Если наступит завтра - Сидни Шелдон

– Это же огромная проблема. Кое-кто влезает в компьютерный банк и грабит банки, страховые компании и прочие деловые организации на многие миллионы долларов. Это происходит постоянно.

– Предлагаешь вступить нам в заговор? – промурлыкал Бадж.

– Как-то я попытался, но компьютер сказал, что не сможет.

– И ты захотел его как следует стукнуть, – кивнул Майк Квинси.

– Естественно. Я был заинтересован получить назад свои денежки. Я ужасно удивлюсь, если кто-нибудь из вас разбирается в компьютерах.

– Нет, – подтвердил Бадж, – но зато мы все знаем о том, как вкладывать деньги, да, ребята?

Еще взрыв хохота.

Дня через два Джефф в клубе, проходя мимо своего стола, объяснил Баджу:

– Извини, но я не смогу сегодня отобедать с вами. У меня сегодня гость.

Когда Джефф отошел к другому столу, Алан Томсон подмигнул.

– Наверное, он обедает с какой-нибудь бородатой дамой из цирка. Сутулый седой мужчина вошел в зал и проследовал к столу Джеффа.

– Господи! – сказал Майк Квинси. – Да это же профессор Аккерман.

– Господи, Бадж, неужели ты ничего не читаешь, кроме своих финансовых отчетов? Вернон Аккерман, это о нем писала Таймс в прошлом месяце. Он член президентского Национального Научного Совета. Один из самых блестящих ученых нашей страны.

– Что, черт побери, он делает с моим дражайшим шурином?

Джефф и профессор были поглощены беседой весь обед, и Бадж с друзьями терялись в догадках. Когда, наконец, профессор ушел, Бадж подозвал Джеффа к своему столу.

– Эй, Джефф, кто это был?

Джефф выглядел виноватым.

– Ты… имеешь в виду Вернона?

– Ну да. О чем вы так долго беседовали?

– Мы… ах… – Окружающие видели, как Джефф пытается подобрать ответ на вопрос.

– Я… Я собираюсь писать о нем книгу. Это очень интересный человек. – А я и не знал, что ты писатель.

– Да, я надеюсь, что когда-нибудь буду.

Дня через три с Джеффом обедал следующий гость. В этот раз гостя узнал Бадж.

– Ба! Да это Сеймур Джаррет, член Международной Компьютерной Ассоциации. Какого черта он делает тут в обществе Джеффа?

И снова Джефф и его гость долго беседовали. Когда обед закончился, Бадж подозвал Джеффа.

– Джеффри, мой мальчик, что общего между тобой и Сеймуром?

– Ничего, – быстро ответил Джефф. – Мы просто болтали. – И поспешил к выходу. Но Бадж остановил его.

– Не так быстро, старина Сеймур Джаррет очень занятой парень. Он не будет болтать о ерунде так долго.

Джефф ответил важно.

– Хорошо. По правде говоря, Бадж, Сеймур собирает марки и я рассказывал ему, какие у меня есть экземпляры для обмена.

Ах ты, задница, подумал Бадж.

* * *

На следующей неделе Джефф обедал в клубе с Чарльзом Бартлетом, президентом компании «Бартлет и Бартлет», одного из самых богатых рискованных частных предприятий в мире. Бадж, Эд Зеллер, Алан Томсон и Майк Квинси с интересом наблюдали, как эти двое беседовали, голова к голове.

– Твой шурин сегодня в такой высокопоставленной компании, – прокомментировал Зеллер, – интересно, что они состряпали?

Бадж ответил раздраженно:

– Я не знаю, но, черт возьми, узнаю. Уж если заинтересовались, значит пахнет деньгами.

Бартлет поднялся, с энтузиазмом пожал Джеффу руку и ушел. Когда Джефф проходил мимо стола, Бадж схватил его за руку.

– Присядь, Джефф. Нам надо поговорить.

– Я должен вернуться в офис, – запротестовал Джефф, – я… – Ты на меня работаешь, что, не помнишь? Садись.

Джефф сел.

– С кем ты обедал?

Джефф заколебался.

– Ничего особенного. Так, старый приятель. – Это Чарльз Бартлет – старый приятель?

– Что-то вроде того.

– Что вы с ним обсуждали?

– О, машины, в основном. Старина Чарльз любит старые автомобили, а я прослышал о «паккарде» с четырьмя дверями выпуска 1937 года.

– Кончай заговаривать мне зубы, – вскипел Бадж, – ты не собираешь марки и не покупаешь автомобили и не пишешь вонючих книг. В самом деле, чем ты собираешься заниматься?

– Ничем. Я…

– Ты собираешься делать деньги, да? – спросил Эд Зеллер.

– Нет! – но сказал слишком быстро.

Бадж положил руку на плечо Джеффу.

– Малыш, я же твой шурин. Мы же одна семья? – Он крепко обнял Джеффа. – Наверное, что-то связанное с компьютерами, о чем ты упоминал на прошлой неделе, да?

По лицу Джеффа было очевидно, что они попали в цель.

– Да.

С таким трудом они сумели заставить развязать язык этого сукина сына. – Почему же ты не рассказал нам, что ты подключаешь профессора Аккермана.

– Мы были не правы. Когда тебе нужен капитал, иди к друзьям.

– Но нам с профессором не нужен капитал, – сказал Джефф, – Джаррет и Бартлет…

– Джаррет и Бартлет, эти, мать их так, акулы. Да они слопают тебя одного! – воскликнул Алан Томсон.

Эд Зеллер подхватил.

– Джефф, когда ты имеешь дело с друзьями, ты ничего не потеряешь.

– Все уже улажено, – сказал им Джефф, – Чарли Бартлет…

– Ты уже что-нибудь подписал?

– Нет, но я дал слово…

– Тогда ничего не улажено. В бизнесе, Джефф, запомни, люди меняют намерения каждый час.

– Я не собираюсь с вами все это обсуждать, – запротестовал Джефф. – Имя профессора Аккермана что-нибудь да значит. Он работает с правительственными организациями.

– Мы знаем, – сказал успокаивающе Томсон, – и что, профессор думает, что эта вещь сработает?

– О, он знает, что она сработает.

– Этого достаточно и для профессора Аккермана, достаточно и для нас, правда, ребята?

Все согласно закивали.

– Но я ведь не ученый, – сказал Джефф. – Я не могу гарантировать полный успех. Все, что я знаю, это то, что эта вещь вообще не имеет цены. – Верно. Мы понимаем. Но скажи, она имеет ценность, Джефф? Как велик рынок сбыта на эту вещь?

– Бадж, рынок для нее обширен – целый мир. Я даже не могу оценить ее. Каждый может воспользоваться этой вещью.

– И какой же начальный капитал тебе нужен?

– Два миллиона долларов, но нам не хватает еще 250 тысяч. Бартлет обещал…

– Забудь о Бартлете. Это для цыплят, старина. Мы все провернем сами. Держи это в семье. Правда, ребятки?