Алмазы Эсмальди - Джеймс Хедли Чейз

– Нет. Это вошло у меня в привычку, все равно, что бритье по утрам. О таких вещах не забываешь.

– Что будет, если не станет тока?

– У нас свой генератор.

– С ним не могли что-нибудь сделать?

Хэкет опешил.

– Вряд ли. Он в подвале. Сторожу строго наказано никого туда не пускать.

Хармас в раздумье заходил по кабинету.

– Кто-то заполучил ваше досье, – сказал он через некоторое время. – Из этого определенно следует, что генератор вывели из строя. Мне понадобится список всех, кто побывал здесь за последний месяц. Вы ведете регистрацию?

– Конечно.

– Отлично… Составьте мне список. Я хочу знать имена всех, кто сюда заходил. Сделаете?

– Получите с самого утра.

Выйдя из офиса, Хармас спустился на лифте в подвал и поговорил со сторожем. Часом позже он поднимался по истертым ступенькам, ведущим в здание полицейского управления.

Чарли Тэннер, дежурный сержант, как раз собирался уходить домой. Он встретил Хармаса профессиональным взглядом копа, жестким и холодным.

– Шеф у себя? – спросил Хармас, останавливаясь перед столом Тэннера.

– Да, но он занят.

– Я тоже, – сказал Хармас со своей обычной непринужденной улыбкой. – Скажите ему, что его хочет видеть Хармас из страховой компании «Нейшнл Фиделити».

Тэннер снял трубку, проговорил в нее несколько слов, затем ткнул пальцем в сторону лестницы.

– Вон туда.

Хармас застал Террела за разбором груды донесений. Сержант Джо Бейглер с сигаретой во рту и с контейнером кофе под рукой тоже читал донесения. Хармас представился, и Террел встал, чтобы пожать ему руку. Он был наслышан о Хармасе и о талантах Мэддокса.

– Рад вашему приезду. Выпьете кофе?

Хармас покачал головой и уселся на жесткий стул с прямой спинкой.

– Мэддокс прислал меня помочь вам в случае надобности, – объяснил он. – Вы уже что-нибудь выяснили?

Террел откинулся в кресле.

– Это хорошо продуманные кражи. Банда явно воспользовалась информацией, недоступной для посторонних. Они должны были иметь схемы сигнализации, иначе сейф не откроешь. Скорее всего, Ловенстейнов и Джексонов обокрали за несколько дней, а может, и недель раньше, чем Льюисов. Думаю, они знали, что миссис Ловенстейн и Джексоны в отъезде. Такие сведения можно получить из колонки сплетен местной газеты. Меня беспокоит дело Льюисов. Оно стоит особняком. Первые два раза воры сработали чисто. В обоих случаях они знали, что в доме остались только слуги. Иначе у Льюисов. Они должны были знать, что миссис Льюис лежит в комнате, где находится сейф. Убийство задумали заранее. Почему я так говорю? Убийца взял в холле бронзовую фигурку, поднялся в спальню и размозжил ей голову этой фигуркой. Тот факт, что он запасся оружием заранее, а не схватил первое попавшееся под руку в самой спальне, указывает на преднамеренность. Это выпадает из общего ряда с другими кражами. Похитители драгоценностей редко убивают. Словом, с Льюисами у нас получается что-то непонятное.

Хармас кивнул, соглашаясь с ним.

– Я разговаривал с Хэкетом, – сказал он. – Вы правы. Банда действительно получила доступ к его архиву. Как вы знаете, его офис защищен сигнализацией, но ток к ней идет от своего генератора. Я расспросил смотрителя. Оказывается, десять дней назад приходил монтер в униформе городской электрической компании и сказал, что у них авария. Сторож впустил его в подвал. Советую проверить это и поискать на генераторе отпечатки.

Террел энергично повернулся в кресле.

– Джо, займись! Сейчас же пошли туда экспертов!

Бейглер выскочил из комнаты с проворством, неожиданным для человека его комплекции.

– Сдается мне, между ограблением Льюисов и двумя другими кражами нет прямой связи, – продолжал Террел, обращаясь к Хармасу. – Возможно, я ошибаюсь, ведь во всех трех случаях чувствуется рука профессионала. Нет никаких следов взлома, хотя все замки нестандартные. Однако у Льюисов оставили открытым окно, будто хотели показать, каким путем пробрался вор. Я вот думаю, не следует ли рассматривать дело Льюисов в отдельности от прочих?

Хармас потянулся и подавил зевок.

– Угу… хорошая мысль. Ладно, шеф, время позднее, мне надо отдохнуть. Если я понадоблюсь, ищите меня в отеле «Плаза». Будем поддерживать связь.

Но, выйдя из полицейского управления, он поехал не в отель, а к Алену Фрисби, уверенный, что тот уже дома.

Окружной агент «Нейшнл Фиделити» радушно встретил Хармаса. Он представил его своей жене Джаннет и семилетним близнецам, потом провел на террасу и усадил. Джаннет, миловидная брюнетка, сказала, что уложит детей, а после они поужинают на террасе. Пока она хлопотала, Хармас и Фрисби обсуждали дела.

– Банда работает четко, – сказал Хармас. – Меня больше всего интересует, откуда они узнали, где искать драгоценности. Разведка у них поставлена основательно. Они знали заранее, что миссис Ловенстейн в клинике, иначе девушка не явилась бы к ней в дом со своей сказочкой. То же самое в случае с Джексонами.

– Они могли прочитать об этом в газетах, – заметил Фрисби.

– Мне кажется, они добыли сведения у Рэйсона и у вас без вашего ведома. Я попрошу вас составить список всех, кто посещал ваш офис за последние четыре недели.

– Проще простого. Мы заносим имена всех посетителей в журнал, но, по-моему, вы попусту тратите время.

Хармас улыбнулся.

– Послушал бы вас Мэддокс. Он твердо убежден, что я все время только и делаю, что попусту трачу время.

Гарри Льюис сидел у себя в кабинете, прислушиваясь к тяжелым шагам гробовщиков, направляющихся в спальню Лизы. Каждый шаг заставлял его вздрагивать. Затем наступила продолжительная тишина, и он представил, как обезображенное тело поднимают с кровати и перекладывают в гроб. У него сжались кулаки. Но жалости он не испытывал. Лиза обрекла его на одиночество и оставила ему лишь деньги. Он слышал тяжелую поступь людей, спускавшихся с гробом по лестнице, и шепот, когда они предупреждали друг друга на поворотах, и, наконец, стук захлопнувшихся дверок катафалка. Ну, вот ее и нет, подумал он, протягивая руку за стаканом. Гарри пил с самого возвращения в огромный дом, принадлежавший теперь ему. Он услышал, как отъехал катафалк. Вот он и освободился от нее, но это еще не настоящая свобода. Нужно избавиться от дома. Вообще – начать новую жизнь.

Таня! Примирится ли она с положением любовницы? Он помнил ее вопрос, женится ли он на ней, если с Лизой что-нибудь случится. Гарри устало провел рукой по лицу. Надо подипломатичней объяснить ей ситуацию. Неожиданно привалившее огромное богатство позволит ему дать ей все, чего она пожелает, за исключением брака. Членам яхт-клуба, которые будут считать его своим, не понравится, если он станет жить с вьетнамской официанткой, они этого не потерпят. В раздумье он откинулся на спинку кресла. Пожалуй, это даже к лучшему, что ему нельзя жениться. Он хотел и дальше оставаться в хороших отношениях с друзьями Лизы. Но расстаться с Таней… нет, эта мысль была невыносимой. Она, как вирус, проникла в его кровь. Он объяснит ей все помягче, и она обязательно поймет.