Кольцо Соломона - Михаил Палев

На радостях Тавров сделал крюк и зашел в «Пятерочку»: там самые низкие цены на коньяк «Старый Кенигсберг» и «Ярпиво Янтарное». Расплатившись и уложив бутылки в сумку, Тавров вспомнил, что надо бы пополнить счет мобильника, и направился к терминалу. Открыв бумажник, он обомлел: среди только что полученной на кассе сдачи в виде сотенной и кучи десяток гордо торчала пятисотенная купюра!

Тавров извлек ее из бумажника и внимательно изучил. Да, сомнений нет: та самая, которой он только что расплатился. Он еще в «Виктории» запомнил купюру по небольшому надрыву возле металлической ленты и цифрам, написанным безвестным продавцом, подсчитывавшим выручку: «15000» – шариковой ручкой.

Неразменная пятисотка!

Тавров, подобно персонажу знаменитого произведения Стругацких, оказавшемуся вдруг обладателем «неразменного пятака», испытал чувство потрясения. Но в отличие от пресловутого персонажа он знал, что в его случае означают деньги, возвратившиеся к хозяину. Только одно: кто-то снова ввел его в Пограничную Зону.

* * *

Таврову не хотелось есть и не хотелось спать. Поэтому он просто сидел и пил коньяк в надежде, что спиртное поможет быстрее уснуть. Хозяин Сонной Тропы может прийти в Мир людей только к тем, кто спит. А то, что Шведов рискнет выйти на связь только через Сэндмэна, сомнений не вызывало.

Телевизор негромко бормотал голосами Татьяны Толстой и Авдотьи Смирновой, неторопливо и методично терзавших очередную жертву своей передачи. Под эту убаюкивающе-интеллектуальную беседу Тавров, видимо, действительно задремал, поскольку одиночество нарушил знакомый голос, произнесший осуждающе:

– Зря вы пьете столько коньяка, Валерий Иванович!

– А? Что? – вздрогнул Тавров, оглянулся и увидел у себя за спиной знакомую фигуру Сэндмэна, Хозяина Сонной Тропы.

– Я говорю, что вы зря пьете столько коньяка, – повторил Сэндмэн. – В малых дозах он хорошо влияет на сосуды, но в больших, как и любое лекарство, разрушает сердце и мозг. А вы за сегодняшний вечер, между прочим, уже приняли четыре лечебные дозы.

– Вы пришли, чтобы мне лекции о здоровье читать? – огрызнулся Тавров.

– Просто вы представить себе не можете, как мне надоели помирающие от инсультов и инфарктов! – пожаловался Сэндмэн. – Прямо косяками идут. А некоторые еще в коме месяцами лежат. Пока они у вас здесь лежат, у меня они же в Погранзоне под ногами болтаются. И нет чтобы так: раз коматозник, то сиди тут в тенечке, цветы нюхай и жди, пока врачи аппаратуру отключат, – так нет же! Ноют, скандалят, назад рвутся… Бесполезно объяснять, что я всего лишь, образно говоря, администратор транзитного аэропорта! Так вот к чему я: многие из них злоупотребляли спиртным. Хотя, разумеется, среди инсультников и инфарктников трудоголиков гораздо больше, чем алкоголиков. Это факт!

– Когда я был в Черногории, то видел там открытку с девизом: «Работа убивает!» – вспомнил Тавров.

Сэндмэн явно хотел еще поболтать по поводу наболевшего, но в этот момент из угла комнаты донесся голос:

– Извините, уважаемые, что прерываю вашу беседу, но я просто вынужден напомнить о цели нашего с господином Сэндмэном визита.

– Ах да! – спохватился Сэндмэн. – Господин Тавров, позвольте представить вам господина Шведова! Он настаивал на срочной встрече с вами, и поэтому я был вынужден вас побеспокоить.

– Я ждал этого, – отозвался Тавров. – Так что наша встреча для меня не является неожиданностью. Спасибо вам, Сэндмэн, что не потащили меня в дебри Пограничной Зоны, а решили ограничиться пространством моей квартиры.

– Собственно, сейчас мы находимся не в вашей квартире, а в точке Пограничной Зоны, имеющей вид вашей квартиры, – уточнил Сэндмэн. – Но по сути вы правы: это уже практически граница между Погранзоной и Миром людей.

– Давайте перейдем к делу, – предложил Шведов. – Я оказался в чертовски сложном положении и решил, что вы, господин Тавров, можете мне помочь.

– Да, я ждал этой встречи, – еще заметил Тавров. – Но я не только ждал. Мои друзья разработали план, который я уполномочен вам предложить. Прежде давайте уточним детали, чтобы я удостоверился в том, что мои друзья правильно оценивают ситуацию. Для начала расскажите о встрече с Федоровым.

– Он нагрянул как снег на голову, – принялся рассказывать молодой колдун. – Подстерег меня возле дома. Я обычно не разговариваю с незнакомыми людьми, но тут… я почувствовал какую-то силу, исходящую от него. И эта сила не была враждебной! Мы сели на скамейку в парке недалеко от дома, и Федоров подробно рассказал мне все. Он сказал, что он мой настоящий отец; что наш род является древним родом колдунов, сила которых умножается из поколения в поколение, но только в том случае, если она передается от отца к его седьмому сыну. Он сказал, что я и есть его седьмой сын и он хочет передать мне нашу родовую мощь. Я возразил, сказал, что не хочу быть колдуном, что меня привлекает научная карьера. А он ответил, что одно другому не мешает. Он объяснил, что будет умирать долго и в страшных муках, если не передаст кому-нибудь из родственников свои способности. Если передаст ее другому из сыновей, то сила ослабнет. А вот если передаст седьмому, то мощь возрастет. И еще сказал, что в этом мире у него есть незавершенная миссия, которую он уже не сможет завершить.

– И вы согласились завершить эту миссию? – полувопросительно, полуутвердительно поинтересовался Тавров.

– Я не мог ему отказать! – развел руками Шведов. – Ведь речь шла о вещах насколько невероятных, настолько же и серьезных. Отец сказал мне, что легендарная колдовская Книга Агриппы существует в действительности. Столетиями ее надежно стерегли Хранители ордена антонитов, но недавно в результате запутанных интриг темных сил Книга оказалась лежащей в одном из порталов Пограничной Зоны. Книгу надо доставить в хранилище ордена антонитов. Где находится хранилище, они сами укажут. А пока я должен следить, чтобы Книга не попала в руки темных сил. Для управления Книгой, а также замыкания и размыкания порталов отец передал мне кольцо Соломона. Он сказал, что кольцо позволяет повелевать могущественными демонами, но предостерег меня прибегать к частому использованию кольца, особенно в личных интересах.

– Константин! А откуда вы знаете расположение порталов? – спросил Тавров.

– Отец передал мне тетрадь, в которой, помимо различных колдовских обрядов, ритуалов и просто справочных данных, содержится еще подробная карта порталов с их временными таблицами и характеристиками, – пояснил Шведов.

– Вот как! Очень интересно! – отозвался Тавров, вспомнив рассказ бабушки Кости о загадочной тетради в клеенчатой обложке, которую запоем читал ее внук. – И куда вы ее дели?

– Сжег, – невозмутимо отозвался Шведов и, увидев недоуменный взгляд Таврова, пояснил: – Я выполнял указание отца. Он велел выучить содержимое тетради наизусть и сжечь.

– Это возможно? – усомнился Тавров.

– Я полностью запоминаю девяностошестилистовый конспект с одного прочтения, – с едва заметным чувством гордости сообщил Шведов. – А тетрадь отца я прочел дважды, причем второй раз вначале мысленно повторял содержание страницы, а затем проверял, насколько точно я это сделал.