Поза да Винчи - Галина Полынская

Наши отвалившиеся челюсти дружно стукнулись об стол. Тая моментально пришла в себя и протрезвела от такой неожиданной постановки вопроса.

– Извините, Рубен Ма-ма-ма…

– Матевосович, – с готовностью подсказал он. – Сейчас объясню подробности. Принцип моего ломбарда в следующем: человек может заложить кого угодно, родственника или знакомого и получить нужную сумму под небольшие проценты на заранее оговоренный срок. На этот срок заложенный переезжает жить на мою территорию, это небольшой поселок под Клином, там вполне комфортабельные условия и ничтожная вероятность побега. Разумеется, никого бесплатно кормить и содержать я не собираюсь, поэтому женщины работают в моих кафе, мужчины в моей строительной фирме. Когда деньги возвращены, заложенный в целости и сохранности идет к себе домой. Вот и все.

Ни фига-а-а-а себе клюква в сахаре! До чего только изобретательный бизнесменский мозг не додумается!

– А если, к примеру, заложивший возьмет и скроется с деньгами, тогда что? – проскрипела Тая, как несмазанная калитка.

– Тогда заложенный будет работать до тех пор, пока не покроет долг с процентами.

Шарма-а-ан, шарма-а-ан, что тут еще скажешь!

– Ну что, вас устраивает? – Рубен доброжелательно поглядывал то на меня, то на Таю. – Под такой низкий процент, да практически без гарантий, вы нигде кредит не возьмете.

Ничего себе «практически без гарантий»! А мы?!

– Видите ли, Рубена Ма…

– Матевосович.

– Да-да, конечно, – Тая в некой прострации таращилась на мирно плещущийся фонтан, – это довольно необычная ситуация и мы должны ее обсудить с нашим компаньоном.

– Разумеется, – закивал он крупной, коротко стриженой головой, – какие могут быть проблемы, разве ж вас кто заставляет? Или торопит? Обсудите, обговорите, обдумайте и позвоните, когда будете готовы. К сожалению, я должен идти, – Рубен взглянул на наручные часы, – вы кушайте, отдыхайте, вечером у нас живая музыка, восточные танцы. Всего хорошего.

– До свидания… – промямлили мы нестройным хором.

Проводив взглядами удаляющуюся крупную фигуру, мы помолчали с добрую минуту, затем Тая произнесла с задумчивым видом:

– Да-а-а-а…

– Это еще мягко сказано, – вздохнула я. – Чего только народ не придумает, да? Безграничная фантазия.

– Что-то мне не очень хочется со всем этим затеваться, – заныла подруга, – как-то это все ужасно…

– Тая, это единственный шанс пробраться на «его территорию» и поискать Лёлю. Если она жива, то нет никаких сомнений, что Лёля в этом поселке. Она в рабстве, понимаешь? Вырисовывается вполне четкая картина: Мурзин «заложил» Лёлю, взял деньги и смылся с ними. А Лёля осталась в поселке! Сумма, взятая Мурзиным наверняка не маленькая, но даже если это десять-двадцать тысяч долларов, то ты можешь себе представить, за какой срок такие деньги можно отработать в каком-нибудь кафе или ресторане? Да еще и с процентами? Тихий ужас! Поехали домой, позвоним Владу и обо всем договоримся. В конце-концов, подумай сама, мы ничем не рискуем! Влад возьмет деньги и где-то через неделю вернет их обратно.

– А проценты? – Тая мрачно взглянула на меня.

– Ну, пускай он вернет деньги дня через три, за этот срок никакие проценты не накапают, а мы как раз успеем все разнюхать и разведать. Нам ничего не угрожает, поверь.

Но подруга вздыхала, печалилась и верить не хотела.

– Ладно, все, идем домой.

Как только мы предприняли попытку встать из-за стола, дабы покинуть сие богоугодное заведение, как к нам подоспел разнаряженный официант и с поясным поклоном вручил счет.