Поджигатель - Питер Мэй

Все ножи, которыми привык так ловко орудовать Ма Юнли, — для рубки, нарезки, шинковки — были выложены на длинном металлическом столе, отражаясь в его полированной глади. Один за другим повар брал инструменты и подносил их к вращающемуся диску наждака — раз, другой, третий, пока кромка лезвия не превращалась в точное подобие бритвы. Время от времени Ма бросал внимательный взгляд на сидевшего возле стеллажа с кастрюлями друга.

— Выше голову, приятель! Все еще может обойтись!

— Не обойдется, — понуро ответил Ли Янь. — Разве что глаза мои закроются до прихода утра.

— В таком случае у тебя есть отличный предлог напиться. Хотя бы умрешь счастливым. — Ма оторвался на секунду от своего занятия, почесал подбородок. — Слышишь, счастливым! Ведь это ощущение тебе в диковинку!

Ли скорчил гримасу. На кухню он пришел уже под конец смены друга. Ужин для постояльцев отеля был приготовлен, сервирован и съеден. Дежурный повар, который обслуживал припозднившихся клиентов в круглосуточно открытом баре, сейчас курил, подпирая плечом дверной косяк. Кухню освещала лишь небольшая лампа над головой Ма Юнли.

— Ладно, попробую угадать, — сказал Ма. — Твое паршивое настроение объясняется беседой с дядюшкой Ифу?

— Я обязан отвечать на этот вопрос?

— Черт возьми, Ли, убирайся отсюда! Найди себе женщину, встряхнись. Старина Ифу — замечательный человек, но ведь ты не собираешься прожить под его крылом до конца дней? Странно, что он не заставил тебя пораньше улечься спать.

— А стоило бы, — буркнул детектив.

— Вот видишь! — Ма дугой выгнул спину. — Ты уже и рассуждаешь, как он. Спать? Парень, да на часах всего половина одиннадцатого! Ночь принадлежит молодым, ты дряхлеешь прямо на глазах!

— У меня подъем в шесть утра. Как-никак три убийства. — Ли Янь прикрыл ладонью рот; зевок вышел долгим. — Только сейчас мне не заснуть.

— Ннну-ну. И ты решил проконсультироваться у профессора Ма Юнли, известного специалиста по нервным расстройствам.

Ли швырнул в друга увесистым стальным ковшиком. Ма ловко перехватил метательный снаряд за деревянную ручку, расхохотался.

— Уже лучше! Вымотанная ищейка возвращается к жизни. — Он опустился на стоявший возле стола табурет. — Давай, давай! Что Ифу учудил сегодня?

— В мой первый же рабочий день — я имею в виду новые погоны — он прислал ко мне в кабинет специалиста по фэншую!

— Кого-кого? Ты смеешься! — Но на лице приятеля не было и следа улыбки. — Твой дядя?

— Его встревожило возможное неравновесие между инь и ян. Испугался за поток ци в чуждой для меня обстановке.

Ма Юнли со всего размаху хлопнул себя ладонями по толстым ляжкам. От громоподобного смеха богатыря за спиной детектива жалобно звякнула посуда.

— Спасибо, ты настоящий друг, — едко бросил Ли. — Мои коллеги реагировали точно так же.

— Тебя это удивляет?

— Нисколько. Но если бы подобное случилось с тобой, если бы тебя вызвал шеф, приказал немедленно избавиться от гостя, а дядюшка пообещал бы наставить шефа на путь истинный, ты бы, поверь, не так веселился.

Повар, пытаясь сдержать хихиканье, легонько ткнул Ли кулаком в ребра.

— До смеха ли тут! Хватит, дружище, взбодрись. Ты слишком серьезно относишься к жизни.

— Когда жизнь вплотную сталкивает тебя со смертью, поневоле будешь относиться к ней серьезно.

Ма качнул головой.

— Ну что вы прикажете с ним делать?

Ли Янь оставил риторический вопрос без ответа.

— И еще сестра. Опять забеременела, причем твердо намерена рожать. А завтра мне предстоит терять лицо перед начальником — из-за какой-то, будь она проклята, американки, которая считает себя умнее нас.

— Стоп, стоп. Я не поспеваю. Что за американка? О ней ты не упоминал.

— Шеф попросил ее провести для нас вскрытие. Она врач, приехала из Штатов, чтобы прочесть в университете курс лекций по судебной медицине. Чэнь Аньмин познакомился с ней на семинаре в Чикаго. Дама, видишь ли, оказывает ему личную услугу.

— Что же в этом плохого?

— Разумеется, ничего. Но университет готов, так сказать, сдать ее нам в аренду до конца следствия. Я отказался.