Последний свидетель - Саймон Толкиен

— Спасибо, ваша честь, — сказал Спарлинг. — А теперь, Мэтью, расскажите-ка нам, когда вы впервые попали в дом сэра Питера Робинсона?

— В конце октября прошлого года. На уик-энд. Была суббота.

— Вы были один или с кем-то?

— С Томом. Это была его идея.

— Ясно. А теперь расскажите своими словами, в чем же заключалась его идея. Зачем вы отправились в этот дом?

— Потому что подружка отца Тома держала там свое барахло. В газете Том прочитал, что отец его уезжает на уик-энд в Париж на какое-то там политическое мероприятие. Ну и Томас сказал, что эта его подружка везде таскается с ним, потому что она одновременно еще и его секретарша.

— Стало быть, оба они уезжали. И какова же была ваша цель?

— Том хотел порыться в ее барахле. Он считает, что она стоит за убийством его матери. Ну и он хотел найти какие-то улики, доказательства. Потому что так ему сказали в полиции. Сказали, что им не хватает прямых доказательств.

Майлз Ламберт встретился глазами с судьей Грэнджером, тот еле заметно кивнул и, всем телом подавшись вперед, заговорил с обвинителем прежде, чем тот успел задать следующий вопрос.

— Знаю, как это нелегко, мистер Спарлинг, но, пожалуйста, воздержитесь от оценок свидетеля. И вычеркните только что услышанное из его показаний. Томас Робинсон сам расскажет о мотивах, когда придет его черед выступать в суде. Нам не нужно, чтобы Мэтью делал это за него.

— Прошу прощенья, ваша честь, — сказал Спарлинг. — Я вас понял. Так, теперь, Мэтью, скажите нам, когда вы попали в дом.

— Днем. Где-то в половине пятого. У Тома были ключи от входной двери, но он сперва позвонил. И потом мы ждали, откроет ли кто. Но никто к двери не подошел. То же самое он проделал внизу, у подвала. Потом мы вошли. В подвале есть дверь, которая ведет в нижний холл, через нее мы и прошли.

— Каким образом?

— В ней торчал ключ. Видно, уже давно.

— И куда же вы пошли дальше?

— Я остался наверху. Там была комната с разным компьютерным оборудованием, я там сидел. Ничего не трогал.

— Что же было дальше?

— Том вернулся и начал перебирать разные вещи в компьютерной комнате.

— Какие именно вещи?

— Ну, он смотрел в ящиках стола, потом включил компьютер и просматривал файлы. Но ничего такого не нашел. Мне показалось, мы просидели там вечность, и я все время порывался уйти. Но Том сказал, что надо посмотреть еще и наверху. Сказал, что отец живет с этой самой секретаршей и что она наверняка держит свои личные вещи в спальне.

— Мистер Спарлинг, — предупредительным тоном произнес судья.

— Да, ваша честь. Попытайтесь придерживаться только фактов, Мэтью. Рассказывать только то, что произошло. А что говорил Том, нас не интересует. Договорились?

— Да, сэр.

— Вот и прекрасно. Теперь расскажите, что произошло наверху. Вы поднялись туда вместе?

— Да. Но только я стоял в дверях, пока Том обыскивал комнату. Он действительно нашел там ее личные вещи, как и говорил, но ни в шкафах, ни в ящиках комода не оказалось ничего такого, что могло быть как-то связано с его матерью. Ну и потом мы спустились вниз. Том был очень расстроен. Просто в отчаянии от того, что не нашел никаких улик, с помощью которых можно было бы припереть Грету к стенке. Я боялся, что он будет говорить об этом всю дорогу, и в поезде — тоже. И еще он…

— Понятно, Мэтью, — перебил его Спарлинг. — Давайте-ка лучше сфокусируемся на том, что произошло в доме. Вы говорили, что спустились вниз. Что произошло дальше?

— Ну, мы находились этажом выше той комнаты с компьютерами. На площадке. И дверь в большую комнату была открыта.

— В гостиную?

— Вроде бы да. Том указал на старинный столик в углу и сказал, что им пользовалась его мама, когда бывала в Лондоне. И что там есть секретное отделение. Вроде такого потайного ящичка. Там он и нашел медальон.

— Он показывал вам этот медальон? Вы хорошо разглядели его?

— Да, сэр. Золотой, на цепочке, а внутри маленький такой снимок. Том сказал, что там его родители. На снимке, я имею в виду.

— Благодарю вас, Мэтью. А теперь я хотел бы познакомить присяжных с одним из наших экспонатов. Под номером тринадцать, ваша честь… Вы узнаете эту вещицу, Мэтью?

— Да, похож. Вроде бы тот самый, что нашел тогда Томас.

— Спасибо. А теперь, Мэтью, пожалуйста, расскажите нам, что произошло после того, как Томас нашел этот медальон.

— Ну, он страшно разволновался. Много чего наговорил, и все такое. Наверное, именно поэтому мы и не услышали, как внизу открылась дверь. Ничего не слышали. А потом вдруг увидели ее на ступеньках.

— Кого именно? Кого вы увидели на лестнице?

— Грету. Она… ну, которая вон там сидит. — И Мэтью указал на Грету, сидевшую на скамье подсудимых и не сводившую с него глаз.

— Что же было дальше?

— Том стоял в дверях, и, думаю, она заметила его первым. Она страшно разозлилась. Орала на него, ругалась, говорила разные там нехорошие слова.

— Нам необходимо, чтоб вы, Мэтью, в точности передали все ее слова, — отеческим тоном произнес Спарлинг. — Знаю, это нелегко, но нам необходимо их услышать, пусть даже то были действительно неприличные слова.

— Она обозвала Тома маленьким гребаным шпионом. Это я точно помню. И такая была злая, просто жуть! Том даже отступил, так она на него поперла, и едва не сбил меня с ног. Потому как я стоял прямо у него за спиной. Ну и еще Том держал в руке медальон, прямо чуть не к носу ей совал и говорил: «Посмотри, что я нашел», что-то в этом роде. Он тоже очень рассердился. Оба они так орали, я едва не оглох.

— А что именно кричала Грета, Мэтью? Просветите нас на этот счет.

— Она сказала: «Дай сюда. Это мой». Прямо так и сказала. И еще бросилась на Тома, хотела вырвать из рук, но он увернулся. А потом просто оттолкнул ее, потому как она не унималась. Ведь она прямо бросилась на него. Не знаю, зачем. Может, исцарапать хотела.

— Ну а что произошло, когда он ее оттолкнул, Мэтью? Что она сделала?

— Она упала на пол. Том стоял над ней и продолжал кричать.

— Что именно кричать?

Мэтью молчал, сосредоточенно хмурясь, словно силился в точности вспомнить каждое слово. Затем, после паузы, ответил:

— Том сказал: «Ничего подобного. Это медальон моей мамы. Этот ублюдок забрал его у нее и отдал тебе. Это он отдал тебе мамину вещь». Ну и как раз в этот момент вошел отец Тома.

— Сэр Питер. Так. И что он сделал?

— Он был очень расстроен. Что неудивительно, это ясно. Ведь мы тайком пробрались к нему в дом. И потом он увидел на полу свою подружку и как Том орет на нее.