Смертельный архив - Алексей Макеев

Они поднялись по темно-коричневой деревянной лестнице, прошли несколько метров широким коридором и оказались на большом, метров двадцать, балконе со столиком и расставленными вокруг него старинными резными стульями. Хозяин дома сидел спиной, держа в руках круглый бокал с вином.

– Здравствуйте, Михаил Игнатьевич, – Настя остановилась в нескольких метрах. – Рада познакомиться.

Хорошевский повернулся, вперив в девушку настороженные темные глаза.

Для своих шестидесяти девяти Палач сохранился идеально – гладкое, почти без морщин, лицо; темные волосы серебрятся по бокам (Настя чисто случайно знала, что к нему тайно ездит парикмахер для окраски); мощное телосложение – не грузное, именно мощное: при весе чуть более ста килограммов Хорошевский двигался удивительно быстро. На среднем пальце левой руки Настя рассмотрела широкий золотой перстень с черным камнем посередине и золотым причудливым вензелем – такой же, большой, она видела на въездных воротах. Из-под золота выглядывала часть другого, вечносинего перстня – след буйной, давно ушедшей молодости. Одет Палач, несмотря на жару, в белые плотные брюки и белую же рубашку, застегнутую до ворота.

Поизучав некоторое время девушку, хозяин молча указал рукой на соседний стул.

– Я вас оставлю, – Назар ободряюще улыбнулся Насте и вышел.

– Значит, получила компанию моего старого друга Князя? – старик едва заметно махнул рукой: будто по волшебству на балконе вырос охранник, поставил такой же круглый, как у хозяина, бокал. Хорошевский взял бутылку и налил в него темно-алое, густое вино. – Подарок друзей из Грузии. У нас не купить.

– Благодарю, – девушка пригубила изумительный напиток. – Спасибо за встречу, Михаил Игнатьевич: я знаю, как вы заняты.

«И знаю, что ты параноик…»

– Скажу честно, любопытно познакомиться. – Палач улыбнулся, но злое лицо приятнее не стало. – Такая молодая – и вдруг хозяйка бизнеса! Не скажешь, чем заслужила компанию? – В словах гнусный намек, но Настя спокойно улыбалась: злость – удел слабых…

– Умом, усердием и трудолюбием. Шеф, Луганский, оценил по достоинству.

Хорошевский кивнул, по-видимому, довольный ответом. Черты его лица немного смягчились.

– Зачем хотела меня видеть? – он отпил маленький глоток, полюбовался игрой света на краю бокала. – Мы, старики, не привыкли, что молодые леди ищут встречи.

Настя рассчитывала, что он первым заговорит о бойцах, о похищении… но и для другого начала заготовлен вариант.

– Михаил Игнатьевич, вы, безусловно, слышали о последних событиях в городе… Стрельба по полиции, пропажи известных людей, убийства… – горло сдавил ком, но она быстро подавила волнение, – известных вам личностей.

– Князя имеешь в виду?

– Да. В том числе.

– Ну… – поторопил Хорошевский, когда пауза затянулась. – При чем тут я?

– Такого беспредела давно не было: мешает он бизнесу, многие люди теряют деньги: озлобленная полиция – страшный враг, вам это известно. – Палач кивнул, прикрыв глаза. – Стало известно, что за неудобными событиями стоит некая женщина…

Поймала! Все тело Хорошевского будто напружинилось, окаменело, глаза сузились в яростном прищуре… Длилось всего мгновение – он снова сидел, расслабленно щурясь, но этой секунды хватило, чтобы Настя поняла – женщина хозяину знакома; более того, он переживает, нервничает: знакома довольно близко!

– Женщина? – прозвучало с угрозой; кашлянув, заговорил доброжелательнее: – Настенька, вы, женщины, можете быть жестокими, коварными, хитрыми… единственное, чего нет, – логического мышления… не обижайся. – Настя с улыбкой кивнула. – В случившихся событиях виден холодный, трезвый расчет. Не думай, что я не интересовался – люди проверили все, что можно: уверен, тут причастен кто-то влиятельный, способный на жесткие решения.

– Вроде вас?

Хорошевский хмыкнул, отпил глоток:

– Да, пожалуй, вроде меня, – он поставил бокал на стол, по краю скатилась большая рубиновая капля и разбежалась по белому мрамору стола. – Но, как ты сказала, бизнес есть бизнес – мой, не сомневайся, страдает не меньше от этой «непонятки».

– Так, может, стоит объединиться, решить проблему? – Настя внимательно следила за хозяином, но он больше не проявлял эмоций.

«Ну же, давай о моих бойцах…»

– Объединиться? – Хорошевский сделал задумчивый вид, потом отрицательно помотал головой. – Нет, не думаю. Мы с Князем… пардон, теперь с вами идем разными дорогами. Иногда приходится решать совместные вопросы, но хотелось бы делать это как можно реже.

– Жаль… тогда мне, наверное, пора… – она встала.

– Сожалею, не помог, – бизнесмен тоже поднялся, оказавшись на две головы выше и в два раза шире. Дошел с ней до выхода с балкона. – Еще о якобы причастной женщине… Великие женщины бывают, спору нет, – но их рождается одна… может быть, две на поколение. Не думаю, что одна из них – наш враг. И еще…

– Да?

– Ваш новый бизнес очень уж разросся… хорошо бы проследили, чтобы стать чуть меньше, – темные глаза старика сузились. – Это у бога места хватит всем, в жизни такое редко случается. Да и тяжело девочке тянуть махину вроде «Голд-альянса».

«Зря ты недооцениваешь женщин – думала, ты умнее…»

На лице Насти ничего не отразилось, но она стала хуже относиться к хозяину, почувствовав слабое место. Недооценить врага – самый страшный грех воина…

– В любом случае рада познакомиться, Михаил Игнатьевич, – ладошка Насти утонула в лопате Хорошевского, горячей и шершавой, как наждачная бумага. – Полагаю, мы с вами еще встретимся: новички думают, что дорога бизнеса широкая…

– А она лишь тропинка, где неизбежны столкновения, – он постарался улыбкой скрасить угрожающий смысл фразы. – Если возникнут вопросы…

«К тебе точно не поеду!»

Он долго смотрел вслед. Настя, выйдя на улицу, заметила, как хозяин подошел к поручням балкона и внимательно проводил ее глазами до машины. «Мерседес», заурчав, тронулся к воротам…

На выезде девушка обратила внимание на группу из пяти человек, вооруженных автоматами, – бойцы спешно двигались в сторону леса.