Кольт в декольте - Марина Серова

— Женя, ты как-то странно на меня смотришь? — с испугом спросила Лариса. — Я обещаю, что теперь буду всегда тебя слушаться.

Я улыбнулась, но ничего не сказала, продолжая развивать мысль. Одной мне сундук не вынести, да и у наблюдающих возникнут вопросы: зачем из дома выносят сундук. Чтобы избежать вопросов, остается только одно — инсценировать ограбление. Я же цыганка. Видели, как я вошла. Зачем я входила? Естественно, чтобы обокрасть лохов, развести на бабки. Я выношу с подельником сундук под носом у загипнотизированной охраны. Охрану можно загипнотизировать ножкой от табуретки, завернутой в простыню, или слегка придушить.

Итак, мы выходим. Погонятся ли за нами наблюдатели? Отрядят кого-нибудь проследить. Отъезжаем подальше, отрываемся. Потом в Карасев, на мою конспиративную квартиру в бывшем общежитии сельскохозяйственного техникума. Теперь осталось найти подельника…

— Женя, ты чего молчишь? — подошла ко мне вплотную Лариса.

— Думаю, — буркнула я и бросилась в свою комнату. Лариса побежала за мной.

— Женя, что ты собираешься делать?

— Отправить кое-кому письмецо, — ответила я.

Письмо предназначалось для следователя Земляного. В нем я описала результаты разговора с Каримовым, приложила запись разговора и предложила проверить телефоны хозяина «Грачевской сталепромышленной», а также начальника службы безопасности компании.

— Вот в милиции получат это письмо, и конкурента твоего мужа арестуют, — пояснила я Неделькиной, присевшей рядом со мной и не спускающей глаз с ноутбука. — Потом я вычислю убийцу, что напал на тебя…

— А потом? — спросила Лариса с надеждой.

— Потом заживем долго и счастливо, — закончила я.

Лариса встала с постели и подошла к окну.

— Только шторы не открывай, — окликнула я ее.

— Знаю, — ответила Лариса и выглянула в щелочку. — Мне, наверно, теперь надо привыкать вот так смотреть на мир, — вздохнула она.

— Скоро все кончится, — твердо сказала я, искоса следя за клиенткой. На экранчике мобильного телефона в это время пролистывалась записная книжка с номерами телефонов. Я искала помощника. Помощник должен был обладать личным транспортом, желательно фургоном, или микроавтобусом, обязательно физически сильный и внешностью смахивать на цыгана. И такой нашелся! Шалво Виктор Иванович, двадцати пяти лет, раздолбай еще тот. Развозил по магазинам продукты, а в свободное время влезал во всякие темные истории. Я набрала его номер. Пошли гудки. Мой будущий подельник что-то не отвечал. Я перезвонила.

Ответил он с третьего раза сонным голосом. Оказалось, что трудовой день его начался в четыре утра с загрузки товара в пекарне.

— У меня, блин, до сих пор эти чертовы буханки перед глазами мелькают, — пожаловался Виктор, — потом на молочный сгонял, потом в колбасный…

— Ладно, я поняла тебя, — бросила я и предложила: — Хочешь хорошо заработать и не перетрудиться?

— Хочу, но меня потом не посадят? — осторожно осведомился он.

— Не посадят, — пообещала я. — Нужно перевезти вещи из одного места в другое.

— Далеко?

— Приезжай, узнаешь. Плачу штуку, — я посмотрела на Ларису, и та согласно закивала головой.

— Ладно, уже собираюсь. Говори адрес, — просто сказал Виктор, не торгуясь. Я продиктовала ему адрес, дала указания насчет одежды и отключила телефон.

— Женя, там какой-то незнакомый мужчина вошел во двор, — сказала Лариса будничным голосом, — идет к дому.

— Какой еще мужчина? — подпрыгнула я на кровати.

— Ну, симпатичный, высокий, в каком-то форменном костюме, — пояснила Лариса.

Я оттеснила ее от окна и посмотрела сама.

Высокий мужчина в синей спецовке электросетей с чемоданчиком для инструментов шел к дому. Козырек черной бейсболки и темные солнцезащитные очки скрывали пол-лица. Взойдя на крыльцо, он уверенно постучал в дверь. Мой взгляд переместился на будку охраны. Как они могли его пропустить? Общий счетчик стоит в будке. Здесь человеку из электросетей просто делать нечего.

— Что-то не так? — тихо спросила Лариса, бледнея. По моему лицу она видела, что все совсем не так.

— Разберемся, — пробормотала я, набрав на сотовом номер телефона охраны.

Никто не отвечал. А стук снизу повторился, и гость развязно заорал:

— Эй, хозяева! Я что, тут целый день стоять буду? У меня куча нарядов!

Слушая гудки в телефонной трубке, я схватила за руку Неделькину, рванувшуюся к выходу.

— Стоять! Будь здесь и никуда не выходи. — Убрав сотовый, я вытащила револьвер, тихо вышла из комнаты и стала спускаться по лестнице.

— Ну, не открывайте, не открывайте. Вот отключу вам свет, будете знать. Эй, слышите! Кто живой есть?

Я подумала, что сама тысячу раз пользовалась таким приемом, чтобы попасть в запертое помещение, куда меня не желали пускать. Повторила набор номера охраны — и тот же результат. Похоже, возникла серьезная проблема. Мнимый электрик изо всех сил заколотил в дверь.

Я встала за косяком и спокойно спросила:

— Что вам угодно и по какому праву ломитесь в дверь?

— Это, как его, плановый обход. Проводку проверяем. Если отказываетесь, то распишитесь в наряде, — сказал человек за дверью.

— Мне вообще-то муж запретил кого бы то ни было в дом впускать, — проговорила я, вроде как размышляя вслух, — но вас впущу. Голос добрый.

Накрыв руку с револьвером пледом, я взялась за защелку, потом передумала и, перед тем как открыть дверь, выключила свет в холле. Солнце на улице уже ушло, небо темнело, и при закрытых окнах в помещении образовался полумрак. После я отодвинула защелку и едва успела отдернуть руку, как дверь сотряс мощнейший удар, чуть не сорвавший ее с петель.

Дверь распахнулась, и внутрь ворвался тот, кто изображал из себя электрика. Тут же грохнул выстрел, разнесший статую Венеры, стоявшую между полукруглыми вазонами с имитацией роскошных цветов. Я выстрелила в мнимого электрика, он — в ответ. Деревянные панели на стене, у которой я стояла, превратились в щепки. Электрик отскочил за косяк, а я за постамент статуи, увитый цветами. Следующие два выстрела разнесли постамент. Звук выстрелов был похож на то, будто кто-то забивал гвозди в бетон.

Я насчитала четыре выстрела и, перепрыгнув через расщепленный постамент, ринулась на бандита. Тот переломил ствол у своего подводного пистолета, как в ружье, и намеревался вставить запасную обойму на место использованной, выброшенной автоматически при открытии.

— Стой, ни с места! Вышибу мозги! — заорала я.

Он понял, что не успевает, и замер, не защелкнув обратно ствол пистолета.

— Положи оружие на пол и отойди! — приказала я. Мне крайне важно было точно выяснить, кто его послал, иначе чего церемониться.