Авантюристка - Рекс Стаут

Я отрицательно покачал головой:

— У нее есть пульс — смотри! Но нам надо найти воду. Думаю, она не ранена, все дело в ее истощении из-за голода. Подожди меня.

Я пошел по пещере в том направлении, откуда слышался звук текущей воды, обойдя справа огромную извивающуюся тушу монстра, чье гигантское тело поднималось над землей и падало на нее с такой силой, что дрожали стены пещеры.

Я без большого труда нашел ручей. Он был совсем недалеко, и я вернулся к Гарри. Вместе мы отнесли тело Дезире на берег. Она никак не хотела приходить в себя и долгое время не двигалась, но холодная вода ее оживила, глаза Дезире медленно открылись, и она неуверенно подняла руку к голове.

Но слабость была еще сильной, и мы увидели, что, если не найдем какую-то пищу, ей скоро придет конец.

Я стоял рядом с ней и держал ее руками за плечи, а Гарри, с копьем в руке, смотрел в ту сторону, где темной массой лежала на земле огромная рептилия. Я был слишком далеко и в темноте ничего не видел.

— Вряд ли эту гадину можно есть, — сделал вывод я, а он ответил мне взглядом, который я понял, и мы замолчали.

Скоро из темноты, оттуда, куда удалился Гарри, донесся шум. Я крикнул, не нужна ли ему моя помощь, но ответа не последовало. Я прождал десять минут, и звуки не смолкали. Один раз послышалось, как о камни стукнуло его копье.

Я уже поднялся было на ноги, чтобы идти ему на помощь, как вдруг он вынырнул из полумрака. Шел он медленно и тянул за собой что-то вроде какого-то животного. Еще через минуту он был рядом со мной, а я в это время держал на руках Дезире.

— Дикая свинья! — воскликнул я, перегнувшись через тело Дезире к существу, лежащему у его ног. — Какого дьявола она сюда спустилась?

— Дикая свинья — мой лучший друг! — заявил Гарри. — Дикие свиньи живут в воде? У них морды как у зубаток? Эти животные — моя собственная находка.

Там их больше десяти миллионов. Устроили трапезу в память о нашем безвременно почившем друге со щупальцами. Посмотри-ка!

Гарри острием копья вспорол шкуру на еще теплом животном от шеи до хвоста. Дезире дернулась у меня на руках.

— Боже! Пахнет хорошо! — воскликнул Гарри.

Я вздрогнул.

Он оттащил тушку на несколько метров, и я услышал, как он орудует копьем. Через пару минут он подошел к нам, держа что-то в руках.

Мясо было далеко не высших кондиций. У меня не укладывается в голове, как Дезире, такая ослабевшая, смогла взять его в рот и проглотить. Но она это сделала, и я вслед за ней. Вдобавок мясо было сырым.

Гарри сказал, что оно сладкое. Что ж, возможно, и так.

Мы помыли Дезире лицо и руки и дали ей воды напиться, и скоро ее сморил, как казалось, здоровый сон.

У нас еще осталось около десяти фунтов мяса. Гарри помыл его в ручье и спрятал в камнях под поверхностью воды. После этого он объявил о своем намерении отправиться на еще одну охоту.

— Я пойду с тобой, — заявил я. — Помоги мне — помоги уложить Дезире.

— Вряд ли что-то получится. Разве я тебе не говорил, что их там миллионы? Ну, сотни. Если они появятся здесь и найдут Дезире, у нее ноль шансов с ними справиться. Так что возьми другое копье и оставайся здесь.

Мне пришлось остаться, голова Дезире лежала у меня на руках, и я стал ждать Гарри. Ощущения у меня были не самые неприятные. Кровь бежала по жилам заметно быстрее.

Цивилизованное человечество привыкло считать, что душа, сущность жизни, находится где-то в сердце. Именно так говорят разные проповедники и поэты. Но вряд ли цивилизация сохранилась бы без еды четыре или пять дней. Есть у человека такой орган, голос которого звучит громче всех. Не буду его называть.

Гарри вернулся через пять минут, таща за собой еще двух свиней. А через полчаса у кромки воды их лежала уже целая дюжина.

— Ну все, — заявил он, тяжело дыша после своей охоты. — Остальные смылись в лес, который, судя по всему, где-то недалеко. Ты бы сейчас посмотрел на нашего друга со щупальцами, который так сверкал глазами. После визита свиней в нем сплошные дыры.

Все-таки какая ужасная тварь! Костей у него нет — все сжимается, как аккордеон. Отвратительное беспозвоночное.

— Господи, да кто же, скажи на милость, будет все это есть? — Я показал на туши диких свиней.

Гарри усмехнулся:

— Не знаю. Я был так взволнован представившейся возможностью пополнить наши запасы, что не мог остановиться. Эх, сейчас дал бы руку на отсечение — за огонь и немного соли. Хоть на медную монету соли.

Давай ложись поспи, а я пока займусь разделкой этих туш, а потом сам посплю.

Он принес мне одну шкуру, я воспользовался ею как подушкой и осторожно, чтобы не разбудить Дезире, лег на спину. Она сладко спала, положив голову и плечи мне на грудь.

Проснулся я, когда меня подергал за руку Гарри.

Поднявшись на локтях, я спросил, сколько проспал.

— Шесть или семь часов. Я ждал сколько мог. Занимай пост.

Дезире беспокойно пошевелилась, но, похоже, продолжала спать. Я сел и протер глаза. Куча туш исчезла. Неудивительно, что Гарри устал! Я сам себя обругал, что спал так долго.

Гарри устроил себе постель, которая, благодаря добытым им шкурам, была весьма удобной.

— Кровать что надо, — услышал я его усталое бормотание, и тут же все стихло.

Я сидел недвижно и скоро совсем закоченел, но боялся шелохнуться, чтобы не потревожить Дезире.

Наконец она снова пошевелилась, и, наклонившись над ней, я увидел, что ее глаза медленно открываются.

Полусонная, она удивленно, не мигая посмотрела на меня.

— Это вы, Пол? — пробормотала Дезире.

— Да.

— Я рада. Мне кажется, я что-то чувствую. Что это?

— Не знаю, Дезире. Что вы имеете в виду?

— Ничего, ничего. О, это так приятно, так хорошо — что вы меня держите.

— Да? — улыбнулся я.

— Да, только… А где Гарри?

— Спит. Хотите есть?

— Да… нет. Не сейчас. Не знаю почему. Я хочу поговорить. Что случилось?

Я рассказал ей обо всем, что произошло после того, как она потеряла сознание. Она поеживалась по мере того, как к ней возвращалась память, но моя попытка с юмором описать, каким бравым охотником был Гарри, не увенчалась успехом.

— Вам незачем отворачивать свой нос, — заметил я по поводу ее гримасы, — вы и сами отведали этого мяса.

После этого наступила тишина. Ее разорвал голос Дезире:

— Пол… — Она замялась и замолчала.

— Да?

— Что вы обо мне думаете?

— Хотите услышать обстоятельный ответ? — улыбнулся я.