Слепое счастье - Иоанна Хмелевская

— Точно, — заявил он. — Тепло. А теперь хорошо чувствую ледяной холод. А больше ничего, только слегка все расплывается, когда через него смотришь...

— Была не была! — вдруг решился Зигмунт, сдирая с рук перчатки.

Дух от зеркала переместился в центр залы. Молодой человек кинулся к нему и погрузил в него руки. Шпулька следила за всеми этими экспериментами затаив дыхание, а Тереска, вдруг что-то сообразив, схватила валявшийся на полу осколок зеркала и тоже сунула его в духа.

— Чтоб мне сдохнуть, — изумленно произнес Зигмунт, прекративший опыт, так как объект исследований изволил исчезнуть. — Слушайте, да ведь это пар!

— Ну конечно же, пар! — подтвердила не менее ошарашенная Тереска. — Гляньте, зеркальце запотело!

Открытие всех так ошеломило, что юные исследователи стояли, тупо уставившись на вновь возникшее перед зеркалом привидение. Янушек сунул в него руку, затем присел и положил обе ладони на пол. Дух расползался во все стороны рваными белыми клочьями...

— Все в кухню! — скомандовала опомнившаяся первой Тереска. — Я до костей промерзла! Тут можно заледенеть!

Сидя в теплой кухне и надуваясь горячим чаем с бесценным соком, ребята понемногу приходили в себя. Не так-то легко оказалось переварить неожиданное превращение зловредного призрака в обыкновенный пар.

— Хорошо, но откуда же здесь пар? — раздраженно спросила Тереска. — Пар — это точно, но откуда он берется?

— Идиотский вопрос. Да уж не с того света, — отозвался Зигмунт, испытывая одновременно и злость, и удовлетворение. — Из каких-то труб!

— Что ты несешь?! Из каких таких труб?! Здесь же специалисты каждый сантиметр проверили. И все как один утверждали, что нет никаких труб!

— Значит, плохо проверили. Погоди-ка... Да ведь он же на террасе появляется!

— Вот именно! Какие там могут быть трубы? Только сумасшедший провел бы отопление на террасе!

— Ой! — охнула Шпулька и опрокинула стакан с остатками чая. — Именно! Я вспомнила! Сумасшедший граф! Он же сам занимался строительством!

— Ну, знаете! — возмутился Зигмунт, жутко обидевшись за графа. — Это уж слишком! Да что вы мне говорите! Ведь трубы должны были совсем давно замерзнуть и полопаться.

— Вот как раз они и полопались, ведь пар выходит...

Янушек был явно разочарован столь прозаическим решением загадки. — Ну хорошо, а те звуки? А Катерина? Всегда на святую Катерину. Почему это на святую Катерину пару — как в городской прачечной? Она что, покровительница прачек?

Святая Катерина весьма осложнила дело. Пар из лопнувших труб был явлением вполне естественным, но причины его появления оставались по-прежнему таинственными.

— И почему никто этого раньше не обнаружил? Только мы? — задавалась вопросом Тереска. — Почему в такой панике удирали?

— Позволь тебе напомнить, что в основном они вынуждены были уезжать, — буркнула Шпулька. — Прямиком в больницу...

— Не все, некоторые смылись добровольно!

— Ладно уж, — мужественно признался Зигмунт. — Сбежал бы я или нет, не знаю. Но если бы вы не сидели тогда в комнате, я бы его с чайником подождал. И вполне вероятно, с разгону вылетел бы в окно, уж очень он меня достал. А уж потом, можете быть уверены, ни за что не признался бы...

— Я бы тоже с лестницы загремел, — честно заявил Янушек. — Если бы, как заведенный, не повторял «подальше от лестницы»...

Тереска вспомнила ту минуту, когда с магнитофоном в объятиях стояла на верхней площадке и глядела на призрака в мрачной зале. Если бы дух вырос прямо перед ней...

— Ну, хорошо, несчастные случаи принять можно, — согласилась она. — Но почему именно нам удалось? А им нет!

— Это все из-за нее, — произнес Янушек, указывая на Шпульку. — Если бы она не влезла в духа...

— Факт, — подтвердил Зигмунт. — Похоже, никто такого эксперимента не делал.

— Никто глаза не зажмуривал, — пробормотала Тереска.

— А кроме того, один человек ничего бы не понял. Он же себя со стороны не видит. Самое большое — нес бы потом всякую чушь о могильном холоде и адском дыхании.

— Мы вместе были, — продолжал задумчиво рассуждать Зигмунт. — Когда один человек, ему явно не по себе делается. Черт его знает, как в такой ситуации себя вести. Я, например, совсем не уверен, что милиция по этому пару не палила. А тут еще несчастные случаи...

— Знаю! — вдруг оживилась Тереска. — Всему виной начало. Первый человек, что на это натолкнулся, сразу начал о духе... Если бы не он, может, никто и не боялся бы.

— Первой была баба, — упрекнул Янушек. — Напорись на него мужик, глядишь, и вовсе бы не заметил.

— И все равно, я считаю, что мы пока толком ничего не знаем!

— Почему? Все знаем.

— Э, там. А бряканье? Если б еще выло и свистело, куда ни шло. А так, ни на что не похоже. Она говорила, что-то там в столбе... Я бы проверил!

— Как? Не будешь же ты его сносить?! Тогда вся лестница рухнет.

— Зачем сносить. Можно просто просверлить.

— Чем?

— Я с собой дрель захватил. И сверла разные.

— Электрическую?

— А то какую же? На древесном угле, что ли?

— Я бы заодно проверила, что там за стальной плитой под зеркалом, — вспомнила Тереска.

— А я бы проверил столб, — стоял на своем Янушек.

— А я бы лег спать! — рассердился Зигмунт. — Каникулы называется! Ни одной ночи нормально не прошло! Проверяйте себе сколько влезет, только днем!

Бредовая идея Янушека была реализована с самого утра.

Зигмунт поддался общему разрушительному сумасшествию. Просверлив вторую дырку, он недовольно обозрел мизерные результаты каторжного труда. Ничего не произошло. В дырках ничто не просматривалось.

— И на кой черт нам это все? — возмутился парень. — Уж не знаю, из чего этот столб сделан, но сущий бункер!

Янушек снова попытался заглянуть в дырку.

— Я думал, что-нибудь да получится, — оправдывался он. — Зато во всяком случае выяснили, что там внутри пустота.

— Ну и какой тебе прок от этой пустоты?

— Пока не знаю.

— Отдайте инструмент, — сухо потребовала Тереска. — Я займусь стеной под зеркалом. Сама, раз вы не хотите.

— Кто сказал? Все хотим!

— Я — нет, — тихонько пробормотала Шпулька, но одна в подвале не осталась. Усевшись на подоконник выбитого окна в зале, она огорченно наблюдала, как мальчишки под руководством Терески с энтузиазмом разрушают памятник старины.

Солнце уже клонилось к западу, когда из расковырянной стены под зеркалом был наконец извлечен металлический ящик. Все четверо в страшном волнении столпились вокруг. Ящик оказался тяжеленным, плоским и запертым на два замка, ключей от которых, разумеется, не было. Янушек попробовал английскую булавку, большой гвоздь, ключи от чемоданов и комнат, заколку для волос и канцелярскую скрепку. Без результата. Несмотря на эту временную неудачу, Тереска аж сияла от гордости.