Арена мрака - Марио Пьюзо

Сдвоенные трамваи со скрипом пробирались по городским улицам, оглашая утренний воздух веселыми звонками. Повернув на Метцерштрассе, Йерген заметил вдалеке Моску и его друзей, копошащихся около джипа. Потом его взгляд упал на Геллу: она стояла в тени дерева. Подойдя ближе, он увидел, что Моска, Лео и Эдди грузят в джип пожитки Моски: чемоданы и баулы с одеждой, деревянный ящик с консервами и небольшую угольную печку, которую Йерген для них раздобыл.

Йерген тронул дочку за плечико:

– Жизель, подкати коляску прямо к ним. Это будет для них сюрприз.

Девочка весело улыбнулась и покатила коляску быстрее. Первой их заметила Гелла и, радостно вскрикнув, тяжело засеменила к ним навстречу.

– Ну, как она вам нравится? – спросил Йерген не без гордости. – Я же вам обещал.

– О, это замечательно, Йерген, это просто замечательно! – воскликнула Гелла. На ее тонком чистом лице был написан столь неподдельный восторг, что Йерген растрогался. Он любовно посмотрел на коляску: и впрямь красивая – низкая, обтекаемая, как гоночный автомобиль, выкрашенная в приятный кремовый цвет, с зеленым днищем, – на фоне голубого неба она казалась просто произведением искусства.

– А вот моя дочка Жизель, – продолжал Йерген. – Она хотела сама привезти ее вам.

Девчушка робко поклонилась, а Гелла неуверенно присела на корточки, и полы ее плаща упали на землю.

– Спасибо тебе большое, – сказала она и поцеловала малышку в щечку. – Ты поможешь довезти ее до моего нового дома?

Девочка важно кивнула.

Подошел Моска. На нем был старый мятый комбинезон.

– Я заплачу потом, Йерген, – сказал он, мельком взглянув на коляску. – Мы переезжаем на Курфюрстеналлее. Вы с Геллой можете дойти туда пешком. Мы приедем, как только погрузимся.

– Конечно, конечно, – ответил Йерген. Он добродушно приподнял шляпу и сказал Гелле по-немецки:

– Милая дама, позвольте вас сопровождать?

Она улыбнулась и взяла его под руку. Девочка с коляской шла впереди.

Они шагали под порывами весеннего ветерка, пахнущего цветами и травой. Гелла застегнулась.

Йерген увидел, как плащ плотно обтягивает живот, и испытал теплое чувство радости, смешанное с печалью. Его жена умерла, дочка растет без матери и теперь вот идет рядом с любовницей врага. Он думал, как бы изменилась его жизнь, если бы Гелла принадлежала ему, отдавая свою нежность и любовь ему и его ребенку и нося под сердцем новую жизнь, которая принадлежала бы им обоим. Как приятно было бы пройтись с ней в это прекрасное утро, и печаль и страх отступили бы от их сердец, и Жизель тоже была бы счастлива. В этот момент Жизель обернулась и одарила их обоих улыбкой.

– Она уже совсем хорошо выглядит! – сказала Гелла.

Йерген кивнул.

– Сегодня я увезу ее в деревню. На месяц. Так посоветовал врач. – Йерген пошел медленнее, чтобы Жизель не слышала их разговора.

– По-моему, она еще не оправилась после этой трудной зимы.

Жизель ушла достаточно далеко, весело толкая коляску по залитому солнечными лучами тротуару. Гелла снова взяла Йергена под руку. Он продолжал:

– Я хочу увезти ее подальше от этих развалин, от всего, что бы напоминало ей о смерти матери, куда-нибудь из Германии. – Он помолчал и добавил будничным тоном, словно повторял уже не раз сказанные слова, в которые сам ни капельки не верил:

– Врач говорит, что тут она может сойти с ума.

Жизель поджидала их, стоя в тени деревьев.

Гелла обогнала Йергена, чтобы подойти к девочке первой, и весело сказала ей:

– А хочешь прокатиться в коляске?

Жизель закивала, Йерген помог ей забраться в коляску, и девочка свесила не умещающиеся внутри ножки по бокам. Гелла покатила коляску, приговаривая со смехом:

– Ох, какой же у меня большущий ребенок! – и щекотала девочку под подбородком. Потом она припустилась бежать, чтобы разогнать коляску, но ей было трудно. Жизель не смеялась, но улыбалась во весь ротик и издавала тихие журчащие звуки, которые лишь отдаленно напоминали смех.

Они подошли к длинной шеренге одинаковых каменных домов, вытянувшихся по Курфюрстеналлее. Гелла остановилась около первой калитки, за которой начиналась цементная дорожка к входной двери. Она позвала:

– Фрау Заундерс! – И в окне показалась женщина с печальным суровым лицом и гладко причесанными волосами; было видно, что она одета в простое черное платье.

– Извините, что я вам кричу, – сказала Гелла с улыбкой. – Но мне уже так тяжело ходить. Киньте мне, пожалуйста, ключ, они приедут с минуты на минуту.

Женщина исчезла, потом появилась снова и бросила ключ в протянутую ладонь Йергена. Потом она опять скрылась в доме.

– Ого! – сказал Йерген. – У вас на новом месте могут возникнуть неприятности. Она такая важная! – А потом понял, что сморозил глупость, смутился и замолчал, а Гелла, смеясь, возразила:

– Она очень милая женщина, все понимает.

У нее недавно муж умер от рака. Вот и освободилось две комнаты. У него были жилищные льготы из-за болезни.

– И как же это вам посчастливилось ее найти? – спросил Йерген.

– Я ходила к районному уполномоченному по жилью и узнала, – ответила Гелла. – Но прежде всего я преподнесла ему в подарок пять блоков сигарет. – И они оба понимающе улыбнулись.

Йерген увидел приближающийся джип с вещами. Лео по своему обыкновению припарковался, ткнувшись в дерево у тротуара. Моска соскочил на землю, перемахнув через заднее сиденье, и вместе с Лео и Эдди начал переносить вещи в дом.

Гелла показывала им дорогу. Скоро она вышла, неся в руках большой пакет, который отдала Йергену.

– Десять блоков, – сказала она. – Правильно?

Йерген кивнул. Гелла подошла к Жизели, которая возилась в коляске. Она вытащила из кармана плаща пригоршню шоколадок и отдала их девочке со словами:

– Спасибо тебе за такую чудесную коляску.

Ты придешь ко мне в гости посмотреть на новорожденного?

Жизель кивнула и отдала шоколад Йергену. Он взял одну плитку и разломал ее на несколько кусочков, чтобы дочка могла спрятать несъеденный шоколад. Гелла смотрела им вслед. Йерген остановился, посадил дочку на правое плечо, и она крепко обхватила ручонками пакет с сигаретами.

Гелла вошла в дом и поднялась на второй этаж.

На втором этаже была четырехкомнатная квартира: спальня, гостиная, еще одна спальня поменьше и маленькая комнатка, переделанная в кухню. Моска и Гелла должны были обосноваться в маленькой спальне и в кухне, и им иногда разрешалось пользоваться гостиной. В распоряжении фрау Заундерс оставалась ее спальня и плита в гостиной, на которой она себе готовила.

Моска, Лео и Эдди дожидались Геллу. На столике стояли две бутылки кока-колы и два стакана виски. Спаленка была заставлена чемоданами, нераспакованными коробками и ящиками. Гелла заметила, что фрау Заундерс повесила на оба окна красивые голубые занавески.