Дело гастронома № 1 - Евгений Латий

– Боков наблюдал за его действиями.

– Вот и чудно! Значит, трое! Суть вот в чем. Красавин останется на своем месте и будет передавать в горком те сведения, которые мы сочтем нужными! А мы, в свою очередь, будем знать об их маневрах! Как придумано?

– Неплохо! Даже, можно сказать, отлично! – поддержал генерала Скачко.

– Еще бы! Красавин будет держать связь с тобой! Да, и подключись к делу Аримина. Формально мы его дело закрыли, чтоб усыпить бдительность ОБХСС. Они нам только вредили. Аримин – друг Беркутова, мало того, активный член нынешней торговой банды! Не сомневаюсь, валюты у него припрятано не меньше, чем у Анилина!

Генерал пытливо взглянул на Скачко. Затем принюхался.

– А вы с Боковым, сдается мне, по рюмашке все же тяпнули?!

– С кофе. Исключительно для бодрости, – начал оправдываться полковник.

Генерал улыбнулся, махнул рукой.

– Мне нравятся твои четкие, простые ответы. Моя жена этому, увы, не обучена! – с грустью проговорил он. Потом улыбнулся и добавил: – Кто-то из классиков сказал: близкие человека – враги его.

– Это Христос сказал. Только он сказал «домашние враги его», хотя по смыслу близко. Евангелие от Матфея.

Култаков настороженно взглянул на полковника, качнул головой:

– Ты меня пугаешь, честное слово! С утра до вечера на работе, когда же читать успеваешь?!

Полковник обреченно махнул рукой:

– За последние два года прочел всего лишь один роман, Апдайка.

– Это еще что за фрукт? – поинтересовался генерал.

– Современный американский писатель.

– В контрразведку метишь? – насторожился генерал.

– Да нет! Читаю для общего развития, – ответил полковник, стараясь не дышать в сторону генерала.

– Для общего развития трусцой бегают! – Генерал посмотрел на часы, поднялся из-за стола. Встал и Скачко. – Пора нах хаузе! Что-то за последнее время уставать стал!

Он надел плащ и обернулся к Скачко:

– С Ариминым будет полегче, по Беркутову отсрочка активных действий всего на неделю! Надеюсь, прослушка стоит?

Скачко кивнул. Култаков открыл дверь в приемную, выглянул туда, проверяя, нет ли там кого. Убедившись, что в приемной пусто, генерал вернулся в кабинет. Приблизился к полковнику почти вплотную, тихо произнес:

– Гришин настучал по Анилиной самому Брежневу, тот снял стружку с нашего! Так что диспозиция сил пока не в нашу пользу! – Култаков вздохнул, затем продолжил: – Я-то на пенсию уйду, а вот ты поедешь в Караганду, гонять местных оперов! Шутка!..

Он усмехнулся и похлопал полковника по плечу.

Когда Зоя вошла в кабинет Беркутова, тот распекал бригадира грузчиков. Она хотела выйти, но Беркутов указал на стул. Зоя присела и слушала продолжение.

– Я тебя, Букин, предупреждал: еще одна пьянка на территории гастронома, и ты вылетишь! Вчерашний инцидент поставил точку! Я тебя увольняю по статье!

Букин попытался оправдаться:

– День рожденья тут у Зюкина случился: день в день сороковник! А мы старые кореша! Я ему и талдычу: пойдем, как Беркут велел, это погоняло у вас такое, в пельменную на Пушкинскую. А он: не могу, мол, трубы горят, давай хоть по стакану сперва вмажем? А то не дойти мне. Ну, вмазали, а там и понеслось!

Беркутов хмуро слушал, глядя в сторону.

– Все, Букин, иди получай расчет! Я позвоню в наш филиал, тебя возьмут на испытательный срок, а дальше сам думай! Вали отсюда, – и Беркутов уткнулся в бумаги, давая понять, что разговор окончен.

Букин хотел что-то еще сказать в свое оправдание, но Беркутов, не глядя на него, указал на дверь:

– Все! Все! Мы закончили! Так будет лучше и для тебя, и для коллектива. Ты только правильно меня пойми, я пока тебя не выгоняю. Филиал – это тоже наш коллектив.

Букин помрачнел, смял кепку, которую держал в руках, вздохнул и вышел. Зоя встала, подошла к Беркутову и радостно сообщила:

– Он второй день не появляется! Наблюдатель этот…

– Знаю.

– Вы с кем-то уже говорили на эту тему?

Беркутов ответил не сразу:

– Говорил! И давай закроем тему!.. Меня от этих слухов уже изжога замучила!

Зоя испуганно посмотрела на него.

– Кислотность повышенная, ты же знаешь… – Он иронично улыбнулся, пожал плечами.

Зоя понимающе кивнула.

Аримин обедал с Зарой в том же кабинете ресторана «Узбекистан». Он взял рюмку коньяка, потянулся к Заре, чтобы чокнуться, но та пить не стала. Аримин недовольно поморщился, выпил один. Принялся закусывать. И к еде восточная красавица не притрагивалась. Аримин вытер салфеткой губы.

– Хорошо, я увеличу твой процент! Я не жадный!

– Я хочу отойти от дел, – неожиданно для Аримина выпалила девушка, когда тот уже собирался еще раз налить себе в рюмку коньяка. Бутылка так и застыла в воздухе, затем Аримин медленно, не выпуская ее из руки, поставил на стол. По тому, как напряглись его пальцы, по тому, как начало наливаться краской его лицо, Зара поняла: начальник не на шутку разозлился. Она решила не затягивать конфликт, попыталась объясниться: – Это не прихоть, меня доконали… последние аресты!

– Но мое дело закрыли! – Поняв, о чем идет речь, Аримин заметно расслабился и улыбнулся. Но ненадолго. Тут же снова помрачнел, услышав в ответ слова Зары:

– Вот и я свое хочу закрыть!

Аримин нервно покрутил на безымянном пальце толстый золотой перстень с рубином. Последняя фраза ему очень не понравилась.

– А почему ты ничего не ешь, птичка моя?!

И, не дожидаясь ответа, он торопливо налил себе коньяка, словно боялся услышать еще какую-нибудь неприятную новость от Зары. Выпил залпом, закусил икрой.

– Ладно! Еще десять штук – и на дно! – попытался поторговаться Аримин.

– Нет! – решительно проговорила она.

Аримин скривил губы:

– Ты, не предупредив меня, разрываешь договор. Так не принято, красавица моя! Мне потратиться пришлось! Я ведь и твой задик прикрывал! Тебя в расходы не вводил, а мог бы! Знаешь поговорку? Не плюй в колодец, пригодится воды напиться?!

В последних фразах явно звучала угроза. Зара потупилась и молчала, нервно теребя в пальцах салфетку. Официант принес две порции люля-кебаба с лучком, помидорами, заметил пустую рюмку Аримина и наполнил ее коньяком…

Никто из них и не подозревал, что в кабинете оперативники установили скрытую камеру, которая тут же заработала, как только Аримин с дамой появился в ресторане. Отснятый материал показывали в небольшом кинозальчике, где сидели Скачко и Боков. Изображение не всегда было отменным, так как несколько раз объектив перекрывался то официантом, который усердно обслуживал «дорогого гостя», то несколько раз вставала сама Зара и тигрицей прохаживалась по кабинету. Но для профессионалов это было не самое важное. Главное то, что звук просто отменный, и нетрудно было догадаться, что происходит, даже когда изображение на экране становилось нечетким.