Прекрасно милая - Джеймс Хедли Чейз

Когда глухонемой убрал со стола и поставил перед ними две бутылки виски, лед, бокалы и удалился, Майски коснулся острого подбородка своими пальцами хищника и произнес:

— А теперь, джентльмены, поговорим о деле. Я хочу сделать вам предложение. Возможно, Мич уже сказал, что мы с ним общались три года. Едва ли найдется человек, который может проглотить столько же таблеток, сколько Мич. За то время, пока мы были вместе, у меня сложилось впечатление, что он силен в технике, и, как оказалось, у него есть коллеги. Поэтому я и попросил его связаться с вами, джентльмены. Что касается Уоша… он не такой, как мы. Он не преступал закон. — Легкая улыбка широко расползлась. — Но он необходим для осуществления моего плана и нуждается в деньгах; к тому же он «пострадавший».

Все посмотрели на Уоша, который затравленно озирался.

Чендлер нервным жестом погасил сигарету.

— Нам-то что? — сказал он. — Хотелось бы услышать, о чем речь. Что за большой куш нам светит?

Лицо Майски приняло снисходительное, но неодобрительное выражение.

— Пожалуйста… Я знаю, друзья, что у всех у вас немало заслуг, но наберитесь терпения и выслушайте меня. Мы — команда… и нам нужно понимать друг друга; мы должны работать сообща, иначе нас ждет провал.

— Что же нам все-таки, в конце концов, предлагается? — не унимался Чендлер.

— Нам предстоит украсть два миллиона долларов из казино, — ответил Майски.

Наступила долгая тишина. Даже у Мича исчезла с лица доверчивая улыбка, и все четверо недоуменно уставились на Майски, не поверив своим ушам.

— Два миллиона? — переспросил Чендлер, который первым пришел в себя. — Ну вот что, у меня есть дела и поважнее. Мечтать о двух миллионах — это все равно… что строить замки из песка.

Майски показал рукой на бутылки:

— Пожалуйста, угощайтесь, джентльмены. Я, к сожалению, не могу… врачи запретили. — Он повернулся к Перри. — Я не оговорился. Насколько я вижу, Джесс мне не верит… это так?

Перри пустил в потолок прозрачное облачко сигарного дыма.

— Продолжайте, — произнес он. — Насчет нашего друга не беспокойтесь. Он прирожденный боец. Говорите. Я слушаю.

Чендлер повернулся к Перри, и они оба пристально посмотрели друг на друга. Заглянув в мутные глаза Перри, Чендлер почувствовал, что у него по спине побежали мурашки. Перри был жестоким человеком, и от его взгляда леденело внутри. Чендлер заставил себя равнодушно отвернуться и потянулся к бутылке с виски.

— О’кей… говори, — произнес он.

Майски поудобнее устроился на стуле.

— Четыре года я мечтал сорвать большой куш, — продолжал он. — И наконец, решил, что счастья нужно попытать именно здесь, пригласив нескольких надежных людей, знающих свое дело. Мы можем получить из казино два миллиона долларов, но при условии, что ни у кого из вас не сдадут нервы и все вы будете в точности выполнять то, что я скажу. Если вы не в состоянии следовать этим двум простым правилам, тогда будем считать, что мы не встречались. — Его глаза стали холодны как лед; он пронзил взглядом каждого из присутствующих, а затем спросил: — Вы способны подчиняться в интересах дела?

Мич отозвался первым:

— Вам — сколько угодно, док. Я готов.

Майски словно не слышал, он изучал Чендлера.

— А вы?

— Ограбить казино? — переспросил Чендлер. — Это невозможно. Пару лет назад кое-кто уже предлагал мне это сделать. Он собирался нагрянуть туда с десятком молодцов, но мы…

Чендлер остановился, заметив снисходительную улыбочку Майски. Они снова смерили друг друга взглядами, затем Чендлер кивнул:

— Ладно, хорошо, если вы считаете себя хитрее всех, говорите, но предупреждаю, что в казино вас ждет двадцать вышколенных охранников, надежная сигнализация, а за зданием все время следят легавые… но все равно, я вас слушаю.

Майски мягко поправил его:

— От вас требуется большее, Джесс. Либо вы остаетесь, либо уходите… прямо сейчас.

Чендлер подумал, а затем молча поднял руку в знак согласия. Он вдруг понял, что имеет дело с не менее беспощадным человеческим типом, чем Перри, а уж кто такой Перри, он хорошо себе представлял.

— О’кей… о’кей… я с вами. Я по-прежнему считаю, что это невозможно, но если вы думаете иначе, я готов вам помочь.

Майски взглянул на Перри, который оскалился в улыбке.

— Конечно я с вами. Только позовите, — сказал он.

Майски перевел взгляд на Уоша.

— А ты?

Негритенок заерзал на стуле, но лишь потому, что на него в упор смотрели взрослые мужчины, а ему всегда становилось не по себе, когда его рассматривали белые. Не колеблясь, он ответил:

— Конечно… что мне терять?

Майски снова сел и улыбнулся.

— Я вполне доволен. Полагаю, что если вы сделали свой выбор, джентльмены, то я могу на вас рассчитывать. — Он дождался, пока все четверо кивнут, а затем продолжил: — Тогда пейте спокойно, а я расскажу, как это можно осуществить.

Наступила краткая пауза, пока присутствующие наполняли свои бокалы. Мич предложил Уошу виски, но мальчишка замотал головой. Они закурили, сели поудобнее и стали ждать, наблюдая за Майски, который достал из бокового кармана толстую пачку бумаг.

— Для начала позвольте немного рассказать вам о казино, — начал он, кладя бумаги перед собой на стол. — Сейчас разгар сезона. В субботу, то есть послезавтра, в здании будет находиться около трех миллионов долларов наличными. Если мы используем все возможности, два миллиона удастся вынести. Если два миллиона поделить на пятерых, получится по триста тысяч на каждого.

— Не сходится, — громко возразил Чендлер. — Я соглашусь на четыреста.

Майски сдержанно улыбнулся.

— Замечено правильно, но моя доля будет больше. Каждый из вас получит по триста тысяч, а остальное возьму я, поскольку мне пришлось потратиться. План — мой, я продумал, как его осуществить, и, если хотите знать, провел в Сити последние девять месяцев. Я снял этот кабинет и немало заплатил за информацию. Так что… — он поднял свою руку хищника, — моя доля больше.

— Кончено, док, — сказал Мич. — Этого хватит. Триста тысяч! Ого! О таких деньгах я и не мечтал!

— Они еще не твои, — заметил Чендлер.

Майски наклонился вперед.

— Я могу продолжать? Позвольте объяснить вам, как устроено казино. Джесс сказал, что уже сталкивался с вариантом ограбления, когда в игорные залы врывается десять молодчиков. — Он рассмеялся. — Разумеется, подобное к успеху не приведет. В субботу ночью на столах будет максимум четверть миллиона. Остальные деньги находятся в хранилище этажом ниже игорных залов. Если требуются дополнительные деньги, их поднимают наверх в специальных небольших лифтах. Во время игр около каждого лифта дежурит по два вооруженных охранника. Когда на столах скапливаются деньги, их отправляют вниз, в хранилище. Так что купюры постоянно перемещаются туда-сюда… вверх и вниз… и постоянно строго охраняются. — Он прервался, чтобы закурить следующую сигарету, а затем продолжил: — Я наблюдал за этим процессом несколько дней, и вскоре мне стало ясно, что нашей целью должно стать само хранилище. Учет денег ведется там аккуратно. Там работают четыре девушки и два вооруженных охранника. Девушки сортируют деньги, охранники наблюдают. Хранилище защищено стальной дверью, и посторонним входить туда строго воспрещено. Такой порядок действует уже много лет. Но это и есть слабое место. Так что мы проникнем в хранилище, возьмем деньги и уйдем.