Белый зной - Сандра Браун

– Скажите, Джессика Дебланс здесь? – спросила Сэйри негромко, как и положено в библиотеке.

Седая женщина, сидевшая за столиком, улыбнулась ей.

– Джессика сегодня работает, но она пошла в булочную на углу, за горячими булочками для всех нас.

– Значит, она скоро вернется?

– Не позже чем через пять минут.

Сэйри прошла в читальный зал и села у окна, откуда открывался вид на маленький ухоженный двор. Воробьи плескались в неглубокой чаше декоративной купальни. Кусты гортензии наклонили ветки под тяжестью голубых и розовых соцветий величиной с воздушный шар. По кирпичной ограде взбирались вверх лишайник и карликовый стелющийся фикус. Уголок манил покоем и тишиной.

А Сэйри не находила себе места с той самой минуты, когда накануне вечером выгнала Бека Мерчента из своего номера в мотеле.

Он назвал ее лгуньей.

И это обвинение не отпускало Сэйри, потому что Бек не ошибся. Она действительно чувствовала, что между ними обязательно произойдет нечто подобное, но отрицала это. Как и то, что ей самой этого хотелось. И Бек разбил ее оборону одним-единственным словом: лгунья.

Это слово эхом отдавалось у нее в голове до сих пор, как это было и ночью, когда она то проваливалась в сон, то просыпалась. Утро Сэйри встретила, страдая от унижения. Она злилась на Бека, но еще больше на себя. Об этом он ей тоже сказал.

Но Бек не мог знать, насколько верно к ней подходило определение «лгунья». Сэйри убеждала его, что остается в Дестини из чувства долга перед покойной матерью, желая узнать, действительно ли Крис причастен к смерти Дэнни. Но на самом деле ее мучила совесть. Она отказалась говорить с Дэнни всего за несколько дней до его гибели. И ей некуда было спрятаться от чувства вины, оно преследовало ее, как влажный воздух залива. Именно оно привело ее этим утром в библиотеку.

– Сэйри?

Она подняла глаза и увидела Джессику Дебланс, стоявшую возле ее кресла.

– Похоже, у меня вошло в привычку нарушать ваше уединение, – Джессика попыталась извиниться за то, что испугала Сэйри.

– Я сама виновата, слишком о многом думаю в последнее время.

– Я удивилась, когда увидела вас. Я думала, вы уехали еще вчера.

– У меня изменились планы. Утром я пыталась дозвониться вам домой, потом набрала номер вашего сотового. А потом я вспомнила, что вы с Дэнни познакомились в библиотеке. Я решила зайти на тот случай, если вы еще здесь работаете.

– Я слышала о том, что у мистера Хойла был сердечный приступ. Вы из-за этого остались в городе?

– Это и еще… – Сэйри оглянулась и посмотрела на посетителей, сидевших недалеко от них. – Мы не могли бы поговорить без свидетелей?

Джессика провела ее в тесное рабочее помещение, заполненное книгами, сложенными в ящики или в высокие стопки на полу.

– Их передали в дар библиотеке, – объяснила Джессика, снимая стопку книг со стула и жестом приглашая Сэйри садиться. – Мои коллеги не любят составлять каталог, поэтому я вызвалась сделать это. Даже в наш век компьютеров мне нравится запах старых книг.

– Мне тоже.

Женщины улыбнулись друг другу. Джессика села на табурет.

– Не хотите булочку или кофе? – спросила она.

– Нет, спасибо.

– Все в булочной говорили только о мистере Хойле. Что говорят врачи?

– Думают, что он скоро поправится. – Помолчав немного, Сэйри сказала: – Вчера произошло кое-что, о чем я бы хотела поговорить с вами. Не знаю, насколько это важно, но именно из-за этого я отложила возвращение домой.

– Что случилось?

– Шериф Харпер и помощник шерифа Скотт задавали Крису вопросы по поводу смерти Дэнни. – Джессика изумленно посмотрела на Сэйри. Та пересказала ей то, что услышала от Бека. – Это всего лишь коробок спичек. Как подчеркнул Бек, любой адвокат защиты представит суду десяток вариантов того, как он мог попасть в бунгало. Спички ничего не доказывают.

– Но эта улика дала основания шерифу поинтересоваться, не был ли Крис в бунгало вместе с Дэнни.

– Я тоже об этом думаю. Джессика, вы не знаете, они не конфликтовали последнее время?

– А разве они не ссорились постоянно? Они были так не похожи друг на друга, и интересы у них были разные. Дэнни знал, что Крис любимец вашего отца, но его, как мне кажется, это устраивало. Крис – это живая копия Хаффа, а Дэнни нет. Он знал об этом, принял это и даже считал, что так лучше. Он не хотел быть похожим на них.

– Дэнни не пытался добиться внимания Хаффа?

– Он делал это не слишком усердно. Казалось, это не имеет для него значения. Дэнни не ревновал отца к Крису, если вы на это намекаете.

– А Крис не ревновал Дэнни?

Вопрос удивил Джессику, и она рассмеялась:

– Зачем ему ревновать?

– Не знаю. Я просто стреляю наугад. – Сэйри встала и подошла к окну, откуда прелестный двор открывался под другим углом. Воробьи улетели, но теперь над кустами кружили пчелы. Жирная черная гусеница медленно ползла по дорожке из камня-плитняка. – Я не знаю, что я пытаюсь узнать, Джессика. Я думала, может быть, Дэнни упоминал о недавней ссоре или разногласиях между ним и братом.