Тустеп вдовца - Рик Риордан

— Попробуй немного. Это поможет. Продукты из кукурузы очень полезны.

— Нет, благодарю. Эрейни не имеет никакого отношения к Бланксиглу. Я действовал на свой страх и риск.

— На свой страх и риск, — повторил тот.

— Совершенно верно.

— Без лицензии.

Я кивнул. Сэм покачал головой, и на его лице появилось кислое выражение, словно его худшие подозрения о природе человека только что оправдались.

— Расскажи, — приказал он.

— И что потом?

— Увидим.

Я рассказал ему основное. Сэм задал несколько вопросов: как выглядел Джин, что именно говорил Лес Сент-Пьер Мило Чавесу о своем плане заставить Тилдена Шекли сотрудничать. При этом он дважды брал пригоршни воздушной кукурузы и принимался по штучке закидывать ее в рот.

— Я уже разговаривал с детективом Шеффером из департамента полиции Сан-Антонио, — сказал Сэм, когда я закончил свой рассказ. — Я сам свяжусь с полицией Голливуд-Парк. Тебя здесь сегодня не было, и ты больше над этим не работаешь.

— Именно так.

— Скажи мистеру Чавесу, что он должен делать все возможное для своих артистов. Скажи ему, что Лес Сент-Пьер рано или поздно объявится и что с Тилденом Шекли, насколько тебе известно, нет никаких проблем.

— И что Санта Клаус подарит ему на Рождество чудесный трехколесный велосипед.

Баррера нахмурился, согнул пальцы, и золотые кольца соприкоснулись, постукивая, словно морские ракушки.

— История с певицей Мирандой Дэниелс — побочная линия, — продолжал он. — Забудь о ней. Если ты думаешь, что это как-то связано с исчезновением Сент-Пьера и такой человек, как Тилден Шекли, имеет отношение к убийствам из-за контракта на запись диска… — Баррера немного помолчал. — Ты не понимаешь, во что ввязался, Наварр. Я рекомендую тебе отойти в сторонку.

— Через «Индиан пейнтбраш» проходят какие-то поставки, — сказал я. — Что-то из Германии… большие тяжелые цилиндры. По словам Бланксигла, уже около шести лет. Лес Сент-Пьер узнал об этом от Джули Кирнс, а та, скорее всего, — от Алекса Бланксигла. Лес пригрозил раскрыть тайну Шекли, если тот не откажется от своих притязаний на Миранду Дэниелс. Он ошибся: либо недооценил важность полученной информации, либо не ожидал столь резкой реакции Шека. Теперь Лес исчез, оба человека, которые помогли ему получить секретные сведения, мертвы. Как у меня получается?

— Не слишком хорошо, заткнись, — сказал Баррера.

— Вы беседовали с Алексом Бланксиглом по меньшей мере однажды. Он сказал мне, что другой частный детектив задавал ему вопросы. Вы отправились в Остин и в субботу поздно вечером, когда я перестал вести наблюдение за Джули Кирнс, навестили ее. В тот момент она отказалась сотрудничать, наставила на вас пистолет и выгнала из дома. В воскресенье вечером, после разговора со мной или после звонков людей Шека, она так испугалась, что договорилась о встрече с вами в Сан-Антонио. Каким-то образом Шекли об этом узнал. Джули вам не доверяла и взяла с собой оружие, но не стала брать никаких письменных доказательств. Она приехала слишком рано, или вы немного опоздали, и ее убили выстрелом в голову. Вы увидели мертвое тело и решили не заезжать на парковку, посчитав, что вопросы можно задать и позже. На кого вы работаете, Сэм? Что такое важное прячет Шекли, из-за чего стоит убивать людей?

Баррера медленно поднялся на ноги и посмотрел на свои золотые часы.

— Собирай вещи, отправляйся домой и никуда не уходи. Я намерен обратиться в полицию.

— На вас постоянно работают пять оперативников только в вашем офисе в Сан-Антонио, и еще пятнадцать на местах. У вас дюжина клиентов по всей стране, ваша контора ведет множество расследований. Если вы сами находитесь здесь, в гостиной Бланксигла, и ездите в Остин, чтобы побеседовать с Джули Кирнс, значит, речь идет о чем-то очень серьезном. Возможно, это дело вам подбросили друзья из Бюро?

— Есть и другой вариант — я могу сдать тебя одному из вовлеченных в эту историю агентств.

— Одному из агентств?

— Речь идет о людях не из твоей лиги, Наварр. Они в состоянии позаботиться о том, чтобы ты вел себя очень тихо. И еще у них будут серьезные вопросы к Эрейни Манос о твоих методах работы. Мы можем сделать так, чтобы она лишилась лицензии, а твое прошение даже не рассматривалось.

— Вы поведете себя как последний ублюдок?

Сэм Баррера бросил на меня бесстрастный взгляд. Он не собирался мне угрожать, просто предложил тест с готовыми ответами.

— Ладно.

Я принялся собирать свои деньги, набор отмычек, фотографии и документы, засунул все в рюкзак. Мои пальцы работали не слишком проворно. В желудке что-то дрожало.

Сэм Баррера смотрел, как я застегиваю молнию. Не стану утверждать, что он расслабился, но его взгляд был уже не таким пристальным, и он убрал пистолет за пояс, под куртку. Склонив голову набок, Баррера потянулся, разминая шейные мышцы, и его короткие черные волосы заблестели.

— Ты сказал, шесть лет, — задумчиво проговорил он. — Так и есть. Быть может, когда-нибудь я познакомлю тебя со своими досье, чтобы ты понял, как расследуются дела. Может быть, даже расскажу, как мы прикладываем невероятные усилия и собираем горы документов, и вдруг оказывается, что информатор, которого мы обхаживали, исчез, а другого убили в тот день, когда мы собирались с ним поговорить. Потом появляется тип вроде тебя, который думает, что владеет ситуацией. Ты подставляешь Эрейни, занимаясь подобными вещами, мальчик. Да и себя тоже. Иди домой.

Я взял рюкзак и встал. Чувствовал я себя паршиво.

— И еще, Наварр, ты ничего не обнаружил, — продолжал Сэм. — Ты не имеешь ни малейшего понятия, где может находиться Сент-Пьер. И даже не нашел никаких бумаг, которые не мог бы объяснить.

Лишь через секунду я сообразил, что Сэм не задает мне вопрос, а выдает очередной приказ. Я смотрел на него до тех пор, пока тот не почувствовал, что следует сказать еще что-нибудь.

— Сент-Пьер должен был передать мне важную информацию. Я ничего не нашел в спальне Бланксигла и в доме Джули Кирнс.

Я покачал головой. Я не рассказал Баррере только о файлах из компьютера Джули Кирнс, но они не имели отношения к шантажу. В тот момент они не казались важными — незначительная деталь, позволившая мне хоть как-то ему отомстить.

— Все так и есть, Сэм, я ничего не нашел.

Сэм Баррера бросил на меня взгляд и кивнул. Когда я уходил, он объяснял по телефону полиции Голливуд-Парк, как им следует вести расследование.