Смертельный архив - Алексей Макеев

– Ты всегда хотел стать следователем?

– Да нет, конечно… В детстве мечтал стать ветеринаром, зверушек лечить.

– Что не стал?

– Жизнь выкидывает забавные фокусы… правда, сама и смеется, – капитан нахмурился, вспомнив папашу. – Но не жалею, что выбрал такую профессию, – приятно думать, что делаешь мир чуточку лучше.

– Даже сейчас? – Настя приподнялась на локте, заглянула в глаза. – Будь ты Айболитом, лечил бы кошечек-собачек-коровок, и не было бы проблем. А так – розыск, куча трупов, опала со всех сторон… разве оно того стоит?

– Да, – просто ответил Звонарев, – найду гадину, накажу – больше никому навредить не сможет. Доброе имя, опять же, восстановлю, – он невесело улыбнулся, – если получится… А нет – поеду на зону с чистой совестью, как ни странно…

Она тоже улыбнулась, снова легла – мягкие каштановые волосы щекотно пробежали по его груди. Капитан обнимал теплый, свернувшийся комочек и не мог поверить, что буквально недавно девушка пугала кого-то смертью… и, более того, отдала приказ убить – дважды…

– Назар звонил, – без всякого перехода голос Насти зазвучал по-деловому. – Встреча завтра вечером.

– Надо подготовиться.

– Ты не поедешь, – ее тон не оставлял места возражениям, – Хорошевский потребовал, чтобы я была одна.

– И что помешает убить тебя одну и закопать в перелеске? – Звонарев отстранился. – В любом случае нужна подстраховка!

– Палач выставил посты задолго до дома: сопровождение заметят, и встреча сорвется. Отношения и так напряжены, ни к чему усугублять. – Она встала, потянулась – капитан залюбовался ее грациозной пластикой. Прошла к креслу, вытащила из пачки сигарету. – Не волнуйся: Назар выступает гарантом безопасности.

– Он может нарушить слово…

– Назар славится тем, что никогда не нарушает обещаний. Он скорее будет отстреливаться от хорошевских «быков», чем позволит меня «убрать».

– Все равно, – капитан бурчал, хоть и понимал: Настя не изменит решения. – Надо подумать…

– Я подумала за обоих, – девушка обняла его сзади, нежно прикоснулась губами к шее. – Сиди тут, пей хароновский кофе. Я, как освобожусь, сразу приеду и доложу обстановку. Так у вас говорят, товарищ капитан?

– Так, – Звонарев резко повернулся и сжал Настю в объятиях. – Будешь осторожна?

– Конечно, всегда! – она отдала пионерский салют.

– Докажи!

Смеясь, они снова упали на мятую постель.

* * *

Настя уехала утром. Почти сразу в квартире появился злой, невыспавшийся Харон. Окинул взглядом мятую постель, валяющуюся на полу рубашку Звонарева, штаны, стыдливо выглядывающие из-за кресла… все понял и, не сказав ни слова, ушел на кухню. Через пару минут квартира наполнилась запахом кофе.

Капитан встал, потянулся, подумал, не сделать ли зарядку… не стал – ночью отработал полный цикл упражнений. Душу терзали сразу два противоположных чувства: с одной стороны, хотелось петь и смеяться, как счастливому идиоту, с другой… с другой – хотелось бежать с автоматом наперевес к Хорошевскому и защищать девушку – она там что пескарь против акулы. Если Палач наплюет на Назаровы обещания, что очень даже вероятно, Насте не уйти.

В комнате появился Харон, поставил на столик чашку с черным, ароматно курящимся напитком. Капитан не находил места, бродил из угла в угол, хрустя пальцами, тер успевшие отрасти волосы…

– Чего? – Димке надоело мельтешение.

– Настя поехала к Хорошевскому. Одна.

– Без подстраховки? – Димка нахмурился. – Плохо…

– Сказала, Назар выступил гарантом безопасности.

– Лучше, но все равно – их мир не знает честности.

– Их? Не твой? – Звонарев хитро прищурился. – Не первый раз оговариваешься.

– Не мой, – продолжать мысль парень не стал. – Про Настю…

– Есть предложения? – Звонарев остановился. – Дима, не тяни!

– Помнишь, я говорил, «отрабатывали» Хорошевского? Ну, чтобы…

– Помню, – капитан обратился в слух.

– Дом хорошо охраняется: посты, охрана, собаки – но само здание стоит в низинке. Можно лесом пройти и попасть на один пригорок, с которого хороший обзор на площадку перед домом и окна видно…

– Ты знаешь дорогу?

– Приблизительно, – Харон пожал плечами. – Я собирался пройтись, но все отменилось.

– Настя сказала, Палач выставит посты задолго до дома… – капитан быстро прикидывал варианты, – не проехать.

– Заход в лес с параллельной дороги: там нет своротки к Хорошевскому, так что посты… вряд ли. Идти, понятно, следует осторожно – могут работать патрули, но дойти реально.

– Поехали! – Звонарев вытаскивал из шкафа постиранный и заштопанный камуфляж. – Поможем.

– Просила ведь не помогать… – проворчал Димка, но поднялся. – Не понимаю, почему с тобой брат дружил – вечно в жопу без мыла лезешь.

– Мы с Саней много раз этим методом живыми уходили, – голос капитана потеплел при мысли о друге: успел забыть, что Харон – его брат. – Просто посмотрим. Если все нормально – уйдем, никто не узнает.

– Жду в машине.

Капитан, закрывая дверь, бросил взгляд в зеркало: «Куда ж тебя несет?!» Чужая злая рожа криво улыбнулась…

Через сорок минут «Мерседес» остановился возле знака «Максимальная скорость – 60 км». Харон заглушил двигатель, достал с заднего сиденья продолговатую черную сумку.

– Винтовка? – Капитан, вооруженный «ТТ», поглядел на водителя. – Думаешь, понадобится?

– А что без нее делать? Комаров твоей хлопушкой пугать? – Димка вжикнул «молнией», проверил магазин. – Все, выдвигаемся, – он первым вылез из машины.

Шли долго, хотя лес не густой – сосны и ели росли в отдалении друг от друга, образуя сносную тропинку. Гудели над головой комары; порхали с цветка на цветок белые капустницы; жаркие лучи не пробивались сквозь пышные кроны, даря прохладу. Харон двигался почти бесшумно, даже трава, казалось, не шуршала о его одежду – такой же, как у Звонарева, желто-коричневый камуфляжный костюм. При каждом постороннем звуке Димка падал на одно колено и выбрасывал вперед ствол ВСС – смотрел прищуренными глазами, изучая окрестности… убедившись в отсутствии противника, продолжал путь.

– Почти пришли, – шепнул Димка, кивком указывая на просвет. – Стой!

– Что? – так же шепотом спросил капитан.

– Трава примята, – Харон наклонился и провел ладонью по зеленому ковру. – Совсем недавно.

– Проверяют? – Звонарев вытащил «ТТ».

– Наверное. При такой охране – и не определить вероятные точки снайперского огня… Делаем так – я иду на позицию, изучаю обстановку; в случае чего стреляю. Ты прикрываешь тыл. Вон там, – он кивнул на раскидистый куст, – спрячешься и будешь внимателен. Понял?