Внедрение - Евгений Вышенков

– Есть такое дело, – согласился Штукин, переминаясь с ноги на ногу.

Николенко кивнула и деловым, совершенно не шкодным тоном спросила:

– Так что же вы хотели мне сказать?

Вера захлопала глазами и превратилась в одно большое ухо.

Валера усмехнулся:

– А от подруги у вас секретов нет?

– А откуда вы знаете, что я – подруга? – не удержалась и «вставила свои пять копеек» Вера. Николенко несколько раздраженно дернула локтем и выжидательно подняла подбородок.

Штукин оглянулся:

– Можно я тогда присяду?

– Берите стул, садитесь! – распорядилась Зоя Николаевна.

Валера с трудом скрыл усмешку: «Господи, до чего же эта черта в прокурорских неистребима – чуть что – "берите стул, садитесь"». Вслух он, присаживаясь, сказал, однако, совсем другое:

– То, что вы, Вера, подруга Зои Николаевны, понять нетрудно.

Вера заинтересовалась еще больше:

– О, да вы и имя знаете… откуда такая осведомленность?

Штукин покачал головой:

– Это не осведомленность, а наблюдательность. Дело в том, что до того, как стать опером, я работал в ОПУ ГУВД в наружном наблюдении. Затем перешел в уголовный розыск, работал в шестнадцатом. Сейчас работаю при одной фирме. Я это все к тому рассказываю, что в некоторых вопросах я специалист. Вас, Зоя Николаевна, я встретил, разумеется, совершенно случайно…

– И?… – чуть занервничала Николенко.

Штукин закурил, сознательно чуть затягивая паузу, и только после глубокой затяжки сказал спокойно:

– За вами «ноги», Зоя Николаевна.

– В каком смысле? – ничего не поняла Вера, но Николенко схватила подругу за руку и стала очень серьезной:

– Обожди! Говорите…

– А что тут особо говорить? – пожал плечами Валера. – Работает ОПУ ГУВД, целая смена – человек восемь – две машины.

– Где они? – начала было озираться Николенко (Вера – просто завертела головой в разные стороны, словно заводная игрушка), но Штукин успокаивающе выставил вперед правую ладонь:

– Здесь их сейчас нет… Они все снаружи. Но если вы отправитесь сейчас все это проверять, то все равно ничего не увидите, а получится смешно…

– А вы – увидите! – не удержалась и съязвила Вера, которой, вообще, было обидно, что ее все время обрывают.

Валера кивнул с легким вздохом:

– Я увижу. Меня этому учили.

– Подглядывать? – Вера попыталась вложить в вопрос достаточно яду, чтобы хоть чем-то обратить внимание этого симпатичного парня на себя.

Частично ей это удалось, Штукин нахмурился и отпарировал:

– Кто на что учился… Если я подглядываю, то ваша подруга – подписывает!

– Прекратите! – хлопнула ладонью по столу Николенко. – В чем причина… почему они работают?

Штукин развел руками:

– Этого я знать не могу, и на месте это не установишь. Знает тот, кто задание инициировал. Кстати, может быть, работают и не по вам непосредственно, а по какой-то вашей связи… То есть вас отрабатывают не как помощника прокурора и все такое, а как чью-то связь, возможно еще даже и не установленную. Может, они и не знают, кто вы.

Зоя Николаевна задумалась и стала нервно теребить свои волосы. Вера тихо спросила у нее:

– А может, это из-за моего? У него чего-то там, а ты как моя связь?…

Николенко посмотрела Штукину прямо в глаза:

– Что вы предлагаете?

Валера, честно говоря, ничего особенного предлагать не собирался и такого вопроса, вообще, не ждал. Но вопрос этот был ему выгоден, так как он ставил Штукина в положение лидера – пусть и временного, но лидера этой странной компании. Валера докурил сигарету, аккуратно затушил в пепельнице окурок и, почесав лоб указательным пальцем, сказал:

– Вообще-то, я просто хотел вас предупредить. Но, в принципе, я могу снять это наблюдение в течение пяти минут.

Вера снова не выдержала:

– А Зоя Николаевна и сама может! Вы знаете, кто у нее муж?

– Да обожди ты! – окончательно разозлилась Николенко.

Штукин даже не улыбнулся:

– О супруге Зои Николаевны я ничего не знаю, но…

Валерка заглянул Николенко в глаза и вдруг широко улыбнулся:

– Зоя… Николаевна. Вы запишите один телефончик… – И он продиктовал ей семь цифр, которые Николенко тут же «забила» себе в трубку…

– Дальше что?

– А теперь запишите номера двух автомобилей…

Зоя Николаевна на салфетке записала то, что продиктовал ей Валера.

Штукин улыбнулся:

– «Пробивать» эти номера через знакомых бесполезно. Там окажется либо спецучет, либо – трамвайный парк. Да, а теперь вы звоните по телефону, который я продиктовал. Вам ответит приятный мужской голос, который скажет «Дубрава-5» или что-нибудь в этом роде. А вы ему представитесь по должности и скажете, какие автомобили за вами следят. При этом можете съязвить, что фотомодель у экипажа старая, когда начинает работать – ее слышно.

– И что произойдет? – спросила Николенко. Валера снова улыбнулся:

– Когда выйдете из кафе, их не будет. Я перепроверю.

Зоя Николаевна, все еще сомневаясь, взяла свой телефон и четко исполнила все, что ей рекомендовал Штукин. На другом конце провода невидимый абонент после очень долгой паузы сказал:

– Вы ошиблись номером.

В трубке Николенко запиликали гудки отбоя.

Зоя Николаевна переглянулась с подружкой. Теперь видно было, что они обе поверили Валере. Он взял номер телефона Веры, объяснив, что телефон Николенко может быть на ПТП[45], и вышел из кафе. (Зная о Якушеве, Валера был уверен, что на Вере ПТП нет, но дамам этого объяснять не стал.) Выходил Штукин не через парадный вход, а через кухню, безразлично отстранив официантку, которая ничего не поняла.

Валера обогнул двор, вышел на 7-ю линию напротив кафе и осмотрелся. Он увидел, как двое отдыхавших на лавочке «грузчиков» вдруг буквально сорвались с места и практически побежали в сторону Среднего проспекта. Штукин осторожно довел их до машины, увидел, что они запрыгнули внутрь, и автомобиль резко тронулся. При старте мужик, сидевший на переднем кресле, обернулся и начал эмоционально выговаривать что-то «грузчикам».

– Заработала гравицапа! – ехидно усмехнулся Штукин. Он знал, что произошло: Николенко поговорила с дежурным, тот обалдел от того, что экипажи расшифрованы, связался с ними по рации и дал та-акой… В общем, понятно, чего он им дал – в карманах не унести…