Дворец со съехавшей крышей - Дарья Донцова

Когда я вошла в кафешку, Антон уже сидел за столиком в самом темном углу. Увидев меня, он встал, но я решила сначала помыть руки. Свернула в узкий коридорчик, вошла в туалет и обнаружила там знакомую официантку Аню, курившую у умывальника.

– Привет, – обрадовалась она. – Хочешь бесплатный капучино?

– Конечно, – улыбнулась я. – И насыпь побольше корицы.

– Твой сегодня без еды пришел, – захихикала Анна, – раки в майонезе не приволок. Народу у нас! Небывалое дело, мест нет.

Мы поболтали минуту о разных пустяках, потом официантка убежала к барной стойке, а я села за столик и сказала пасынку Романа Глебовича:

– Слушаю тебя внимательно.

– Не знаю, с чего начать, – засуетился Антон. – Степа, поверь, я не люблю Леру!

Я поморщилась.

– Стоп! Тема твоих взаимоотношений с дочерью Марины Ивановны для меня закрыта. Если ты собрался в очередной раз обсуждать ее, извини, я пойду на работу.

Антон схватил со стола салфетку и, методично разрывая ее на мелкие кусочки, пожаловался:

– Я попал в беду.

Мне стало тревожно.

– Рассказывай.

– Придется говорить о Лере, – с опаской сказал он, – она в центре этой истории.

– Ладно, – смилостивилась я, – готова внимать твоим откровениям. Но давай обойдемся без заявлений вроде: «Степа, поверь, я не люблю Леру».

– Это же правда! – зачастил приятель. – Хочу связать свою жизнь с тобой, Валерия ужасная ошибка, она меня насильно соблазнила.

Я рассмеялась.

– Маленький мальчик Тошенька попал в лапы коварной женщины-вамп. Значит, так: или ты объясняешь, зачем позвал меня, или…

– Хорошо, уже начал, – быстро произнес Антон. – Лерка совсем на тебя не похожа!

– Точно, – согласилась я. – Я не блещу красотой, а Тимофеева – ожившая картинка из гламурного журнала.

– Не о внешности речь, – отмахнулся Тоша.

Мне стало обидно. Если девушка говорит мужчине, что она не слишком симпатична, ему надо срочно уверить ее в обратном.

– Характер! – сказал Антон. – Ты никогда не просишь подарков.

– Зачем выцыганивать презенты? – усмехнулась я. – Сама могу купить, что хочется. А того, чего купить не могу, и не хочется.

– Лерка другая, – занудил Антон.

– Ближе к делу! – потребовала я.

– Так я уж совсем к сути подобрался, – простонал он, – сейчас ты все поймешь.

– Твой капучино, – пропела Аня, ставя передо мной чашку. – Сама готовила. Пенка получилась – супер, потому что я сливки, а не молоко взяла.

Я поблагодарила официантку и решила более не перебивать Антона. Раньше начнет, быстрее закончит. Ничего, один раз послушаю его стоны, а потом, если он попытается повторить сеанс превращения меня в жилетку для плача, спокойно скажу: «Я тебя к Лере в постель не укладывала». И вообще через десять дней улетаю на Неделю моды в Париж, затем в Милан, потом в Нью-Йорк, в Москву вернусь лишь в конце октября. К тому моменту Антон небось распишется с Лерой, и она его стреножит. Вероятно, это наша последняя с ним беседа с глазу на глаз.

– Ты меня слушаешь? – надулся Антон.

Я сделала глоток кофе.

– Очень внимательно. Продолжай.

…Когда Лера объявила о своей беременности, Тоша испугался. Еще хуже ему стало после общения с Мариной Ивановной. Парень понял: его беззаботной жизни неожиданно пришел конец, Валерия настроена серьезно, намерена рожать, и вскоре ему предстоит стать законным мужем и отцом. Сказать, что перспектива жить вместе с Тимофеевой-младшей не обрадовала его, это не сказать ничего, а вот дочь Марины Ивановны светилась от счастья и строила далекоидущие планы. Чем больше она чирикала о том, какая у них с Антошей будет замечательная семья, тем хуже делалось парню. В особенности Тошу напугало то, что Лера, хотя бы из приличия, не интересовалась его мнением по поводу чего бы то ни было. Она заявляла категорично: