Последняя миля - Дэвид Бальдаччи

– Каковы же шансы, – задался вопросом один из дикторов, – чтобы оба умерли подобным образом в один и тот же день?

«Они умерли не в один и тот же день», – подумал Декер. Реджина фактически погибла после полуночи, откуда следует, что она умерла на следующий день.

И все же оспаривать всеохватное замечание он не мог. Каковы же шансы?

Что ж, Декер знал, что на самом деле они весьма велики, если кто-то убил Реджину, как только ее муж благополучно отбыл в мир иной.

Дверь зала открылась, и в нее вошел Мелвин Марс, одетый в тренировочный костюм. Кивнул Декеру и занялся растяжкой. Потом он приступил к тренировке, и Амос, напрочь позабыв обо всем, просто смотрел, не в силах поверить в интенсивность тренировки, граничащую с безумием. Один раз он едва не свалился с дорожки, потому что был слишком зачарован тем, на что оказался способен почти сорокадвухлетний Марс.

В конце концов Декер просто отключил тредбан и смотрел.

Наконец закруглившись, Мелвин схватил свежее полотенце и вытерся.

– И часто ты это делаешь? – поинтересовался Декер.

– Каждый день. Последние двадцать лет.

– Впечатляет. Я едва инфаркт не схлопотал, просто глядя на тебя.

– Это меня поддерживало, – развел руками Марс. – Помогло не сойти с ума. Понимаешь?

– Это я могу понять, – кивнул Амос.

Усевшись на скамейку, Марс снизу вверх поглядел на Декера с настороженным выражением.

– Как по-твоему, что происходит на самом деле?

– Кто-то тебя ненавидел. А потом кто-то сжалился над тобой.

– Что? – удивился Марс.

– Тебя подставили, упрятали за решетку и едва не позволили казнить. Потом подкупили Монтгомери, и ложное признание вытащило тебя из тюрьмы.

– Думаешь, это та же публика?

– Прошло двадцать лет, но это определенно возможно.

– С чего бы им передумать? Убили моих родителей, отправили меня в тюрьму, а потом меня же и вытащили? В этом смысла ни на шиш.

– Согласен. Убийство на тебя повесили, потому что ты наиболее вероятный подозреваемый.

– Тогда почему убили моих родителей?

– Потому что они что-то знали, видели, слышали, сделали.

– Они были простыми людьми из захолустного крохотного городишки в Западном Техасе, Декер.

– Такими они были, когда ты их знал. Но до твоего появления, Мелвин, они могли вести совершенно иную жизнь. И, может статься, перебрались в Западный Техас, чтобы улизнуть от нее.

– Пожалуй, это логичнее, чем все остальное, – кивнул Марс. – Думаешь, они были замешаны в чем-то дурном?

– По всей вероятности. Людей, замешанных в чем-то хорошем, убивают нечасто.

– Трудно представить моих родителей в этом свете.

– А шрам на лице твоего отца?

– Ага, знаю. Думал об этом. Он так разозлился… Ни разу до того не видел моего старика таким.

– Может, он был таким, когда был помоложе.

– Думаешь, его кто-то порезал? Плохие парни, которые потом нашли и убили его?

– Необязательно.

– Тогда что?

– Это мог быть след скверной пластической хирургии.

Марс едва со скамейки не свалился.

– Эй, чего?

– Если твой отец был в бегах, он вполне мог пожелать изменить наружность. И пластическая хирургия позволяет сделать это. Но, быть может, у него не было денег или возможности пойти к законному хирургу. Вот он и предпочел кого-то из подпольных шарлатанов. Отсюда и шрам.

– А как же мама? У нее никаких шрамов не было.

– Может, он встретил ее уже после того, как ударился в бега. Может, она была непричастна к темной стороне его жизни.

– Ага, лады. Не могу представить маму преступницей. Она и вправду была славной женщиной. Ни разу не повысила на меня голос. Всегда была спокойна.

– Вопрос в том, как нам их отследить?

Марс стер пот, снова выступивший на лице.

– А надо?

– Что надо? – озадаченно поглядел на него Декер.

– Копать дальше. В смысле, мои родители мертвы. Я на воле.

– Так ты не хочешь узнать правду?

– Не хочу узнать, что…

– Что на самом деле твой отец был злодеем?

– А тебе бы хотелось узнать такое о своем старике? – ощетинился Марс.

– Тебя упрятали на двадцать лет, Мелвин. Убили твоих родителей. Ты не хочешь, чтобы они за это ответили? Не хочешь увидеть, как убийц твоих родителей привлекут к ответственности?

– Да знаю, знаю, – несчастным тоном проронил Марс. – Послушай, я не хочу, чтобы это сошло кому-то с рук. Просто…

– Что? – сурово вопросил Декер. – Что у тебя в жизни есть еще что-то более важное, чем это?

– А тебе-то что?! – рявкнул Марс. – Это не твоя чертова семья!

– Но у меня была моя чертова семья, – парировал Декер. – Кто-то ее убил. Я мог отвернуться от этого и продолжать жить собственной жизнью. Но могу сказать тебе вот что, Мелвин. Можешь попробовать отвернуться, но что за жизнь у тебя будет после этого? Ничего не стоящая.

Сграбастав свое полотенце, он сошел с дорожки и направился прочь из зала. Но у порога остановился, обернувшись к Марсу:

– Как бы там ни было, в тот год ты должен был выиграть Хайсмана. Парень, получивший его, продержался в профи всего пару лет, да и то ничего стоящего толком не совершил. А заодно ты стал бы нападающим – новичком года. Одной левой. А то, что тебе просто не выпало шанса, вовсе не значит, что ты не был суперзвездой. Потому что был.

И закрыл за собой дверь.

А Марс так и сидел на скамье, уставившись в пол.