Самородок в чулке - Борис Бабкин

– Верно.

Фролов, потряхивая, поворачивал лоток из стороны в сторону. Кашица из воды, грунта и мелких камней плескалась в углублении в центре лотка. Он, слегка наклонив лоток, слил немного жижи на резиновый коврик. И снова стал, потряхивая, водить лоток из стороны в сторону. Потом опустил его в ручей и осторожно выгреб камни скребком.

– Так, орелики с куриными мозгами, – зло обратился Судин к парням, – какого черта вы все сели в одну линию? А если бы это были не менты, а бандиты? Перещелкали бы вас, как куропаток. Тебе было сказано вести наблюдение с камней сопки, а ты должен был быть на том берегу ручья и занять позицию, чтобы видеть реку, а ты торчал на самой высокой точке в старом лагере. Я, конечно, тоже расчувствовался, идиот… Ладно, быстро по местам! И запомните: в бой сразу не ввязываться. Если поймем, что бандиты, тогда будем бить. Как только кто-то заметит малейшее движение, сообщать. Вперед!

Парни побежали каждый в свою сторону.

«Значит, шестеро вполне могут здесь появиться, – подумал он. – Им сейчас нужны еда, одежда и золото. Ясно, что взять это там у себя они не успели, да и с грузом далеко не уйдешь. Значит, будут бить диких старателей и нас. Дело хуже, чем я предполагал. Ну ладно, все будет нормально. А тебя, Фролов, здорово кинули! – Он посмотрев на Ивана. – Об усыновлении речи не было. Вот, значит, чья жена там была. Она действительно стерва, прав Мишин. Впрочем, это не мое дело, но все-таки неприятно…»

– Есть! – радостно крикнул Иван. – Если и в тех лунках найду, можно ставить проходнушку. Надо в лагерь сходить и найти какую-нибудь трубку. Пошли, Петрович.

– Я завсегда, как пионер, готов! А ты повнимательнее, Алик, – попросил он Судина. – Что-то у меня снова чувство тревожное.

– Понятно, – кивнул Судин, который только что заметил на середине сопки слева блеск отражения.

«В трубу подзорную рассматривают или в снайперский прицел? – думал он. – Главное, не показать, что мы их увидели. Парней они не заметили на середине сопки и засекли нас. Нет парней они не видели…»

– Серб, – сказал он в микрофон на уголке воротника куртки, – на сопке слева от твоей кто-то с подзорной трубой или снайперской винтовкой. Посмотри, но аккуратно, не нарывайся, понял?

– Так точно, – послышался ответ.

– Все всё поняли? – спросил Алик.

– Да, – отозвался голос Блондина.

– Конечно, – ответил парень из старого лагеря. – У меня чисто.

– У меня тоже, – сказал блондин.

– На склоне вижу двоих, – сообщил Алику Серб. – Вооружены «калашниковыми». Один с винтовкой смотрит на вас. Разрешите…

– Вряд ли он там один, – пробормотал Судин.

– Я туда, – сообщил Серб.

– Их там много, – предупредил Судин.

– Управлюсь.

– Убедись, что не менты.

– Понял.

Судин посмотрел на подходивших к развалинам старого лагеря Мишина и Фролова.

«А у Мишина звериное чутье», – усмехнулся он.

* * *

– Трое, – сообщил молодой длинноволосый парень с винтовкой со снайперским прицелом. – Двое пошли к старому лагерю. Надо их делать. – Он взглянул на седобородого атлета.

– Ночью, – ответил тот. – Может, кто-то ушел, следов больше, чем от троих.

– Так они тут недавно, – проговорил коренастый мужчина с АКС. – Высадились и помогли таскать. Там поляна под вертолетную площадку.

– Дождемся ночи, – решил атлет.

– Муса, – сказал коренастый, – ночью идти надо. И надо брать заложников, иначе нас просто перестреляют. Виноват Ахмед, – посмотрел он на плотного мужчину со шрамом на щеке. – Зачем он начал расстреливать…

– Я убил гяуров, которые были у нас в Ичкерии! – злобно проговорил тот. – Вполне возможно, что именно они убили мою семью.

– Сейчас мы в России, – вздохнул коренастый, – в якутской тайге. Нас запросто могут убить. Поэтому надо выходить к железной дороге и на товарных поездах добираться до Саратова. Там есть люди, которые переправят нас в Афганистан, а оттуда в Ирак.

– Надо брать заложников! – категорически заявил Ахмед.

– Они будут обузой, – возразил коренастый.

– Послушай, Ахмед, – сказал Муса, – и ты, Сулейман, – кивнул он коренастому, – нам нужны продукты – консервы, чтобы не разжигать костры. Нас разыскивают. Слава Аллаху, мы сумели уйти.

– Аллах акбар, – произнесли шесть голосов.

– Убивать – значит, указать наш путь. Возьмем консервов и, никого не тронув, уйдем. Они наверняка не знают, кто мы, и дадут консервов и сухарей.

– Думаешь, тут не было ментов? – усмехнулся Ахмед. – Наверняка о нас все знают…

– Вертолет, – перебил его снайпер. – В нашу сторону летит.

Муса молча махнул рукой. Все затаились. Снайпер убрал винтовку под кусты. Шесть человек в камуфляже, сливаясь с растительностью, стали невидимыми.

* * *

– Вертушка, – сообщил парень из лагеря, – сюда летит. Наша, та, которая нас доставила.

– Это вряд ли, – покачал головой Судин. – Ведь они должны были прилететь завтра. Всем приготовиться! – Он передернул затвор карабина. – Серб, возвращайся.

И тут с сопки, где он заметил блеск, послышались выстрелы. Ударила автоматная очередь, а потом еще два выстрела из пистолета. Алик выругался и крикнул:

– Всем внимание на вертолет! Если не наши, не высовываться! – Он бросился к сопке, откуда стреляли.

– Пятеро трупы, один жив, – послышался голос Серба.

– …хренов, – прорычал Судин. – Веди сюда…

– Не могу, – усмехнулся Серб, – он обездвижен.

– Тогда упакуй и оставь. Спускайся и будь готов к бою.

– Понятно, – откликнулся Серб.

– Ты где, Страж? – спросил Судин.

– Держу под прицелом лунки, – ответил голос перешедшего ручей парня.

– Мужики у тебя, Чужак? – спросил третьего Судин.

– Со мной, – ответил тот. – Мы в бараке. Видимость отличная, и сектор стрельбы нормальный, так что…

– Будь готов, – перебил Судин и неторопливо пошел к опускающемуся вертолету. Остановился и достал ТТ. Руку с пистолетом завел за спину.

– Привет! – крикнул Седов, вертолетчик.

– Привет, – улыбнулся Судин и сунул пистолет за ремень. – Наши, – сообщил он своим и направился к вертолету.

– А с этим придурком что делать? – спросил Серб.

– Оставайся там. Когда вертушка улетит, я пришлю кого-нибудь.

– Понял.

– Вас завтра ждали, – сказал Судин.

– Привет! – подошел к нему Баркас. – Генка, – протянул он руку, – братва Баркасом зовет.