его спине скотчем.

— Я боюсь… Ты там не состряпал никакого пистолетика?

Рустем рассмеялся.

— Никакого пистолетика я не состряпал, но кое-что есть. Положись на меня, детка.

— Ты говоришь, как в дешевых ковбойских сериалах.

— Попробуем перевести их в разряд элитного кино, — ответил Рустем и пошел по тропинке в глубь двора.

— Надеюсь, здесь не расставили капканы? — последовала за ним Яна.

— Медведи здесь не ходят, да и кому нужны эти несчастные сумасшедшие, которых сюда сдают? Ведь не для того, чтобы забрать обратно, так ведь?

— Согласна, — клацала зубами Яна.

— Все спят, — успокоил ее Рустем с такой внутренней уверенностью, как будто сам только что вышел из лечебницы.

— Кто-то ведь не спит, — предположила Яна, которой все время казалось, что за ними кто-то идет, поэтому она все время оглядывалась назад.

— Какой-нибудь пожилой охранник давно видит свой лучший сон, уверяю тебя, — Рустем был настроен весьма оптимистично.

— Чего это ты так во всем уверен? Куда делся твой безотчетный страх?

— Он испаряется сам собой, когда я чем-то озабочен, то есть переключаюсь на что-то важное, — ответил он.

Они вплотную подошли к зданию больницы и только сейчас заметили слабый рассеянный свет из всех окон нижнего этажа.

— Не спят? — задумался Рустем.

— Во всех больницах не гасят свет в коридоре, чтобы люди ночью смогли ходить по нужде и чтобы медицинский персонал смог передвигаться спокойно. А в такой специализированной больнице и двери в палаты наверняка закрыты, вот свет и пробивает насквозь, — также тихо ответила Яна.

— С парадного входа не пойдем, — кинул через плечо Рустем и ощупал стальную черную дверь, которой явно нечасто пользовались. Порожек под дверью полностью зарос травой, пробивающейся даже сквозь камень. Он вытащил опять свои ключи и принялся подбирать хоть что-то к замку этой двери.

— Черт! Замок, то есть скважина, абсолютно заржавел, — выругался он.

Яна стояла, прижавшись к его спине, и смотрела в темное пространство двора. В каждом шорохе и шевелении листиков деревьев и кустарников ей чудились притаившиеся бандиты, готовые к преступным действиям.

Яна не знала, насколько профессионально Рустем мог открыть замок, но то, что он безумно громко гремел при этом, она ощущала каждой клеточкой своего слухового нерва.

— Да не греми же ты так! — прошипела она, клацая зубами.

— Не получается…

— Тоже мне — Робин Гуд! Вооружился отмычками! — проворчала Яна, чтобы хоть как-то скрыть свой страх.