Квартира - Павел Астахов

Варвара Серафимовна вспоминала мужа: редкие минуты взаимности, регулярные походы в Кремль, ежегодные поездки к морю. Она прикрыла глаза, унеслась в радужные грезы, а тем временем грохот и тарахтение машин и агрегатов, заполнивших их некогда уютный арбатский дворик, слились в сплошной гул. В нем она уже слышала и шум далекого моря, и рев военных парадов, на которых по статусу обязан был присутствовать великий советский архитектор Штольц, и жужжание их персональной «Победы».

— Варвара Серафимовна! Как вы?

— Ах… — выдохнула старушка и открыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Мадам Штольц, вы меня слышите? — нависал над ней настырный сосед-адвокат. — Извините, что потревожил. Но, мне кажется, можно вернуться в дом.

— Ах, Артемий Андреевич… Я уже и не думала… Этот взрыв, пожар… полный кошмар. Вот сижу, прощаюсь с жизнью.

Штольц протянула Артему руку, и он поддержал ее и помог встать. Дом, только что готовившийся к сносу, стоял как ни в чем не бывало, а строители споро убирали осыпавшийся с крыши мусор.

— Может быть, я уже умерла? Хотя нет, на том свете вряд ли мы будем с вами вместе. Вам еще рановато, Артем. Xa-xa! — Она засмеялась и грациозно сбросила спасательный плед, которым ее укрыли эмчеэсовцы.

Артем тепло улыбнулся:

— Варвара Серафимовна, вы гениальная женщина. Я вами восхищаюсь. Пойдемте скорее внутрь. Холодно здесь.

Адвокат подхватил Штольц под руку, но она плавно отвела его руку и перехватилась сама, элегантно согнув ручку крендельком. Под напряженными взглядами рабочих, уже вернувших вышибленную дверь с кодовым замком на место, пара прошествовала в подъезд.

— Я знаю, это вы отстояли наш дом… — медленно шагая по усыпанным отлетевшей штукатуркой ступенькам, проронила старушка, — и мне нравится, когда вы победитель.

— Ой, Варвара Серафимовна, ваши бы слова да богу в уши! — рассмеялся адвокат. — Эти победы все тяжелее даются. И все призрачнее их результаты.

Так оно и было. Даже собственная квартира адвоката по-прежнему числилась вовсе не за ним, а за муниципалитетом. Павлов мог стать бомжем в одночасье. Но хуже всего было то, что, не являясь формальным собственником, Артем не мог совершать некоторых юридических действий сам, от своего имени.

— У меня к вам просьба… — доведя соседку до квартиры, произнес Артем. — Дайте мне доверенность на защиту ваших интересов.

Варвара Серафимовна достала ключи.

— Хорошо. Прямо сейчас?

— Нет, дойдите до нотариуса. На Новом Арбате принимает. Я напишу вам ее адрес и фамилию. В любое время с девяти до пяти. И чем быстрее у меня будет эта доверенность, тем лучше.

— Ой, Артемий Андреевич, — вздохнула соседка, — чует мое сердечко, что все это напрасно. Жучкова наверняка наверху поддерживают.

Артем вспомнил серое от ужаса лицо начальника жэка и усмехнулся:

— Мы победим. Будьте уверены.

Штольц лишь вздохнула:

— Ах, эта молодость…