Небеса подождут - Элмор Леонард

Хейди не спешила с ответом.

– Тебе позволят грабить банки?

– Мы это скоро выясним, – усмехнулся Джек. – Мы с тобой залегли на дно.

– И что ты станешь делать – спросишь у них разрешения? Тедди, можно грабануть один из твоих банков?

– Мы выберем банк подальше от города, а потом сразу слиняем – откуда они узнают, что это мы?

* * *

Зазвонил звонок. Хейди выглянула в окно, подошла к двери и увидела на обочине "ла саль". У двери стоял телохранитель. Он подмигнул ей:

– Как сегодня делишки? – спросил он с акцентом и направился в кухню.

– Чем я могу вам помочь?

– Джек дома?

– Его сейчас нет.

Он прошел мимо нее – в черном костюме, галстук Заколот булавкой. Проследовал в холл, заглянул в спальни, ванную, на застекленную веранду – и вернулся.

– Вы правы. Я его не вижу, – сказал он. Подошел к двери, которая оставалась открытой, и махнул рукой своему начальнику, приглашая его войти. Потом с довольным видом повернулся к ней и сказал: – Я Лу Тесса.

Он был чисто выбрит, от него хорошо пахло, но на подбородке все равно пробивалась щетина. "Слишком быстро растут волосы, – подумала Хейди. – Когда целует, наверное, щекотно".

– Провели вам телефон? – спросил телохранитель.

– Завтра обещали подключить.

– Что, если я как-нибудь позвоню вам?

Хейди нравились смуглые парни. Она подняла руку и провела пальцами по его щетине. Кожа у него на щеках оказалась гладкой.

– Когда?

– Когда-нибудь, – ответил он, уступая дорогу Тедди Ритцу. – Им провели телефон, – сообщил он боссу.

Хейди улыбнулась:

– Джек вам очень признателен. Сказал, если бы не вы, мы бы ждали целую вечность.

Тедди покосился на Лу Тессу, и телохранитель вышел, прикрыв за собой дверь.

– Его папаша – Орис Белмонт, – сказал Тедди, – так почему Джек не живет в лучших отелях?

– Он скромный, – объяснила Хейди. – Но проблема в том, что они с папашей не очень-то ладят.

– Почему? – удивился Тедди. – Потому, что скромняга Джек грабит банки, или потому, что он торгует виски?

Хейди громко расхохоталась:

– Вижу, вы быстро все о нас разузнали.

– Только о Джеке. Никто не слыхал ни о какой Хейди Белмонт. Ведь вы с ним не женаты?

– Собираемся пожениться. Нет, я по-прежнему Хейди Уинстон.

– Что умеешь делать? Танцуешь стриптиз?

Хейди могла бы сказать, что она, несмотря на молодой возраст, управляла борделем, но решила промолчать о том, что она профессионалка. Заметила, как он разглядывает низкий вырез ее блузки в крестьянском стиле, и решила, что может надеяться на лучшее. Не всю же жизнь ей возиться со шлюхами!

– Могу работать в первоклассном ночном клубе, – сообщила Хейди, – и привлекать постоянных клиентов.

– Да? И как тебе это удается?

– Я знаю, как обращаться с джентльменами.

– Показываешь им свои прелести?

– Очень осторожно. Наклоняюсь над столом, а клиент краснеет как рак, думает: вот сейчас мои сиськи упадут прямо на его костюм.

Тедди улыбнулся; от него пахнуло резинкой "Джуси фрут".

– Да, понимаю.

– Только я хочу работать в шикарном клубе, а не в забегаловке, куда заходят деревенские олухи. Вы, случайно, не знаете такое местечко?

– Конечно знаю, милочка. Оно тебе точно понравится.

– Как называется?

– Клуб "Мишка Тедди", – захохотал Тедди. – На углу Восемнадцатой и Центральной.

* * *

Через несколько дней Джек и Хейди ехали по городу в двухместном "форде", угнанном у репортера из "Настоящего детектива". Они направлялись в Северный Канзас-Сити – другой город с тем же названием, расположенный на противоположном берегу реки Миссури. Джек собирался показать Хейди банк, который наметил. Они ездили в фордике Тони с тех пор, как угнали его от придорожного борделя.

Хейди теперь работала на Тедди с десяти вечера до утра. Она называлась официанткой коктейль-бара. В клубе был администратор-мужчина, итальянец по имени Джонни, славный парень, иногда он выходил на заднее крыльцо выкурить косячок и Хейди давал затянуться. После первого рабочего дня Хейди спросила Джека:

– Угадай, какая у нас рабочая одежда?

– Какой-нибудь игривый пеньюарчик?

– Даю подсказку. Как называется клуб?

– На вас что, только плюшевые мишки?!

– Вот именно! Розовые или персиковые.

– Ничего себе! Куда же вы складываете чаевые?

– В подвязки чулок. Если кто дает мелочь, сжимаю ее в кулаке, обливаю жмота презрением и швыряю ее на стол. В нашем клубе умеют давать щедрые чаевые. Есть там несколько богатых старичков – постоянные клиенты. Их шестеро. Они приезжают в смокингах – после деловой встречи или симфонического концерта. Высаживаются из лимузинов, а шоферы развозят их жен домой и возвращаются за мужьями. Они курят кубинские сигары и пьют коньяк – и всегда заказывают отдельный кабинет.

– А что еще им нужно?

– Главное – не "что", а "как", – заметила Хейди. – Джонни вызывает меня в отдельный кабинет: круглый стол, мягкие кресла. Говорит: "Джентльмены, сегодня у нас особая программа. Вас обслужит Хейди; она приехала из самой Швейцарии". Он заранее предупредил меня: больше всего старичкам нравится, когда коктейли им подает совершенно голая девушка в одних черных шелковых чулках и туфлях на высоком каблуке.

– Да?..

– Я приседаю.

– И?..

– Отстегиваю мишку и обхожу всех по очереди: разливаю коньяк, прикуриваю сигары.

– А они тебя лапают?

– Они говорят о делах или рассказывают, анекдоты.

– Пока пялятся на твои прелести?

– Говорю тебе, наши старички – настоящие джентльмены. Я их обслуживаю, они наклоняются ко мне, когда я зажигаю им сигары, моя киска почти у них на носу, а им как будто все равно! Бывает, раз-другой хлопнут по попке. Выпивают по паре бокалов, выкуривают сигары и расходятся по домам. Но! Каждый из них перед уходом целует меня в щечку и дает не меньше пяти баксов!

– Ты заработала сегодня тридцать долларов?

– Сорок к концу смены. Они пожелали, чтобы я всегда их обслуживала, когда они приезжают в клуб.

– Нужно заглянуть в "Мишку Тедди", – сказал Джек.

– Клуб занимает целый особняк, – продолжала рассказывать Хейди. – Мистер Ритц выкупил чью-то старую усадьбу. Огромный дом, весь обшит темным деревом: бар, столовые на первом этаже, отдельные кабинеты наверху, бальная зала на третьем этаже...