Эликсир для мертвеца - Кэролайн Роу

— Тогда я велю развести в камине огонь, принести горячего вина с пряностями и рассказывать веселые истории.

— Должно быть, это очень утомительно, — сказала Хуана.

— Когда хочу быть хмурым, сварливым, — сказал Бонсом, — я покидаю друзей и срываю дурное настроение на нескольких избранных слугах, которым хорошо плачу, чтобы они это терпели.

— Нужно запомнить, — сказала Хуана.

— Но я забылся, сеньора. Непростительно шутить в доме плача. Судьба нанесла вам жестокий удар. Оставить вас в покое?

— Нет, сеньор, — сказала Хуана. — Вы отвлекли меня от печальных мыслей. Я благодарна.

— Я удивляюсь, что вы не возвращаетесь в загородное имение, чтобы избежать бездумных разговоров с такими, как я, — сказал Бонсом.

— Ее королевское высочество упорно настаивала, чтобы я вернулась к ней, — сказала Хуана. — Она считает, что при создавшихся обстоятельствах так будет лучше.

— Принцесса Констанса в высшей степени любезна, — сказал Бонсом.

— И хотя после смерти моего мужа прошло совсем немного времени… — Хуана сделала паузу. — Она уже говорит о различных партиях для меня. Боится, что одной мне будет трудно. Говорит, кто-нибудь приятный, кто сможет охранять мои интересы.

— Помните, я предлагал то же самое, — сказал Бонсом.

— Да, сеньор. Предлагали. Тогда я надеялась, что в этом не будет необходимости. Но теперь, — сказала она с тревогой в глазах, — право, не знаю, что мне лучше всего делать.

— Вот потому другие и берутся думать за вас. Прислушайтесь к ним, сеньора.

Хуана подалась вперед и посмотрела прямо в глаза Бонсому.

— Но скажите, сеньор, как я могу выбрать мужа из Перпиньяна? Всякий раз, когда кто-нибудь называет какое-то имя, я боюсь, что этот человек затравил моего мужа до смерти.

— Вы верите в это?

— Я этого боюсь. Скажите, что вы знаете о доне Рамоне Хулиа?

— То, что знают все, — осмотрительно сказал Бонсом.

— Скажите мне, — попросила Хуана. — И не вежливую ложь, сеньор, а правду.

— Это труднее. Могу сказать, что сейчас он отчаянно нуждается в деньгах.

— Мог бы он пойти ради них на убийство?

— Если б считал, что при этом может избежать опасности для себя. Он не особенно смелый человек, но страсть его жизни, сеньора, азартные игры. К сожалению, он не разумный и не искусный игрок. Я слышал от него, что ему принадлежит доля в рейсе «Санта-Марии Нунсиады», и он надеется вернуть утраченное состояние, когда она вернется. Возможно, будь у него состояние, он перестал бы играть.

— Разве может леопард избавиться от своих пятен? — сухо спросила Хуана. — Или, что еще более важно, готов ли Рамон Хулиа нарушить закон, чтобы обрести это состояние?

— Только если будет уверен, что не попадется.

— И притом он все-таки ваш друг.

— О, да. Я нахожу его очень веселым, хотя, когда много жалуется, он может стать утомительным. А почему вы спрашиваете?

— Я думаю, что без такого мужа можно обойтись.

— Полагаю, он был бы веселым, но расточительным мужем, — сказал Бонсом. — Но я никогда не общаюсь с ним дольше одного-двух дней. При более долгом общении он может стать утомительным. Но мне нужно идти, сеньора. Меня призывают другие, менее приятные обязанности.

Он встал, любезно поклонился и ушел.

Беспокойная, неуверенная Хуана поднялась со скамьи и стала ходить взад-вперед по саду в тени деревьев, многие из которых были все еще усеяны плодами. Кошка Маргариты прекратила охоту и спала в прохладной тени кустов. Глядя невидяще на их темную листву, Хуана услышала тактичное пошаркивание ног поблизости. Пришел один из слуг принцессы.

— Санчо, ты ищешь меня?

— Сеньора, — сказал тот, — кое-кто хочет с вами поговорить.

— Кто, Санчо?

— Она назвалась Хасинтой, сеньора.

— Проводи ее сюда. Я поговорю с ней.

И сдержанная маленькая девочка осторожно вошла, сделала реверанс, а потом огляделась с большим интересом.

— Сеньора, — негромко сказала она, — я пришла с сообщением. Долго оставаться не могу, — добавила она, и на ее лице отразилось беспокойство. — Хозяйка не знает, что я ушла, правда, сегодня суббота, и никаких работ делать не нужно.

— Понимаю, — сказала Хуана. — Кто-нибудь может хватиться тебя и поинтересоваться, где ты, но не потому, что твоя работа не выполнена. Тогда садись сюда, в тень, и передай мне свое сообщение.

Девочка с подозрительностью оглядела сад, потом подалась поближе к сеньоре Хуане.

— Ваш верный слуга, — прошептала она, — велел мне сказать вам, что он как будто поправляется.

— И это все?

Хасинта кивнула.

— А он в самом деле поправляется?

— У сеньора Иакова есть друг, замечательный врач, приехавший сюда на свадьбу. Он заново вправил кости пациента — нам разрешается называть его только пациентом, сеньора, — и дал ему настойки, которые позволяют спать и есть. Выглядит он гораздо лучше, чем раньше. Только не плачьте, сеньора, — добавила девочка с сильным беспокойством. — Он сказал, вы не должны плакать.

— Здесь все знают, что я оплакиваю смерть мужа. Несколько слезинок ничего не изменят, — ответила Хуана, утирая глаза. — Что еще говорит этот врач?

— Он сказал сеньору Иакову, что от пациента перестал идти запах смерти. А сеньор Иаков сказал хозяйке, что это очень хорошая новость, потому что сеньор Исаак почти всегда знает, будет человек жить или умрет. И у сеньора Исаака есть ученик, подопечный его величества, по имени Юсуф. Он сказал мне, что сеньор Исаак врач из Жироны, который вылечил наследного принца Хуана, когда мальчик в младенчестве был очень болен и их величества опасались за его жизнь.

— Передашь от меня сообщение моему верному слуге? Скажи ему, что я здорова и желаю здоровья ему.

Хуана наклонилась и зашептала на ухо девочке.

— Да, сеньора. Я передам ему. А теперь мне надо идти, иначе меня хватятся.

— Возьми это, — сказала Хуана, — и не теряй.

Хасинта взглянула на тяжелую серебряную монету в своей руке и быстро сунула ее в складки пояса.

— Спасибо, сеньора, — сказала она. — И я желаю вам здоровья.

— Что это за милый ребенок, с которым ты разговаривала? — послышался голос за спиной Хуаны.

— Маргарида, — ответила та. — Когда ты спустилась?

— Только что. Принцесса идет сюда. — Маргарида хлопнула в ладоши, появился слуга. — Сейчас здесь будет принцесса, — сказала она. — Ей нужны кресло и подушки, А также закуски.

— Сейчас, сеньора, — ответил он и скрылся.

— Так кто эта девочка?