Человек-Тень - Эдогава Рампо

– Даже вы с треском провалились, Сухара-кун.

Однако Сухара по-прежнему не мог определить, кто перед ним.

– Да кто же вы такой, кто же? – жалобно спрашивал он.

– До сих пор не узнали? Это же я! Представьте меня без усов и очков и присмотритесь хорошенько. Ну, видите? Ах-ха-ха!

Козни против козней

– Так вы загримировались? М-м… что-то никак не пойму… – недомерок Сухара заморгал, как от слепящего света.

– Ха-ха-ха, до сих пор не узнали? Глядите, это же я! – Юрист стащил с себя очки, сорвал усы и вдруг выставил вперед лицо.

– А-а, это вы, Сагава Сюндэй! Что все это значит?

Сухара уставился на собеседника с таким изумленным видом, будто поддался чарам кицунэ.

– Давайте где-нибудь поговорим без спешки. Мне предстоит получить еще кое-что.

Человек-тень Сагава Сюндэй намеревался получить еще не выплаченный ему остаток за план действий – три миллиона иен.

– Ладно. У меня тоже есть к вам вопросы. Вон храмовая роща. Там и поговорим. Такие разговоры в помещениях лучше не вести.

Поблизости действительно находилась густая роща вокруг синтоистского святилища. Плечом к плечу, словно близкие друзья, они углубились в гущу деревьев.

– Вот здесь, пожалуй, будет в самый раз. Вы тоже садитесь.

Недомерок Сухара уселся на землю под большим дубом, человек-тень устроился напротив.

– Собственно говоря, в чем дело? К сожалению, я все еще не понимаю. Вы же попались на крючок.

Человек-тень, на которого уставился явно озадаченный Сухара, усмехнулся и начал объяснять:

– В лодке у Токийского порта мы показали друг другу свои пистолеты. Я заранее знал, что вы носите при себе кольт двадцать пятого калибра. Потому и обзавелся точно таким же, а в тот раз убедился, что это та самая модель. Когда вы явились ко мне с вечерним визитом несколько дней назад, я незаметно подменил пистолет в вашем кармане.

– Что?! Подменили? Когда же вы успели? Поразительно! Да вы фокусник!

– Да, фокусник. Для того, кто живет как я, нет ничего важнее свойственной фокусникам ловкости рук. Я учился у настоящих мастеров. Вот потому-то первый патрон в пистолете, который я незаметно сунул к вам в карман, был холостым. Все прочие остались боевыми, но поскольку я намеревался умереть после первого же выстрела, это меня устраивало. И даже если бы потом вы проверили пистолет, то убедились бы, что все оставшиеся патроны боевые, и не заподозрили бы, что лишь первый из них был холостым.

На лице Сухары отразилось восхищение.

– Вот это выдержка! Но если бы я выстрелил во второй раз, вы бы и вправду погибли!

– Ха-ха-ха, а вот это уже психология. Если после первого выстрела противник падает и не шевелится, второй раз уже не стреляют. Преступники ужасно боятся нашуметь.

Вы выстрелили в меня из пистолета, который я вам подложил. О том, что вы выстрелите, я прекрасно знал, поэтому заранее запасся запекающейся кровью, какой пользуются актеры, и когда вы выстрелили, я сразу после падения облил свое лицо, чтобы казалось, будто вы попали именно в него.

Даже выслушав это, Сухара все еще сомневался.

– Минуточку! Тут что-то не так. Человеком, упавшим прямо передо мной, точно были вы. Но когда после этого я пощупал ваш пульс – сначала коснувшись груди, потом на запястье – и там, и там его не было, сердце полностью остановилось. Я все тщательно проверил, чтобы не допустить ошибки. Невозможно представить, чтобы вы ожили или пришли в себя.

– Это опять-таки фокус.

– Что?.. Вы с помощью фокуса остановили сердце?

– Остановить сердце непросто. Поэтому я подложил под рубашку лист пластмассы, отлитый точно по форме груди. Через него сердцебиение не прощупывается. А вот запястье прикрыть пластмассой нельзя. Поэтому я прибег к давнему приему фокусников. Под мышкой я спрятал шарик из твердой резины размером чуть больше мячика для пинг-понга, плотно приложенный к артерии на внутренней поверхности руки, и резким движением зажал его. В итоге пульс пропал по всей длине руки. Таким способом можно безо всякого труда некоторое время изображать остановку сердца.

– М-м, никогда не слышал про такое. А вы и в самом деле человек-тень. Стало быть, после того, как я накрыл ваше тело циновкой и ушел звонить товарищам, вы преспокойно встали и заменили его настоящим трупом?

– О том, что вы задумали, я знал с тех пор, как мы в лодке демонстрировали один другому пистолеты, поэтому распорядился выкрасть из лаборатории медицинского университета труп примерно моего возраста и роста и спрятал его в густых зарослях неподалеку от кирпичного строения с рабочим кабинетом. Лицо этого трупа я действительно обезобразил и облил кровью, труп переодел в свою одежду и ловко обвел вас вокруг пальца.

На лице Сухары отражалось все больше обуревающих его чувств.

– Да разве мне – чтоб мне пропасть – тягаться с таким искусным фокусником, как вы! Я поддался обману с самого начала. Я задумал поручить план идеального убийства самой жертве, сделать так, чтобы вы придумали, как вас убить, но вы заранее разгадали этот дерзкий ход и приготовили свои козни против моих. Да, признаю: я копал мельче вас. Но это еще не значит, что я смирился с поражением. Возможно, на ваши козни против козней найдутся и другие козни. – И Сухара ухмыльнулся так, что по всему его лицу разбежались морщины.

При виде выражения на его лице человек-тень мысленно выругался. Он невольно схватился за карман, но пистолета при нем не было. Попытался подняться, но было уже поздно: мускулистая рука обхватила его сзади за шею. В тени деревьев прятался еще один враг.

Увидев, что происходит, Сухара налетел на человека-тень спереди. Серьезным противником этот недомерок не был, но его напарник, тот, что напал со спины, обладал чудовищной силой. Его руки казались стальными.

Собрав все силы, человек-тень сумел вывернуться из захвата и проворно вскочил. Завязался ожесточенный бой, но продолжался он не более пяти минут.

С двумя противниками – одним бывшим союзником и одним только что пришедшим к нему на помощь невероятно сильным незнакомцем, – не совладал даже человек-тень, вскоре его пригвоздили к земле. Заложенные за спину руки связали, обвив шпагатом. Затем так же связали щиколотки. И наконец рот старательно заткнули кляпом.

– Ха-ха-ха, терять бдительность не пристало даже вам. Кто бы мог подумать, что в этой роще устроена засада! Так что в конечном счете победил я, – язвительно воскликнул запыхавшийся недомерок Сухара.

Его