Трудно быть мачо - Андрей Кивинов

Впоследствии немец продал бизнес каким-то московским ребятам, те ломать устоявшиеся правила не стали и договор не порвали. Тем более, что «Забота» вполне справлялась со своими задачами, а Глухаревские лампасы постоянно мелькали в авторитетной тусовочной среде. Конечно, не все было идеально, но все идеально быть и не может. Генерал сразу оговорил, что ни в каких разборках, связанных с переделом собственности, выбиванием неустоек или с бандитскими наездами его птенчики участвовать не станут. Ни на «стрелки» ездить, ни пальцы гнуть, ни конкурентов мочить. «Забота» должна оправдывать свое название. Наши функции – охрана периметра, пресечение краж товара покупателями и персоналам, обеспечение порядка в торговом зале, чтобы граждане могли спокойно наслаждаться тратой денег и ни о чем больше не думать… Не нравится, ищите другую контору. Хозяева условия приняли.

Вячеслав Андреевич Чернаков устроился в «Заботу-сервис» год назад, когда вышел на пенсион по достижении сорокапятилетнего возраста. Оставаться в системе он не пожелал, хотя работу свою любил. Но система давно превратилась из правоохранительной в правоохренительную и даже близко не походила на ту, в которую он когда-то пришел. Вернувшись из очередного отпуска в свой отдел, он застал в кабинете начальника молодого человека южных кровей. Юноша вальяжно сидел за рабочим столом шефа и на родном языке трепался с кем-то по мобильнику.

– Эй, паренек… Тебя кто сюда пустил?

Паренек отключил телефон, поднялся из-за стола и с сильным акцентом представился:

– Я новый начальник… Насруддин Насрулиевич. А ты кто?

– Если ты начальник, то я министр внутренних дел… Где Палыч то?

– Алексей Павлович перешел в другой отдел. Теперь я главный, – Насруддин Насрулиевич показал удостоверение…

«Старший лейтенант милиции, начальник оперативно-сыскного отдела…»

«Убойные отделы» в очередной раз переименовали. В оперативно-сыскные.

– Выйди и доложи, как положено.

– Слышь, Насру… Шел бы ты сам отсюда…

– Куда?!

Чернаков ответил. Через час его вызвал зам начальника райотдела по кадрам и провел воспитательную беседу о недопустимости посылать непосредственного руководителя в срамное место. Руководитель молодой, его добрым словом поддержать надо и помочь на первых порах. А то обидится и будет плохо выполнять свои обязанности.

– А откуда он, вообще, взялся?

– Назначен приказом свыше… Очень перспективный… Два месяца в органах, а уже внеочередное звание досрочно получил.

Слово «купил» вместо «получил» замполит опустил, как неполиткорректное.

В общем, не выходя из кабинета, Чернаков написал рапорт на пенсион. И куда податься безработному менту? Идти торговать? Вряд ли получится. Желудок, может, и обрадуется, но сердце запротестует. В смысле – душа. Уже не перестроится. Остается охрана. В «Заботу» его взяли без вопросов. Подполковник милиции, двенадцать последних лет в убойном отделе. И, конечно же, теплые отношения с генералом, помнившим грамотного, писавшего почти без ошибок оперативника из района.

Генерал и предложил бывшему старшему оперу возглавить службу безопасности «Планеты-Хауз» – самого крупного объекта «Заботы». Имелось еще несколько объектов, но по доле прибыли их нельзя было и близко ставить с супермаркетом. Практически весь личный состав «Заботы» трудипся под крышей и на крыше «Планеты». Крышевал, в хорошем смысле этого слова.

– Бери «Планету», Славка! Лучше не найдешь!

– А там что, вакансия?

– Завтра же будет! Я Брошкина выгоню к чертям собачьим!

Брошкин в то время работал начальником службы безопасности «Планеты».

– Совсем обнаглел! Ни одного задержания за месяц! Только аферы с уценками на уме! Дачу за год из казенных материалов себе построил! Вместо того, чтоб несунов и карманников ловить! Коллектив расслабил, охранники с продавцами сговариваются и товар тырят! Да еще премии требуют! А репутация страдает, авторитет падает! А ты наведешь порядок! Ты сможешь, я знаю! Ну, что, берешь?

– Давайте!

– Все, договорились. Пройди медкомиссию и пиши рапорт, в смысле, заявление! Лицензию охранную тебе за два дня оформим.

– А комиссию зачем?

– Порядок такой. ПНД, наркология… Вдруг, ты окончательно спятил в своем убойном отделе? Или «белочку» нажил… И кардиограмму сделай обязательно. Под нагрузкой… А заодно флюорографию, анализ крови и мочи.

– А это то на хрена?

– Мы своим медицинскую страховку оформляем в европейской клинике, они Требуют анализы… Ну что, по коньячку? Французскому? Для очистки крови и совести, ха-ха-ха…

Генерал озорно подмигнул. Он, вообще, слыл озорником. Одной из его любимых шуток было дарить на день рождения подчиненным презервативы. В больших красивых коробках. Обойму из десяти патронов. При этом он аккуратно вынимал один. А где менты обычно справляют дни рождения? В кругу соратников, то есть на мальчишнике. Вечером ничего не подозревающий именинник возвращался домой, в семью, рассказывал о мальчишнике, демонстрировал подарки, в том числе и симпатичную коробочку без одного патрона. Тут, собственно, и начинался юмор. «Мальчишник, говоришь? А где один condom?!» И селедкой по морде. Или тем, что там под руку подвернется. Короче, всем весело. Особенно, если дело доходит до развода и раздела имущества…

Говорят, в расцвете генеральской карьеры Глухарев приехал инспектировать школу милиции. Прибыл днем, прошел вдоль строя курсантов, после проверил их быт, успехи в учебе и поведении. Дальше, как принято в ведомстве – банкет в специальном гостевом кабинете. После банкета здоровый отдых в школьной гостинице. Прилег на минутку передохнуть на коечку да и уснул. Решили не будить и домой не отвозить. Пускай отдыхает их благородие. В три часа их благородие просыпается и объявляет тревогу! Школьное начальство в трансе. Какая тревога, если ужин был вполне пристойным. «А я с курсантами забыл поздороваться». Построили всех на плацу. «Здравствуйте, товарищи курсанты!» «Здравия желаем, товарищ генерал-майор!» («Чтоб тебе под плац провалиться»!) «Благодарю за службу! Вольно, разойтись!» В общем, начальник «Заботы» был мужичком со странностями, чем и выделялся из серой массы командного состава ГУВД.

С анализами у Чернакова никаких проблем не возникло. Вячеслав Андреевич еще разок посетил лабораторию при родной поликлинике ГУВД, еще раз с удовольствием прочитал предупредительную табличку на дверях: «Просьба отключать мобильные телефоны, они влияют на качество мочи». С кардиограммой вышел конфуз. Врач велела раздеться до пояса и быстро-быстро присесть двадцать раз. «Раз-два, раз-два, быстрее, еще быстрее! Теперь ложитесь на кушетку… Так, неплохо, неплохо. Поздравляю, у вас кардиограмма, как у двадцатилетнего. Молодцом! Вставайте…»

Встать Вячеслав Андреевич не смог. Свело спину. Приседания разбудили застарелый радикулит, который засыпать категорически не пожелал. Заявление в «Заботу» будущий шеф по безопасности пришел писать в позе закрытого шлагбаума.