Я тебя урою - Владимир Колычев

Людей в баре почти не было. Парень с девушкой за столиком, и два небритых субъекта бильярдные шары гоняют. Мощного сложения бармен за стойкой. Лысая голова и пышная борода. Непроницаемо спокойный взгляд, на губах вежливо-снисходительная улыбка.

Помещение просторное. Стилизация под хижину рыбака – сети, канаты, весла. Недалеко от барной стойки – фрагмент рыбацкого баркаса под самый потолок: дощатый борт высотой в человеческий рост, бутафория из паруса и оснастки... И дверь, через которую в этот «баркас» можно попасть. Похоже, внутри устроен кабинет для особо почетных гостей.

Степан заказал два фирменных «Туборга» и фисташки. Вместе с Жанной сел за столик недалеко от стойки. Хорошо в баре, прохладно. И пиво вкусное, тонизирующее.

– Может, по второй? – предложил Степан.

– Ну можно, – нехотя согласилась Жанна. – Только за руль ты сядешь...

– А я тебя за руль уже и не пущу, – улыбнулся он.

Встал из-за стола, подошел к стойке.

– Что, еще? – насмешливо спросил бармен.

– Угадал. Пиво хорошее...

– А то!.. Может, горячего чего? Шашлык из осетрины. Рекомендую. На всем побережье лучше не найдете...

– Может, лучше из свинины шашлык?

– А это как скажете! Тоже очень вкусно... Правда, подождать придется. Полчаса, не больше... А пока пивка попейте... Или в бильярд сыграйте...

– Занят бильярд.

– Так не проблема... Эй, Гоша, тебе уже пора!..

Небритые субъекты молча собрали шары в кучу под треугольник, уложили кии в специальные гнезда. И так же молча вышли из бара.

– Можете играть, – любезно улыбнулся бармен. – Полчаса – пятьдесят рублей.

– Запиши на счет, – кивнул Степан.

Только они с Жанной начали игру, как в бар зашли новые посетители. Степан автоматически глянул в их сторону. И опознал всех троих. Те самые парни в размахайках и симпатичная брюнетка. Та самая компания, которую он видел во дворе Дмитрия. Идут уверенно, как будто к себе домой пришли.

Жанна их не видела. Она стояла спиной к ним. И поза у нее не самая удачная. Нагнулась над столом, по шару целится – рука с кием оттянута назад, обтянутая джинсами попка оттопырена. Именно на нее и пялился сейчас один из парней. Степан угрожающе посмотрел на него, но тот даже не глянул в его сторону. Зато дружка своего локтем толкнул, взглядом показывая на Жанну.

– Глянь, какие булочки!

До Жанны наконец-то дошло, что это ее филейная часть тела попала в центр нездорового внимания. Резко разогнулась, лицом развернулась к парню.

– За своим сухарем смотри, придурок! – выпалила она.

– Что ты сказала? – взвился крепыш.

– Что слышал!

Степан вышел вперед и загородил собой Жанну.

– Ты чо тут быкуешь, мужик? – угрожающе оскалился нахал.

Он был из породы тех отморозков, которым хлеба не надо – дай только человека, из которого можно сделать жертву... И его совершенно не смущал грозный вид Степана.

По идее, Степан должен был сгладить ситуацию. Но он-то как раз хотел ее обострить. Задета честь его жены, и обидчик должен быть наказан.

– Закрой пасть, баклан дешевый!

Не должен он был этого говорить. Но не смог сдержаться.

– Ты кого бакланом назвал? – взбесился отморозок.

Но его приятелю действия крепыша совсем не понравились.

– Ероха, угомонись! – потребовал он.

И даже схватил своего дружка за плечи, чтобы удержать. Но тот вырвался, бросился на Степана. Подскочил к нему, крепко схватил за грудки. И тут же схлопотал по мозгам. Степан сильно ударил его лбом в переносицу. Отморозок схватился за нос и с воем опустился на корточки.

– Точно придурок! – глядя на своего дружка, досадливо поморщился парень. И виновато посмотрел на Степана. – Вы уж извините, он у нас контуженный. Иногда находит...

– Уже не контуженный, – покачала головой брюнетка. – Уже дважды контуженный...

Издалека она казалась совсем юной. Но сейчас она стояла близко к Степану. И можно было заметить мелкие морщины под глазами... Лет двадцать семь—двадцать восемь ей. И парень примерно того же возраста.

– Да пошли вы! – вне себя от обиды, истерично взвизгнул потерпевший и, закрывая лицо руками, выскочил из бара на улицу.

– Ну вот, обиделся... – досадливо покачал головой его приятель.

– А чего на правду обижаться? – фыркнула брюнетка. – Разве он у нас не контуженный?

– Контуженный... – согласился парень. И миролюбиво глянул на Степана: – Еще раз извините... И вы тоже извините! – обратился он к Жанне.

– Да ладно уж... – добродушно махнула она рукой.

Степан не сказал ничего. Молча взял Жанну за руку, вместе с ней подошел к барной стойке и бросил на нее пятисотрублевую купюру.

– Что, уходите? – уныло вздохнул бармен. – А шашлык?!.. Ну да ладно...

Он отсчитал сдачу за пиво, Степан забрал деньги. Все, можно уходить. Но путь к выходу перегородила брюнетка... А она не просто симпатичная, было в ней что-то, что делало ее и красивой, и сексуальной. Длинные узкие брови вразлет, большие томные глаза, изящный носик, чувственный ротик...

– Вы что, обиделись? – жеманно улыбнулась она.

– Нет у меня такой привычки – обижаться, – покачал головой Степан.

– Слова настоящего мужчины... Зачем же тогда уходите?

– Не люблю неприятности.

– Кто ж их любит... Поверьте, инцидентов больше не будет...

– А вам какое дело, ухожу я или остаюсь?

– Дело в том, что это мой бар. И я очень дорожу репутацией своего заведения...

– Вы дорожите, а ваш отмороженный дружок ее бережет...

– Я же говорю вам, что на него иногда находит... Но это больше не повторится, обещаю вам!

– Будем надеяться.

Степан направился к своему столику, Жанна присоединилась к нему.

– Ну вот и замечательно! – благодарно улыбнулась брюнетка.

Кокетливо помахала Степану рукой и скрылась в дверях баркаса-кабинета. Минутой ранее туда же зашел и ее приятель. Их общий дружок пока не появлялся.

– А ты ей понравился, – с наигранной беспечностью заметила Жанна.

– Ну и что? – пожал плечами Степан.

– А она тебе?

– Ну, влюбляться в нее я не собираюсь, это точно.

– Только попробуй!

– Даже пробовать не буду...

К столику подскочила миловидная официантка с двумя полными кружками пива.