Хранители холода - Чингиз Абдуллаев

– Куда мне идти? – спросил Караев.

– Вас уже ждут, – сказал с некоторым почтением этот молодойчеловек, показывая куда-то в глубь ангара.

Тимур нахмурился. Он не так представлял себе эту встречу. Аесли он принес с собой оружие? Или какой-нибудь передатчик? Но его никто необыскивал. Он прошел дальше. В глубине находилась дверь в какое-то помещение. Удверей сидел прапорщик в форме сотрудника ФСБ. Увидев подошедшего Караева, онвскочил и отдал честь. Тимур изумился, это было уже совсем странно.

– Вас ждут, товарищ полковник, – сказал прапорщик, открываядверь.

«Может, они меня с кем-то спутали», – подумал Караев, входяв помещение.

В этом огромном замкнутом пространстве никого не было.Никого, если не считать мужчину, стоявшего у стола. Мужчина сделал несколькошагов по направлению к вошедшему и вдруг сказал:

– Извините нас, товарищ Караев, что мы вынуждены былипригласить вас таким не совсем обычным способом. С вашим сыном уже все впорядке. Он находится дома и вы можете с ним поговорить.

Неизвестный протянул телефон Караеву.

– Алло, – дрогнувшим голосом сказал Тимур, – это ты, Володя?

– Да, – ответил его сын. – Папа, что происходит? Менязадержали вчера ночью какие-то сотрудники, твои бывшие коллеги, и объяснили,что мне не нужно возвращаться домой. А сейчас они меня сами привезли домой.Мама звонила всю ночь, очень волновалась. Она и тебе звонила, но твой городскойне отвечал. А твоего нового мобильного она не знает.

– Все в порядке, – сказал Караев, – все уже в порядке.Позвони матери и успокой ее. Скажи, все нормально.

Он вернул телефон незнакомцу. Тот показал на стул.

– Садитесь, – сказал он, – нам многое нужно вам объяснить.

– Да, – кивнул Караев, – я бы тоже хотел, чтобы мыобъяснились. Как мне к вам обращаться?

– Иван Сергеевич Большаков, – представился неизвестный, – мыоднажды с вами встречались. Я приезжал с инспекцией в Швецию, где вы тогдаработали.

– Генерал Большаков, – вспомнил Тимур, – вы тогда былигенерал-майором.

– Правильно, – улыбнулся он. – Хорошо, что вы менявспомнили. Теперь у вас не останется ложных иллюзий.

– У меня уже давно нет никаких иллюзий, товарищ генерал.

– Есть. Вы ведь считаете нас негодяями и бандитами, которыеубили вашего друга и пытались убить вас. Все правильно?

– Я должен думать иначе?

– Да, – кивнул Большаков, – вы обязаны думать иначе. Все этидни мы проверяли ваше досье, снова и снова смотрели ваше личное дело. Вы всегдабыли честным и мужественным офицером, полковник Караев. Но из-за вашей дружбы сПавлом Слепцовым мы невольно ошиблись. Хотя и вовремя исправили свою ошибку. Вызнаете, что в нашей профессии нельзя ошибаться. Нельзя делать скороспелыевыводы. Но некоторые наши коллеги провели неверный анализ. И в результате мыедва не совершили очень большую ошибку.

– Ваши ошибки закончились тем, что погибли два человека.

– Да, – согласился Большаков, – два человека. Одного изкоторых застрелили именно вы, полковник. Не забывайте об этом. К ним мы ещевернемся. А вы успокойтесь. И не нужно так нервничать. Вы полковникконтрразведки, а не кисейная барышня. И начинали вы, Караев, еще в те времена,когда наша организация называлась совсем по-другому, если вы помните. Толькоиз-за ваших многочисленных заслуг было принято решение отложить вашуликвидацию. Любой другой на вашем месте давно был бы мертв.

– Это угроза?

– Это информация, которую вы должны воспринять. – Большаковнахмурился. – Неужели вы думаете, у меня нет больше других дел, кроме каквозиться с вами, полковник?

Караев ничего не ответил.

– Должен вам сказать, что вы почти все вычислили правильно,– начал Большаков, – только вместо знака плюс вы поставили знак минус. Сначалавы вышли на эту страховую компанию и довольно быстро разгадали наш нехитрыйтрюк с параллельными машинами. С помощью сотрудников уголовного розыска вы организовалинаблюдение за машинами с нашими сотрудниками и вышли на Академию ФСБ. Затем высумели вычислить через Ирину Жукову позвонившего в УВД подполковникаСизоненко...

Большаков уловил его движение, когда он хотел возразитьпротив фамилии Жуковой, и добродушно усмехнулся. У него была седая щеточка усовнад губами, крупные черты лица, большие глаза, кустистые брови.

– Не беспокойтесь, – сказал он, – вашей Жуковой ничего негрозит. Затем вы сумели правильно вычислить Давида Александровича. Выпревосходный аналитик, полковник, и еще раз подтвердили свое мастерство.Правда, и наши ребята напортачили. Испугали вашу домработницу, устроили этунеприличную историю с вашим сыном, взорвали автомобиль подполковника Малярова.Их можно понять. Они любыми способами пытались сохранить секретность.

– И поэтому ворвались в квартиру Слепцовых, чтобы убить егожену и меня?

– Никто не собирался ее убивать, – возразил Большаков, – ониворвались туда, зная, что вы находитесь в квартире. Именно вас и собиралисьубрать.

– Спасибо. Теперь вы все мне объяснили.

– А вы опять ничего не поняли. Дело в том, что мыдействительно организация, включающая в себе сотрудников нескольких спецслужб.Причем не только бывших, но и настоящих. Мы создали свою, новую организацию,которая объединяет всех бывших сотрудников КГБ и многих нынешних сотрудниковразличных спецслужб. У нас специфическая цель – найти и покарать людей,приговоренных по нашему законодательству к смертной казни. Ничегопротивозаконного мы, как вы понимаете, не делаем. Мы только приводим приговорыв исполнение. Приговоры, которые были отсрочены во времени по не зависящим отнас причинам.

– Вы же понимаете, генерал, что это абсолютно незаконно, –возразил Караев.

– Глупости, – улыбнулся Большаков, – это абсолютно законно.После того как в Ираке погибли наши дипломаты, было принято законодательноерешение разрешить сотрудникам наших органов действовать за рубежом. Более того,нам разрешили находить и ликвидировать тех, кого мы считаем виновными в смертинаших дипломатов. Согласитесь, что это развязало нам руки.

– Там было сказано, что санкции на проведение подобныхопераций за рубежом может давать исключительно президент страны, – напомнилКараев, – и, честно говоря, я думаю, что подобное решение противоречитмеждународному праву.

– Все остальные страны придерживаются этого права, –несколько презрительно уточнил Большаков. – Вы действительно не понимаете, чтопроисходит. Полковник Караев, я был о вас лучшего мнения. Мы проиграли холоднуювойну, проиграли в результате бездарности и предательства наших главнокомандующих.Сначала Горбачев, которого давно нужно отдать под суд за развал СоветскогоСоюза. Он клялся на Конституции страны защищать ее целостность, суверенитет инезависимость, а вместо этого в течение полутора лет сдал великую страну,ничего для нее не сделав. В последние месяцы его правления ненависть к немузашкаливала за обычную норму. И поэтому все с нетерпением ждали, когда оннаконец уйдет.