Мрачный коридор - Михаил Март

— И каково же твое заключение?

— Я не делаю заключений и выводов. Это твое дело. Я пытаюсь помочь найти мою сестру. То, что Майк Хоукс оставался вне поля зрения с четверти десятого до без четверти одиннадцать —  это факт. И факт, который должен удостоиться твоего внимания.

— Ну, я могу добавить, что Хоукс оставался в тени с семи часов до половины девятого. В это время его также не видели. Спасибо за информацию, крошка, я приму ее во внимание.

— Не называй меня крошкой!

— Хорошо, крошка!

Дэлла злилась, кипела, выплескивала энергию, а я умирал от желания обнять ее и заснуть. Джин и впрямь ударил мне в голову, и блаженная слабость растекалась по всему телу.

— Это еще не все. Ты способен меня выслушать?

— Конечно. А почему бы нам не продолжить наш диалог утром?

— В отличие от тебя я встаю рано и занимаюсь делами фирмы. У меня строгий распорядок дня.

— Тогда продолжай. Я весь внимание.

— Сегодня вечером ко мне заезжал Хельмер. Он тоже принес интересные новости. Новости из Лос-Анджелеса. Утром он был в Первом Национальном банке. Лос-Анджелесский филиал. Хельмер ведет дела не только нашей семьи, у него много клиентов, чьи интересы он защищает. У Хельмера большие связи в финансовом мире, и банкиры считаются с ним и с его клиентами. Сегодня утром Хельмер получил удар. В операционном зале банка он встретил Хоукса. К счастью, Хоукс его не видел. Майк получал наличные по чеку. С ним был какой-то человек. Он его не видел, так как стоял спиной. Похож на охранника, но в штатском. В руках он держал стальной чемоданчик. Судя по всему, они сняли со счета большие деньги. Хельмер тут же пошел к управляющему, которого прекрасно знал, и попытался разузнать о Майке Хоуксе. Управляющий ничего ему не сказал. После долгого давления Хельмеру удалось выяснить, что у Майка Хоукса есть счет в Национальном банке, и на нем лежит огромная сумма денег. Какая сумма? Ответа на этот вопрос Хельмер не получил. Как тебе это нравится?

— Я ничего не смыслю в финансовых делах. Что удивительного в том, что Хоукс имеет счет в банке, на котором лежат деньги? Было бы удивительно, если бы денег у него не было.

— У меня складывается впечатление, что ты притворяешься полным идиотом.

— А если не притворяюсь?

— Значит, я полная идиотка!

— Два сапога —  пара! Наше место под кроватью.

— Слушай меня, развалина! —  Дэлла тряхнула меня за плечо. —  Как ты не можешь понять, что согласно брачному контракту с Лин весь капитал, нажитый в период совместной жизни идо вступления в брак, считается общим. Все средства, принадлежащие Хоуксам, лежат в Центральном банке в Сан-Франциско. Каким образом Хоукс открыл личный счет, о котором не знал даже его поверенный адвокат, и откуда взялись средства на этом счету? Это же укрывательство! Хоукс тратит на себя и больницу бешеные деньги с семейного бюджета, а сам ворочает капиталами, не имеющими контроля.

— Я догадываюсь, что Хоукс имеет побочный источник доходов.

— Каким образом?

— Хоукс обронил фразу. Если его жену похитили, то с него должны потребовать выкуп. Он готов заплатить любые деньги, чтобы вернуть Лии домой. Как я понимаю, с общего счета он не мог снять крупную сумму. Значит, у Хоукса есть средства для выкупа помимо семейного капитала.

— Он рисовался! Обычная бравада. Хоукс пускает пыль в глаза.

— Не уверен. Во всяком случае, у него нет необходимости убивать Лин из-за денег. Версия прокуратуры рушится, как карточный домик. Меня это лишь радует. Я с самого начала не принимал подобную версию. Но сейчас возникает другая версия. А что, если Лин похитили и с Хоукса потребовали выкуп? Его могли запугать, и он не решился сообщить об этом мне или полиции.

— Я в это не верю.

— Ладно. Все, что ты мне сказала, я возьму на вооружение. Могу я сам поговорить с Хельмером?

— Хорошо. Я позвоню ему утром, и он примет тебя. Он живет на Фердер-драйв, 121. У него небольшой особнячок напротив входа в Центральный парк. Он мне сказал, что на утро у него назначена встреча с клиентом, думаю, что к полудню он освободится. Я договорюсь с ним на двенадцать.

— Отлично! Мечтаю увидеть шикарную кровать…

— Ты можешь раскинуться по всей ее ширине.

— Один?

— Твое поведение не заслуживает компании.

— А я ломал себе голову, каким образом ты мне отомстишь за свое терпение. Но я не думал, что ты настолько жестока.

— Ты успеешь забыть об этом, коснувшись подушки.

И опять Дэлла оказалась права. Я провалился в глубокий сон, как только принял горизонтальное положение.

7

Проснулся я ночью от сквозняка. В голове шумело, как на трибунах стадиона, в горле пересохло, а в глазах плавали красные круги. По телу пробежал озноб.

Тряхнув головой, я скинул ноги на пол и встал. Моя одежда, аккуратно уложенная на стуле, выглядела как грязная тряпка на полированном паркете. Графина с водой на ночном столике не оказалось, но жажда заставила меня встать и одеться. Я не решался гулять по дому нагишом.

В соседней комнате я ничего не нашел. В комнате напротив стояла разобранная кровать, но в ней никого не было. На спинке висело знакомое кимоно. Я подошел ближе. Постельное белье еще сохраняло тепло человеческого тела. Я взглянул на часы. Тридцать пять минут пятого.

Стараясь не шуметь, я блуждал в полумраке, обследуя комнату за комнатой. Дэллу я так и не нашел, однако наткнулся на кувшин с соком и опорожнил его до дна. Не знаю точно, подсыпал ли Хоукс снотворное Уайллеру, но похоже, что эта идея понравилась Дэлле Ричардсон. Но зачем?

Голова соображала туго, но какие-то мысли ее все же посещали. Я спустился вниз, прошел сквозь холл и вышел на улицу. Входная дверь была не заперта.

Через двадцать минут я уже сворачивал на дорогу, ведущую к усадьбе Хоуксов.

Машину я оставил в стороне от освещенной стоянки у самого края опушки. До рассвета оставалось не меньше часа, и я не беспокоился, что ее обнаружат раньше времени.

Стараясь оставаться незамеченным, я направился к усадьбе в обход дороги, пролеском. Звонить в ворота у меня желания не было, имелся другой способ проникновения в усадьбу, и я решил проверить эту возможность на практике. Карманный фонарик остался в отделении для перчаток, но мне не хотелось им пользоваться, чтобы не быть замеченным. Я не исключал возможности неожиданной встречи и старался привыкнуть к темноте.

Обход территории занял немало времени, и когда я наконец добрался до задней стены участка, то передо мной возникла новая проблема: как найти лазейку.

Забор выглядел однообразно, как и лес. Старик Джозеф говорил, что сигнализацию не включают без особого распоряжения. Мне ничего не оставалось делать, как ощупывать каждый прут.