Закат в Лиссабоне - Чингиз Абдуллаев

Тишкин, испытывая жуткое напряжение, выпил пять или шестьчашек кофе. Ему казалось, что сегодня он принимает участие в caмой громкойоперации за всю свою жизнь. В четыре утра доложили, что в двух соседних отеляхпроверка закончена и нигде не удалось обнаружить человека, похожего на«Сервала». Почти тут же сообщили, что среди прошедших проверку делегатов был ивьетнамец Тху Бон.

— Мы ничего не добьемся. Так мы «Сервала» не найдем, —сказал Дронго. — Он профессионал. Проверка проводится с привлечением таких сил,что он давно должен был исчезнуть из отеля.

— У нас приказ, — ответил ди Маседу.

Ему было сорок пять. Дронго разглядывал его глубокопосаженные серые глаза, темные волосы, крючковатый нос и думал: «Очевидно,среди его предков были и африканцы, и испанцы, и другие европейцы, от которыхон унаследовал такой светлый цвет глаз».

— Ты же умный человек, — сказал он, — разве можно подобнымобразом ловить профессионального террориста? Такая операция не может датьникаких результатов.

— Полиция сумела идентифицировать отпечатки его пальцев, —напомнил ди Маседу. — Мы будем здесь, пока не найдем негодяя. Ты же знаешь, каксейчас борются с террористами. Если мы обезвредим его здесь, в Лиссабоне, тосделаем Португалию главной в борьбе с терроризмом в Европе. Когда еще к нампожалует такой «специалист»! Перед чемпионатом Европы наши очень опасаютсявозможных террористических актов.

Дронго вздохнул, посмотрев на часы. В отличие от всехостальных он не курил. И не любил пить кофе. Поэтому теперь ему приходилосьразговаривать с ди Маседу в клубах чужого дыма и потягивать минеральную воду. Впятом часу утра доложили, что некоторых делегатов не оказалось в их номерах. Ипочти сразу сообщили фамилии отсутствующих. Дронго взглянул на список и сразунахмурился. Там значились только две фамилии. Асплунд стоял первым. «Какой жеиз них настоящий?» — подумал Дронго. Если к утру Асплунда не найдут, придетсяпроверять все, связанное с этими братьями.

Вторая фамилия его уже не удивила. Ким Сен. «Кажется, вКорее каждый второй ходит под именем Ким, — усмехнулся про себя Дронго. — Ну икуда пропал этот загадочный кореец? И почему именно эти двое, вызывавшиенаибольшее подозрение, отсутствуют в своих номерах?»

Он не успел продумать эту мысль до конца. В комнату вошлаЗулмира. Она была в белых брюках и голубом топике. Очевидно, она не ложиласьспать этой ночью — вид у нее был усталый и недовольный.

— Что происходит? — спросила Зулмира, обращаясь к одному изчиновников ВОЗ, дремавшему за столом. У этого плюгавенького — низкорослого иочень худого — канад- ца была совершенно не подходящая ему немецкая фамилияГросс. Роберт Гросс. Он от- вечал за организацию международных конгрессов.

— У нас обычная проверка, сеньора Машаду, — поднялсязаспанный Гросс. — Мы дали разрешение сотрудникам полиции проверить всех нашихгостей. У них есть подозрение, что среди делегатов конгресса оказались люди,которые не совсем врачи.

Дронго, к которому Зулмира стояла спиной, не мог видетьвыражения ее лица. И она молчала. Но он вдруг понял, что она думает именно онем.

— Почему вы так решили? — наконец спросила Зулмира.

— Не знаю, — ответил Гросс. — Вот здесь находитсяпредставитель Интерпола. Попробуйте выяснить это у него. Сеньор ди Маседу, —обратился он к португальцу, — вы не могли бы ответить на вопросы нашегосотрудника?

Ди Маседу поднял голову. Он читал отчеты о проверках всоседних отелях. Взглянув на молодую женщину, он кивнул в знак согласия, жестомприглашая ее подойти ближе. Как и все полицейские, он был немного циником идостаточно равнодушно относился к красивым женщинам. Полицейским, работающим наулицах большого города, очень часто приходится иметь дело со множествомкрасивых женщин. И не всегда среди них бывают только леди. Поэтому профессияполицейского чем-то похожа на профессию гинеколога, к которому рано или поздновынуждены обращаться со своими недугами даже самые красивые из женщин, чтотакже делает врача довольно безразличным к их прелестям.

Зулмира шагнула к ди Маседу Они повели разговор напортугальском языке, и Дронго почти ничего не понимал. Но можно былодогадаться, что они обсуждали происходящее в отеле. Неожиданно ди Маседу,объясняя что-то, показал в сторону Дронго. Очевидно, он сказал женщине, чтоэтот человек — бывший эксперт Интерпола. Зулмира обернулась в сторону Дронго и…замерла. Больше она уже не слышала, о чем говорил ей ди Маседу Тот, поняв, чтоженщина его не слушает, замолк и вновь углубился в свои бумаги. Зулмира подошлак Дронго.

— Он сказал, что ты бывший эксперт Интерпола, — сказала она,глядя изумленными глазами на Дронго.

— Может быть, — кивнул он, поднимаясь со стула.

— Он также сказал, что ты был лучшим специалистом порасследованиям. Ты не врач?

— Не помню, — улыбнулся Дронго. — Возможно, я был врачом впрошлой жизни.

Она задумалась. Было заметно, как она волнуется.

— Ты на меня обиделся? — наконец спросила она. — Я ничего незнала. Даже не догадывалась…

Он молча улыбался.

— Черт возьми! Мы нигде не можем найти корейца и этогоАсплунда с Фарерских островов, — громко сказал появившийся в этот момент вдверях офицер полиции.

Зулмира обернулась на него и снова перевела взгляд наДронго.

— У нас впереди еще одна ночь, — прошептал Дронго.

Она прикусила губу, глядя ему в глаза. Затем медленнокивнула и, повернувшись, так же медленно вышла из комнаты. Дронго снова уселсяна стул.

— Мы почти закончили, — доложил другой полицейский,буквально через минуту после первого вошедший в комнату, — и нашли корейскогоделегата. Но он категорически отказывается пройти проверку на отпечаткипальцев.

— Как это отказывается?! — не понял ди Маседу. — Тащите егосюда, мы с ним поговорим. Он думает, что мы его просим? Не понимает, что этопредписание полиции? Асплунда нашли?

— Нет, — виновато ответил полицейский и поспешно вышел изкомнаты.

Ди Маседу посмотрел в сторону Дронго.

— Пять часов утра, — недовольно сказал он, — мы проверилипочти всех. Осталось несколько человек. И этот кореец не хочет давать своиотпечатки!

— Где он? — спросил Дронго.

— Сейчас приведут, — ответил ди Маседу. — Не понимаю, почемуон отказывается?

— Это он! — вмешался Тишкин. — Значит, это «Сервал»! Сделалпластическую операцию и скрывается в Корее…

— …под именем Ким Чен Ира, — язвительно закончил за негоДронго. — Давайте подождем, пока его приведут сюда.

Через несколько минут в комнате появился корейский делегат всопровождении двух сотрудников полиции. Он молча прошел к столу и сел напротивди Маседу.