Смотрящий по России - Евгений Сухов

— У нас есть очень большие деньги… Только с чего ты взял, что ты их получишь?

Спокойствие Друщицу далось нелегко. Первым его желанием было ответить нахалу хлесткой фразой. И только поразмыслив, он осознал, что не стоит опускаться до банальных оскорблений. Любая высокая нота может быть воспринята как проявление слабости, а подобного Тарантул допустить не мог.

И вновь эта снисходительная улыбка, которую очень хотелось размазать по физиономии чернявого.

— Я не помню случая, чтобы нам не отбашляли. Человек так похабно устроен, что всегда хочет вкусно жрать и сладко пить. Но самое главное, он очень бережет свое спокойствие. К чему твоему хозяину лишние проблемы. Насколько мне известно, у него и так напряги выше головы!

— Ты хоть знаешь, на кого наезжаешь?

Ответ прозвучал категорически:

— Для меня это неважно. Кто бы он ни был, но он обязан отстегнуть десять процентов. Скажем так, за покой, который мы ему гарантируем… Ведь если о его местонахождении знаем мы, то могут прослышать и другие.

Кавказец быковал.

— Уж не с ермолаем ли я перетираю?.. Это ты отправлял нам малявку с нарисованным волком? — задал Тарантул вопрос, который не давал ему покоя последнее время.

На лице незнакомца промелькнуло недоумение. Или ему только показалось?

— О чем ты?

— Ладно… И сколько, по-твоему, будет десять процентов?

— Насколько мне известно, у твоего хозяина наличка всегда под рукой… Это будет три «лимона» баксов.

Тарантул невольно скривился:

— Шмеля решил добыть? Ну-ну… По-твоему, мы разъезжаем по городу на бронированном грузовичке, который до самого верха набит «зеленью»?

— Мне не интересно, как вы разъезжаете, — ответил горец. Было заметно, что он начинал понемногу раздражаться, на его скулах отчетливо обозначились желваки. — Пусть даже в бронепоезде!.. Я хочу получить свои башли! — вновь сделал он ударение на последних словах. — Чужого мне не надо.

Тарантул поднялся:

— Ну что ж, жди, может, что-нибудь и высидишь.

Горец продолжал сидеть, слегка покачивая ногой. Вопросительно посмотрев на Тарантула, он произнес:

— Мне понимать это как отказ?

Тарантул обратил внимание на то, что в этот раз кавказский акцент проявился у него особенно отчетливо. Может, заволновался?

— Ты меня за дохлую рвань принимаешь? — бросил он через плечо.

Первые метров десять Константин прошел будто бы на ходулях, ожидая выстрела в спину. И только когда свернул на аллею, полную праздного люда, не сумел сдержать облегченного вздоха. Еще одна серьезная передряга, из которой ему удалось выкарабкаться целым и невредимым. Надолго ли?

— Вот что, — развернулся Тарантул к Максу, который все это время держался рядом. — Скажи, чтобы проследили за этими «пиковыми». Устрой им ковыряловку. Я хочу знать, где их нора.

— Уже распорядился, — доложил Макс. — Следом за диким фраером выехала машина.

— Хорошо, — кивнул Тарантул и уверенно направился к джипу, стоящему в тени дерева. До назначенной встречи с Варягом оставался час, и Тарантулу хотелось появиться с козырями в руках. — Давай, поезжай, — сказал он водителю, устроившись в кресле. — Только не гони, время еще есть.

Минут через пятнадцать затрещал мобильный.

— Да, — отозвался Друщиц.

— Мы их потеряли.

— Где?

— В районе Покровки.

— Дьявол!.. Как же вы так?! — не сумел сдержать негодования начальник охраны.

— Они проехали на красный свет, а перед нами были машины, — отозвался виноватый голос.

— Номера пробили? Чья машина?

— Номера ничего не дают. Машина записана на какого-то Владимира Серого. Но тот уже полгода, как зарылся.

— Постарайтесь отыскать машину. Поезжайте в том же направлении. Может, где-нибудь вынырнет. Вдруг заехал куда-нибудь во двор и пережидает, когда вы уедете. Сколько машин его сопровождало?

— За ним ехало два джипа. Один из них блокировал нам проезд, когда мы двинули следом. Действовали очень грамотно. У меня такое ощущение, что за этими людьми школа «конторы».

Внутри у Тарантула неприятно защемило. В ФСБ работают способные ребята, и в их власти разыграть любой спектакль.

— Придержи язык.

— Понял, — с готовностью отозвался невидимый абонент. — Что делать, если мы его обнаружим?

— Пальба нам ни к чему… Если машина будет одна, постарайтесь ее вытрясти. Мне бы хотелось познакомиться с ними… поплотнее.

— Хорошо.

* * *

Выслушав доклад Тарантула, Владислав только повел плечами. Дескать, не стоит обращать внимание на всякую «гопоту», имеются дела и поважнее. Друщиц так не считал, но решил оставить свое мнение при себе.

— Удалось выяснить что-нибудь о Беспалом?

Варяг достал из холодильника бутылку пива и распечатал ее. После чего разлил напиток в высокие стаканы. Обильная пена, залив тонкие края, мягко скользнула по прозрачным бокам на темно-синюю скатерть.

— Бери. Не скромничай.

Сделав небольшой глоток, Тарантул стал рассказывать:

— Мы обшарили весь монастырь, но денег там нет. Мне кажется, что сказать, где они, может только Беспалый.

— Он, кстати, не объявлялся?

— Нет. У всех наших людей имеются его фотографии, но он как сквозь землю провалился. Последним его видел Петр, он следил за ним.

— А как ты думаешь, появление этих сынов гор никак не связано с Беспалым? Может, он решил заручиться их поддержкой?

На блюдечке лежало несколько кусков сушеной рыбы. Взяв один из них, Варяг отщипнул небольшой пласт и сунул его в рот.

Своим вопросом Владислав угодил в болевую точку. О том же самом всю дорогу думал и Друщиц. Только Беспалому, с его звериным чутьем на опасность и необыкновенной интуицией, удалось бы выследить Варяга. Даже появление этих горцев успешно вписывается в схему. Зная традиции уголовного мира, Тимофей Егорович не посмел бы обратиться за помощью к матерым уркаганам, для которых посягательство на общак куда более страшный грех, чем осквернение святой иконы. За подобный беспредел зэки закопают живым в землю, а еще для верности вобьют в холмик осиновый кол. Он мог обратиться к кавказцам, для которых воровское понятие не что иное, как нелепое баловство. У них существовал свой кодекс, который никак не противоречил тому, чтобы вдоволь попастись в благодатных чужих угодьях.

— Не исключено, что так оно и есть. Мы разрабатываем этот вариант.

— Как?

— Выходим на людей, с которыми у Беспалого был контакт… Но пока ничего определенного. Большинство из них не видело его уже много лет.