Алмазы Эсмальди - Джеймс Хедли Чейз

Джонни пожал плечами.

– Ладно, старая жадюга. Будем считать, у тебя ничего нет. Что ж, во всяком случае, у нас есть пять тысяч и машина. Я продам ее. Четыре тысячи за нее дадут. И всего получается девять тысяч. На две недели нам хватит с лихвой. – Он указал на чемоданчик, лежащий на столе. – Плюс драгоценности.

– Ты спятил? – завопила Марта, грохнув по столу толстым кулаком. – Слышал ведь, что сказала эта крыса… они все равно, что динамит!

Джонни смотрел на нее с невозмутимым видом. В его глазах светилась насмешка.

– Да, сейчас это динамит, но через пару лет шум уляжется и их можно будет продать. Два года – и мы с деньгами.

Гарри одобрительно кивнул.

– Он прав, Марта. Меньше чем через два года я берусь сбыть их в Нью-Йорке Милксу. Он возьмет. Пусть за четверть цены, но это лучше, чем ничего.

Марта тяжело перевела дух.

– А сейчас куда их девать?

– Положу пока в сейф в аэропорту, – сказал Джонни. – Сейчас я съезжу, а потом продам «кедди». «Опель» нам еще пригодится. Но сначала нужно избавиться от моей рубашки, парика Джильды и платья. Копы уже наверняка знают про компанию «Акме». Неси-ка, – бросил он Джильде. – Положим все в костер и сожжем.

Через час окровавленная рубашка, парик, платье и темные очки превратились в пепел. Джонни взял со стола чемоданчик.

– Оставайтесь здесь и не волнуйтесь. Я припрячу товар и разделаюсь с машиной. – Он взглянул на Джильду: – Хочешь поехать со мной?

Она кивнула и вслед за ним спустилась к машине. Когда машина выбралась на прибрежное шоссе, Джильда сказала:

– Я знала, что где-нибудь да сорвется… слишком уж легко все получалось. Я знала.

Бросив на нее взгляд, Джонни пожал плечами.

– Все уладится. Мы заработаем меньше, чем рассчитывали, но если не спешить с продажей, можно выручить вполне достаточно.

– То есть достаточно на твой гараж?

– Конечно.

– Похоже, ты о нем только и думаешь.

– А о чем мне еще думать? Я хочу гараж, и он у меня будет.

Опустив глаза, Джильда уставилась на свои руки.

– А Марта, Генри… тебе до них и дела нет, так?

Нахмурясь, Джонни заерзал на сиденье.

– С чего ты так заговорила? Да… до них мне нет дела. Эта жирная старая сука… А Генри, тот, считай, уже мертвец. Почему я должен о них думать?

– А я? Тоже пустое место?

Джонни издал театральный вздох.

– У тебя блажь в голове, – сказал он после долгого молчания. – Через полгода ты меня совсем забудешь. Мало у меня было девушек? Все с ума по мне сходили… не спрашивай, почему. А встретишь через пару месяцев – в лицо не узнают.

Джильда отвернулась к окну. Море, песок, веселая толпа на пляже – все сливалось перед ее затуманившимися от слез глазами в одно разноцветное пятно.

– Тебя-то это, конечно, устраивало, – произнесла она с горечью.

Джонни покосился на нее. «Женщина», – подумал он.

Часом позже они вышли из Флоридского банка депозитных сейфов, арендовав сейф на имя Пола Уитли с вымышленным адресом в Лос-Анджелесе. Чемоданчик заперли в одной из многих ячеек, и Джонни решил, что здесь с ним ничего не случится.

– Теперь отделаемся от машины.

Джильда стояла поодаль, пока Джонни торговался с хозяином автомагазина. Торг был долгим и ожесточенным, но, в конце концов, Джонни настоял на своей цене – четыре тысячи долларов. Он засунул деньги в задний карман и подошел к Джильде.

– Ну вот, порядок. Теперь только сидеть тихо и переждать. Мы чистенькие.

Они направились к стоянке такси через дорогу.

– Как мы протянем два года? – спросила Джильда.

– Когда кончится срок аренды, мы уедем. Двинем все вместе в Майами. Я что-нибудь накоплю… Марта идейку подбросит… Она хоть и жирна, но не дура. Придется перебиваться, пока шум не уляжется, а там заберем камушки и будем с деньгами.

Джильда пытливо посмотрела на него.

– Так ты с нами останешься?

Джонни усмехнулся.

– А как ты думала? От своей доли я не откажусь. Само собой, мы будем держаться вместе, пока не продадим товар.

Джильда вздохнула с облегчением. Может, за месяцы, которые они проведут рядом, Джонни начнет относиться к ней по-другому.

Дэвид Хэкет собирался закрывать офис и ехать домой, когда появился Хармас. Хотя раньше они не встречались, Хэкет знал его репутацию лучшего сыщика в страховом бизнесе. Он встретил приход Хармаса с радостью и облегчением. Дайна Лоувз, изящная и миловидная секретарша Хэкета, ввела Хармаса в хорошо обставленный кабинет.

– Хорошо, Дайна, отправляйся, – сказал Хэкет, пожимая руку Хармасу. – Запри наружную дверь. У меня есть свой ключ.

Когда девушка ушла, Хэкет взмахом руки показал Хармасу на кресло, а сам сел за стол. Хэкет, красивый, высокий тридцативосьмилетний мужчина, был безукоризненно одет. Его ясные серые глаза смотрели твердо и уверенно. Хармасу, как и всем, кто с ним сталкивался, он сразу пришелся по душе.

– Рад вас видеть, Хармас, – сказал Хэкет, когда они уселись. – Неприятнейшая история. Я понимаю, что подозрение ложится прежде всего на меня. Держу пари, Мэддокс велел вам покопаться в моей личной жизни, а заодно и в жизни Дайны.

Хармас лениво, благодушно улыбнулся.

– В точности его слова. Ему не дает покоя вопрос, как могли открыть сейфы. До сих пор мы считали ваши сейфы лучшим другом страховщика, и все же три из них были открыты и очищены.

Хэкет развел руками.

– Не воображайте, будто Мэддокс одинок. На меня уже наорали в дирекции. Просто не понимаю, как это получилось. И выходит – я теперь подозреваемый номер один. – Он пожал плечами. – Ведь мы принимаем строгие меры безопасности. За Дайну я поручусь. Джолсон, наш мастер, работает в фирме 23 года. За него я тоже поручусь. – Он криво улыбнулся. – Я даже за себя поручусь… Как-то, значит, эта банда раздобыла схемы установки нескольких сейфов. Не представляю, как им это удалось.

Хармас почесал нос.

– Где вы держите схемы?

– Вот в этом шкафу, – Хэкет показал на картотечный шкаф у противоположной стены.

Хармас выбрался из кресла и, подойдя, стал осматривать замок.

– Замок – ерунда, – сказал Хэкет, – но у нас тут всюду сигнализация. Когда кто-нибудь входит в кабинет, он пересекает луч, и в полицию подается сигнал. Прикосновение к шкафу – тревога. Не думайте, Хармас, этот кабинет защищен как полагается.

– Сейчас сигнализация работает?

– Нет. Я включу ее, когда буду уходить.

– Вы не могли случайно забыть включить ее?