Крестом и булатом. Атака - Дмитрий Черкасов

– Где дом Исрапиловых?

– Вот…

– Этот не тронут, – удовлетворенно сказал Виталий.

– А остальные два? – осведомился биолог.

– Тоже целы.

– Тогда нам и карты в руки…

– Ты все проблеял? – спросил Рудометов, надавливая Атгирееву на горло. – Ничего не забыл сообщить? Например, про мины-ловушки?

– Ему откуда знать? – резонно возразил Янут. – Сами проверим.

– Осторожнее, – порекомендовал Рокотов.

– А с ним что делать? – Игорь взял Лечи за шиворот.

– В подвал запри, – посоветовал биолог. – Если что не так, еще раз допросим. С пристрастием… А мне еще надо с тем придурком разобраться.

– Пошел! – Рудометов толкнул Атгиреева вперед. – Живее!

– Цепи не забудьте надеть, – Влад погрозил Игорю пальцем. – Лучше «ласточкой»[29].

– Обязательно, – снайпер погремел кандалами. – Никуда не денется…

* * *

Павел Лазарев завинтил шурупы по углам изогнутой металлической пластины, скрывавшей вентиль третьего баллона высокого давления носовой балластной цистерны, и промакнул рукавом куртки выступивший на лбу пот.

– Нормально? – обеспокоился Ваха Ахмедханов, по своему обыкновению крутившийся возле подводного аппарата.

– Профилактика, – буркнул Лазарев, собирая инструмент.

– Завтра особые люди поедут, – напомнил Ахмедханов.

– Мне что за разница? – Павел встал и мрачно уперся взглядом в переносицу суетливого чеченца. – Я тонуть и в одиночестве не собираюсь.

– Это я так сказал… – смутился Ваха.

– Твое дело – аккумуляторы проверить, – отрубил Лазарев. – А в мои дела не лезь.

Ахмедханов надулся и отошел в конец пирса. Павел забросил в брезентовую сумку портативный манометр, которым измерял давление в трубопроводе, и залез через верхний люк во второй отсек лодки.

– Тип-топ? – Степановых оторвался от платы основной гидроакустической станции.

– Угу, – Лазарев бросил на скамью сумку и уселся, вытянув уставшие ноги. – Ваха опять нос сует не туда, куда следует.

– Да не обращай ты внимание на этого придурка! – Александр поставил электронный блок на место и вытянул из гнезда следующий. – И вообще… Скажи старшим, пусть заменят мудака.

– А кого вместо него поставят такого же, если не хуже…

– Это точно.

– Завтра какая-то особая компания поедет.

– Откуда знаешь?

– Ваха сказал, – Павел отвинтил крышку на бутылке «спрайта».

– А-а, у него все компании – особые…

– Может, и так, – легко согласился Лазарев.

– Главное, чтобы у этих «особых» башню не снесло, как у предыдущих, – хохотнул Степановых. – Герои, блин…

Месяц назад лодка перевозила полтора десятка очень важных гостей, прибывших с Ближнего Востока. Саудовские эмиссары грозно бря-цали оружием, сверху вниз поглядывали на «неверных», управлявших субмариной, и всячески демонстрировали собственные крутость.

Однако сие продолжалось недолго.

Как только лодка опустилась на расчетную глубину и вошла в подземный тоннель, у половины «дорогих гостей» сдали нервы. Они начали что-то лопотать на своем языке, кидаться в борт и пытаться открыть выходной люк. К счастью для экипажа, система блокировалась из отсека управления и у арабов ничего не вышло.

Тогда перевозбужденные «воины ислама» принялись биться в переборку, отделяющую их от командного поста. Слава Аллаху, что у них хватило мозгов не стрелять внутри замкнутого помещения. Лазарев со Степановых переходной люк не открыли и все шесть часов вынуждены были слушать приглушенные двухсантиметровой сталью вопли, а потом отчищать салон от рвотных масс, извергнувшихся из трусливых боевиков.

После того случая русская половина экипажа с подозрением относилась к любому упоминанию о «высоком статусе» пассажиров субмарины.

– Ваха в штабе ихнем крутится, – Павел допил газировку и бросил пустую бутылку в мешок для мусора. – Может быть в курсе…

– Надоели они мне, – признался Александр. – Хуже горькой редьки… Мозгов – ноль, а гонору хоть отбавляй. Если б не деньги…

Платили русским подводникам хорошо. Две тысячи долларов в месяц плюс по тысяче за каждый рейс из Грузии в Чечню и обратно. А по маршруту лодка ходила минимум раз в неделю. Шесть часов туда и шесть обратно. Кроме того, в самом начале, когда их нанимали, дали по шестьдесят тысяч зеленых подъемных, которые Лазарев и Степановых оставили семьям. О подобных фантастических деньгах бывшие офицеры российского флота и не мечтали. Останься они на службе, получали бы по сотне у. е., да еще и с полугодовой задержкой, жили бы в холодных малосемейках и жрали бы пустые щи и перловую кашу с твердым как камень хлебом. А адмиралы строили бы себе трехэтажные дачи из импортного кирпича и проносились бы мимо бредущих к кораблям офицеров на сверкающих служебных «вольво» и «ауди».

– Чем дольше будет этот бардак, тем нам же лучше, – спокойно констатировал Лазарев. – Мы, конечно, сошки мелкие, не чета генералитету, но копеечку свою имеем…

– Могли бы и набросить за вредность, – проворчал Степановых.

– От добра добра не ищут. Бабки день в день выдают, жрачка халявная, так что не ной. Через месячишко у нас с тобой по стольнику наберется…

Суммы по сто тысяч долларов были для Павла и Александра неким рубежом, после которого они договорились исчезнуть из поля зрения своих нынешних хозяев. Имитировать гибель лодки вместе с экипажем и испариться на просторах Центральной России. Их жены и родители уже переехали из Североморска в один из старинных городов, изрядно запутав следы переезда оформленными прописками совершенно в других местах.

Субмарина, конечно же, должна была погибнуть совершенно натурально, утонув в одном из глубоких подземных озер немного в стороне от обычного пути следования. Карстовых полостей под Кавказским хребтом столько, что лодку и за сто лет не обнаружат.

– Ты сказал чучмекам, что требуется капремонт?

– Пока нет, – Лазарев задумчиво пожевал фильтр сигареты. – Повод нужен. Небольшая. но очень зрелищная авария…

– Давай организуем, – предложил Степановых. – На всплытии, к примеру…

– В этот раз?

– А чо тянуть?

– Тоже верно. И особые гости очень кстати.

– Во-во! Сыграем в отказ продувки, – Александр попробовал крепление проводов, и титаническими усилиями спасем лодку… Они ж так и так сразу ее на ремонт не поставят. Потянут месяц-другой. А нам больше и не надо… – Лады, – кивнул Павел. – Так и сделаем…

* * *

Рокотов уселся верхом на стул и закурил.