Ее настоящее имя - Марина Серова

– Кто там?

– Я! Кто же еще, – ответила Алла.

Дверь открылась. Увидев незнакомых людей, Соня испуганно попятилась назад.

– Значит, так, подруга, – деловито заявила Обревко, – наши планы резко меняются. Ты где-то наследила, вот и встречай теперь непрошеных гостей! Эта сыщица по твою душу сюда приехала. Мне твои заморочки ни к чему! Отдавай мне медведя и забудь, что мы когда-то были с тобой знакомы! С квартиры съедешь сегодня же! Ключи оставишь здесь, дверь захлопнешь! Ну что встала как вкопанная! Тащи сюда игрушку!

Лицо Софьи Кривцовой приобрело меловую бледность. Алла снова на нее прикрикнула, и маникюрша, вместо того чтобы пойти в комнату и принести какого-то медведя, стала бесформенной массой сползать по стенке на пол. Короче, она упала в обморок. Я тут же склонилась над ней, пощупала пульс. Обревко отпустила в ее адрес едкую шуточку, прошла в комнату, взяла большого плюшевого медвежонка и бросила мне на прощание:

– Ну, вы тут сами разбирайтесь, а я ухожу! С этой минуты нас ничего не связывает, – последняя фраза прозвучала как вопрос.

– Разумеется, – ответила я.

Задерживать Аллу Матвеевну мне было совсем ни к чему. Когда дверь за ней захлопнулась, Ирина меня спросила:

– Тань, а зачем ей медведь? Она что, маленькая? Вот уж чего не ожидала, так этого...

– Ира, все не так просто. Я тебе потом объясню, какие у меня возникали мысли насчет этого медведя. А пока помоги мне привести Соню в чувство.

– А как?

– Хотя бы воды принеси!

Моя компаньонка отправилась на кухню. Я стала легонько бить Кривцову по щекам. Она очнулась, но, увидев меня, едва снова не лишилась чувств.

– Соня, успокойся, – мягко сказала я. – Мы не причиним тебе зла.

Кривцова попыталась меня оттолкнуть, но, сообразив, что бессильна, взвыла как затравленный зверек. Затем с ней случился истерический припадок. Я пыталась что-то объяснить ей, но она меня не слушала, а выла волком, рыдала в три ручья, размахивала в отчаянии руками. Мне пришлось ударить ее по лицу, чтобы привести в чувство. Она замолчала и впала в ступор. Я взяла у Ирины стакан с водой и насильно заставила Кривцову выпить его до дна. Затем сказала:

– Ты напрасно так нервничаешь. Я – частный детектив, меня нанял Александр Станиславович Писаренко, чтобы найти тебя. Вот я тебя и нашла.

– Зачем? Ну зачем вы сюда пришли? Вы же все испортили! Вы отняли у меня такой шанс! В России у меня нет будущего, нет! Я приняла бы украинское гражданство, и мне дали бы настоящий паспорт. Женя и Аля обещали, что там мне с этим помогут. А что теперь?

– Так, Соня, давай потихоньку собираться. Мы отсюда немедленно съезжаем.

– Если я и съеду отсюда, то только без вас! Стойте, вы называете меня Соней, значит, вас нанял не Саша. Он не знал моего настоящего имени...

– Успокойся, меня нанял именно Писаренко. Просто я была у тебя на родине, в Светличном, поэтому знаю твое настоящее имя. И Александр Станиславович его теперь тоже знает.

– Я вам не верю. Он не знал обо мне ничего, даже то, откуда я родом. Вас нанял Марат!

– Сонечка, успокойся. Давай позвоним Александру Станиславовичу, и он подтвердит, что я действую по его заданию.

Мое предложение повергло ее в шок.

– Нет, – Кривцова в отчаянии замахала руками. – Это еще хуже! Я не смогу с ним разговаривать, ведь он знает, что я его обманывала. Саша меня теперь ненавидит.

– Дурочка! Он тебя любит, несмотря ни на что.

– Он любит не меня, а Ольгу Верещагину. А я – Софья Кривцова, подозреваемая в убийстве и утонувшая в Чувилихе. У меня нет никакого будущего. Оно забрезжило где-то там, впереди, но вы все испортили!

– Успокойся, все не так безнадежно. Ты была не единственной подозреваемой в убийстве Розы Кураевой. Против тебя не было никаких улик, и мотива убивать тяжелобольную женщину у тебя тоже не было.

– Зато были показания Марата! Он меня представил такой злодейкой, что ни один адвокат бы не помог...

– Да, я знаю про его показания, но теперь Кураев мертв. Ты ведь прежде всего от него сбежала, да?

– Мертв? – переспросила Соня, вскинув на меня изумленный взгляд. Наверное, ей казалось, что Марат, этот гений зла, бессмертен. – А вы меня не обманываете? Мертв... Этого просто не может быть!

– Может, еще как может. Я говорю тебе истинную правду.

– Но отчего он умер? Он ведь был абсолютно здоров! Я это говорю как медсестра.

– Несчастный случай в быту – поражение электрическим током, – ответила я, не сочтя нужным раскрывать роль Мирона, да и свою собственную, в этом трагическом событии. Иногда я бываю очень скромной.

– Так ему и надо! – Софья наконец-то поверила в то, что справедливость может восторжествовать, или просто очень захотела в это поверить. – Бог, он все видит, все! Это ведь Марат решил скоропалительно избавиться от своей жены, он сам, и никто иной! Он не мог медлить...

– Собственно, я так и думала, но давай ты расскажешь мне об этом и о многом другом чуть позже. Мне тоже есть что тебе сказать. Но сейчас надо собираться. – Я оглянулась на свою квартирную хозяйку и спросила: – Ира, ты не возражаешь, если мы поедем к тебе?

– Конечно, нет. Только я хотела насчет медведя уточнить... Что в нем такого ценного? Эта Аля вцепилась в него так, будто он сделан из золота.

– Наверное, мишка того стоит. Думаю, что в эту мягкую игрушку была запрятана какая-то контрабанда, которую Соне предстояло перевезти через границу.

– Да что вы! Мне сказали, что это подарок племяннице, – возразила Кривцова, и ее слова на фоне последних событий прозвучали как детский лепет.

– Ну, тебе же не могли сказать, что внутри этого подарка наркотики или золото с бриллиантами! – усмехнулась я.

– Нет, этого не может быть... Хотя я, конечно, не понимала, почему к этому медведю столько внимания... Боже, куда я попала! Из огня да в полымя! Никому нельзя верить, никому! И почему я такая несчастная? Никогда мне не будет покоя. – Соня снова расплакалась.

* * *

Примерно через час мы уже сидели в квартире Ирины Вячеславовны и пили кофе. Точнее, кофе пили я и хозяйка, а Кривцова попивала валериановую настойку. Сначала Ирина рассказала о том, что произошло с ней.

Алла долго водила ее за собой, а потом вдруг остановилась в каком-то дворике. Для Иры это стало полной неожиданностью, и она растерялась. Обревко подошла к ее машине и брызнула в приоткрытое окно струей из газового баллончика. Естественно, после этого моя компаньонка не могла продолжать преследование, а Аля села в свою машину и укатила, уверенная в том, что избавилась от хвоста.

Затем я стала вещать о том, как инсценировала наезд на себя саму.

– Ах, значит, вот почему моя куртка так испачкана! – воскликнула квартирная хозяйка. – А я у тебя сразу постеснялась об этом спросить.