Вероника Марс - Дженнифер Грэм

– Вы случайно не работаете по утрам? Часа в четыре, в пять?

Старик покачал головой.

– После полуночи меня сменяет сын и работает часов до десяти-одиннадцати утра.

– Он сейчас здесь?

Старичок перемялся с ноги на ногу, не меняясь в лице.

– Он спит, мэм. Он работает ночи напролет. Не проснется еще несколько часов.

Вероника кивнула.

– Что ж, может, вы мне поможете. Не знаю, видели ли вы в новостях, но в Нептуне пропали две девушки…

Он оживился.

– Я видел! Триш Терли в своей передаче всю неделю об этом говорит. Ужасно. Надеюсь, того парня, которого задержали, приговорят к смерти.

– Меня наняли, чтобы найти девушек, и у меня есть основания полагать, что одна из них остановилась здесь одиннадцатого марта. Она должна была зарегистрироваться ранним утром, часа в четыре-пять. Она могла назваться вымышленным именем, счет за номер мог оплатить ее спутник… Вы можете как-нибудь достать записи за то утро?

– Мы не сообщаем имена наших постояльцев и их личные данные без ордера, – изувеченной рукой он отчеканил на крышке стола сложный ритм: большой палец, мизинец, безымянный, большой, большой, мизинец, безымянный. Он с любопытством разглядывал ее, как будто гадая, поможет ли ему это попасть на передачу Триш Терли. У Вероники появилась идея.

– Совершенно вас понимаю, – сказала она. – Я бы на вашем месте тоже старалась избегать общественного внимания, – она доверительно нагнулась поближе. – Все эти интервью так действуют на нервы. А Триш Терли, я слышала, всех, кто хоть как-то причастен к расследованию, обзванивает и умоляет об интервью.

Он распахнул глаза. Какое-то мгновение он задумчиво стоял на месте. Потом повернулся к старому квадратному компьютеру на краешке стола, одну за другой нажимая клавиши здоровой рукой.

– В какое, говорите, время они здесь были?

– Между четырьмя и пятью утра одиннадцатого марта.

Он пробежал взглядом по экрану. Она затаила дыхание.

– Да, есть одна регистрация, – протянул он. – В четыре пятнадцать.

– Их было двое?

Он невозмутимо посмотрел на нее, явно давая понять, что больше ничего ей не скажет.

– Прошу прощения. Ладно. Попрошу вас еще об одном одолжении и оставлю вас в покое, – она набрала воздуха в легкие. – Можно как-нибудь попасть в этот номер и осмотреться?

Солнце светило густым золотистым светом, когда несколько минут спустя она вошла в номер на первом этаже. Она открыла двери и включила свет.

В облезлой комнате стоял затхлый запах, добавляющий атмосфере уныния. На стенах были такие же обои в розах и золоте, как в холле, а серый ковер был заляпан грязью и стоптан до дыр. Нелепая старая мебель была нагромождена в одной части комнаты грудой густо лакированного дерева. На кровати лежало тонкое свалявшееся покрывало.

Вероника с минуту постояла посреди комнаты. Дежавю. Номер выглядел так же, как и любой другой номер в любом другом мотеле, где чья-нибудь жизнь находила свой печальный конец. Это был «Камелот», где ночь за ночью она настигала очередных прелюбодеев и аферистов. Это был «Палм-Три Лодж», где много лет назад она нашла совсем другую пропавшую девушку, несчастную Амелию ДеЛонгпре. Это был «Лейк-Крик Мотель», и она не сомневалась, что Хейли Деуолт здесь была.

Она начала поиски с очевидных мест: открывала ящики, прощупывала задние стенки шкафа, не зная, что именно она надеется найти, но все же продолжая поиски. Может, ей попадется на глаза что-то забытое Чедом или Хейли, какая-то улика, которая подскажет ей, что произошло в то утро, когда они назначили встречу на полпути между Нептуном и Стэнфордом. Она ощупала все швы комнаты: вентиляционные шахты, обшивку стен, розетки, – пытаясь найти что-нибудь, что выбивалось бы из общего ряда.

Закончив, она присела на край кровати. Она расслабила зрение, уже не выискивая что-то отдельное, а глядя на картину в целом. Она мысленно прокручивала все, что видит перед собой, все, что знает и что только подозревает. Иногда нужно видеть и лес, и деревья одновременно.

Тогда-то в поле ее зрения попали отметины на обоях. Квадратные контуры там, где обои выцвели меньше и были чище. Как будто что-то стояло на этом месте, загораживая их от света, на котором выгорали остальные розы. Эти контуры шли от самого пола.

Примерно на той же высоте, что и мебель.

Вероника соскочила с кровати. Первым делом она схватилась за тумбочку. Несмотря на свою грубую форму, та оказалась на удивление легкой. С кроватью было сложнее. Веронике пришлось оттаскивать ее короткими рывками. Кровать стояла вплотную к комоду, но, судя по выцветшим отметкам на обоях, ее недавно передвинули примерно на метр. Она оттащила кровать туда, где она стояла раньше. Обошла ее с другой стороны. Она нашла то, что искала.

Пятно крови на ковре ни с чем нельзя было спутать.

Кто-то пытался замести следы – большие бледные разводы вокруг пятна указывали на то, что его пытались оттереть. Но багряные капли были слишком густыми и въелись слишком глубоко, чтобы так просто от них избавиться. Скопление капель, словно работа кисти пуантилиста, образовывало круг примерно пятнадцати сантиметров в диаметре. От него следы крови шли влево и разбрызгивались где-то на полметра.

С тех пор, как она проходила стажировку в ФБР, прошло почти десять лет, и она всего несколько дней занималась анализом брызг крови. Но было очевидно, что кого-то здесь ударили, причем сильно. И скорее всего, неоднократно.

У нее в горле пересохло. Она опять выпрямилась и снова стала оглядываться по сторонам. Что-то отчаянно встрепенулось в ее груди и теперь панически дрожало внутри. Она пыталась не обращать на это внимания. Единственное, что сейчас имело значение, – это улики, вещественные доказательства.

В мотельном номере ничего не спрячешь. К тому же за две недели трупный запах привлек бы к себе внимание. Она вышла наружу, не закрывая за собой дверь. Мир, сухой и ржавый в лучах закатного солнца, неожиданно стал казаться более безлюдным, чем был еще двадцать минут назад. За рядом номеров она увидела холодный свет торгового автомата. Рядом с ним стоял генератор льда.

Как во сне она приблизилась к генератору. Или как в воспоминании? Сколько мертвых девушек она хранила в своей памяти? Сколько призраков будут продолжать настигать ее? Она почти что видела перед собой Амелию, прозрачную и призрачно-дрожащую. Как она поднимает крышку генератора и забирается внутрь.

Так она нашла тело Амелии ДеЛонгпре много лет назад, спрятанное подо льдом в очередном грязном мотельном дворе. Ее убил ее парень – из-за денег, которые Амелия получила после сделки с «Кейн Софтвейр». Молния не ударит в одно место дважды. Это просто невозможно.

Она постояла у генератора еще немного и подняла металлическую крышку. Внутри блестел колотый лед. Она взяла одну горсть и принялась ворошить льдинки, ощупывая рукой задние стенки. Затем она выдохнула и расслабила плечи.