Заплати жизнью - Борис Бабкин

– К нам идет, – прошептала Наташа.

– Не будет он один Дениса забирать, – попытался успокоить ее Иван. – Не волнуйся раньше времени…

– Да, – услышав стук в дверь, крикнула Наташа, – не заперто, входите! – Она посмотрела на Лешку. – Иди в свою комнату.

Мальчик быстро вышел.

– Я тоже пойду, пожалуй, – сказал парень.

– Топай, – буркнул Иван. – Спасибо за новость. Но гляди, Серега, если где языком будешь чесать, я тебе башку откручу.

– Обижаешь, прапорщик, – отозвался парень.

– А вот Чагину, не предупреждая, башку и свернули. – Вошел участковый. – Ты бы поаккуратнее с такими угрозами.

– Да я просто так, – пробормотал Иван.

– Чайку не нальешь, хозяюшка? – посмотрел на Наташу милиционер.

– Сейчас. – Она поставила чайник на плитку.

– Мужики, – вздохнул Михайлов, – помните, тут старлей говорил о…

– Знаешь, Митрич, – перебил его Иван, – нам по хрену, что он там говорил. Мы уже и забыли. Это ваши ментовские дела. Ты насчет Чагина говори, а то ходишь вокруг да около.

– А чего говорить? Кто-то замордовал Чагина и привез на пруды. Я это к тому, чтобы ты, Денис, себе голову не забивал. Но я вам ничего не говорил.

– Понятно, – удивленно произнес Иван. – А ты все-таки мужик, Митрич.

– Я милиционер, участковый. Знаешь, в последнее время столько раз пожалел, что стал ментом. Не думал никогда, что так выйдет. Думал, хуже, чем во время перестройки, уже не будет. Но нет, все только обороты набирает. Ну а болтовня Пахомова…

– Да ничего мы не слышали, – усмехнулся Иван. – А почему ты вдруг об этом вспомнил?

– Давайте больше про это не говорить, – покачал головой капитан.

– Годится! – кивнул Иван. – Значит, на Дениса не вешают труп Чагина?

– Попытаются, наверное, – вздохнул участковый. – Но тут из Вологды майор приехал, опытный оперативник, и не даст он просто так труп на кого-то повесить. Спасибо, – кивнул он, поставившей перед ним чашку с чаем Наташе. – А я вижу, магазин работать начал.

– Да, уже два дня. И народ идет. Покупают все. И хлеб еще просят возить. Вот и думаю…

– А зачем возить-то? – сказал Иван. – У нас же с Ольгой пекарня. И хлебушко такой выходит, всем этим бородинским и прочим до него далеко. Там должны работать трое. Но я есть и двоих еще найду, заработок нужен. Испечем, продадим и подсчитаем, сколько уходит и сколько прибавка.

– А еще можно в Воробьевку и Сосновку возить, – сказал участковый. – Там постоянно без хлеба сидят.

– Вот и деньги, – кивнул Иван.

– Времени нет, – проговорил Денис, – кредиторам сейчас долг отдать нужно.

– Давай дом продадим, – сказала Наташа. – Купим себе поменьше…

– Дом продавать не будем, – ответил Денис. – Не для того мы его покупали и перестраивали. Дом не продается.

«Молодец мужик», – подумал участковый.

– А сколько ты им сейчас должен? – спросил он.

– Почти девятьсот тысяч.

– Долларов, что ли?

– Рублей, – ответила за мужа Наташа.

– Фу ты, а меня чуть инфаркт не хватил! Хотя, один хрен, сумма немалая. Ну а кредит что? Я бы на твоем месте съездил к Потапову. Мужик он, конечно, прижимистый, но все же есть в нем что-то от отца. Тот хороший человек был. Кстати, его младшего брата убили в Ярославской области. Тут недавно его сын был, Яшка, Яков Яковлевич. Говорят, нелады у них были… Что-то я разговорился. Ну ладно. – Допив чай, он встал. – Благодарствую за чаек и понимание. И вот что еще, – посмотрел он на Ивана. – Соседство, конечно, дело понятное, и лучше, когда в добре живут, но ты эти патрули вооруженные оставь. Если приедут бандюки, не созывай ополчение. А то ведь могут и…

– Знаешь, что я тебе скажу, Митрич, – сказал Иван, – в обиду мы Мороза не дадим. А насчет оружия, так у нас у всех охотничьи билеты имеются. А вот те, которые приезжают, наверняка со стволами были, а ты их проверять не стал.

– Ты что хочешь, – хмуро посмотрел на него капитан, – чтоб здесь бойня началась и меня первым положили? Это в кино да книгах все смелые. Знал я, что у тех сукиных детей пистолеты имеются. И что я должен был сделать? Дайте я вас обыщу? Они бы меня послали подальше и правы были бы. А если бы я настойчиво попросил, пристрелили бы и началась бы бойня. Я по телефону сообщил на трассу постам, но там их почему-то не заметили. – Он усмехнулся. – В общем, сейчас не все так просто. Ну если снова заявятся, то сейчас тут вологодский опер, нормальный вроде мужик, хотя кто его знает. А Зидинский полковником стал. Вот и ругай начальство. Кстати, вас могут проверить на наличие разрешения на оружие. Кто-то перечислил ваши фамилии.

– Бордук, – сказал Иван. – Он давно на всех стучит. Кстати, он тогда, когда старлей про Зидинского и Сулина разглагольствовал, недалеко был. Я так понял, что Зидинский припугнул и тебя, и старлея. Так?

– Правильно ты понял. Ладно бы нас пугали, а то ведь детьми стращают. Знают, чем рот заткнуть. Вы уж не особо высовывайтесь.

– Да нам-то какое дело? – отмахнулся Иван.

– Вот и я про это, – вздохнул Михаил Дмитриевич и шагнул к двери. – До свидания, и не забудь, Иван, что я тебе говорил.