Логово скорпиона - Наталья Александрова

— Морг, — невозмутимо ответил негодяй-племянник.

— Сестра, говоришь? — недоверчиво осведомилсяхозяин.

Рита наконец разглядела его. Высокий, рыхлый, с нездоровымбледным лицом и длинными сальными волосами, он производил удивительнонеприятное впечатление. Рваные, неаккуратно залатанные джинсы с бахромой понизуи серый мятый халат довершали его облик.

— Сестра, говоришь? — повторил Фюрер. —Ну-ну… Нервная она у тебя.

Повернувшись к Рите, он представился:

— Эрик. Я здешнюю публику сторожу. Ты их не бойся, онисовершенно безобидные. Самая лучшая компания: вреда никакого, лежат себе тихо,если им что-нибудь говоришь — внимательно слушают. Лучше, чем живые. Живые — тевсе время перебивают, и вечно от них какой-нибудь пакости ждешь.

— А почему — Фюрер? — полюбопытствовала Рита.

— Фамилия у меня — Геринг, немец я. Вот эти придурки иприлепили. — Фюрер махнул рукой на Сережку. — Ладно, пошли в моюберлогу, а то клиентуре спать мешаем.

Фюрер открыл обитую жестью дверь, и все трое вошли вкомнатушку, где помещался топчан с неопрятным сальным тюфяком, колченогийписьменный стол и самодельная книжная полка, заставленная потрепанными томами снемецкими по преимуществу надписями на корешках.

— Я из поволжских немцев, — пояснил Фюрер, хотяникто его ни о чем не спрашивал. — Вот, собираю всякие издания об историинемцев в России, не только книги, — он показал на Картонную коробку вуглу, — есть рукописи, письма, воспоминания. Когда-нибудь напишу большуюкнигу.., или музей устрою. Ладно, ребята, вы тут устраивайтесь…

— Где? — спросила Рита с отвращением. — Тутже только один топчан!

— Фюрер, — терпеливо проговорил Сергей, — яведь сказал, что это — моя сестра!

— Правда? — Эрик пожал плечами. — Ну, у меняесть еще раскладушка.

— А ты-то сам?

— Да я ночью не сплю, я ночью работаю. — Он указалрукой на заваленный бумагами стол. — Вы не бойтесь, у меня лампа слабая.

Вам не помешает;..

Рита с ужасом посмотрела на тюфяк, он был на вид такимнеопрятным… Да нет ли в нем насекомых?

Однако она так устала, что сделала над собой усилие иприлегла на топчан, а как только прилегла, так мгновенно и провалилась в сон,не обращая внимание на свет лампы и разговоры.

Она проснулась глубокой ночью. Сережка посапывал нараскладушке, лампа была прикрыта серой от грязи тряпкой, чтобы свет не мешалспящему. Фюрер тихонько листал страницы в папке.

Первая усталость прошла, и на Риту нахлынули тревожныемысли.

Значит, Антон оказался не тем, за кого себя выдавал. ТеперьРита вспомнила, что он никогда не рассказывал ей о своей жизни с Маринкой.Она-то, дура, сама переводила разговор на другое, ей, видите ли, былонеприятно, что он вспоминает бывшую жену. Впрочем, он мог трепаться о чемугодно, Рита была озабочена тогда только одним — как его очаровать. Стыднопризнавать, что была такой идиоткой, но, очевидно, у пославших Антона расчетбыл именно на это — уж больно хорош он внешне.

Значит, его послали выяснить, кто такая Рита и не знает лиона чего-нибудь опасного, а также не собирается ли она эти сведения передать вофициальные органы. Но откуда они вообще узнали о Ритином существовании?

Он позвонил сразу же после того, как Рита поругаласьнасмерть с гадюкой Светланой Федоровной, Маринкиной свекровью. Все подробности встречис Ритой та, очевидно, вытрясла из своего Женечки накануне. И ведь вопрос сразрешением для Ляльки так и остался открытым, надо отдать должное гадюкеСветлане — она держалась твердо и не призналась, что приложила руку к отъездуневестки. Но кроме нее — некому. Значит, у нее есть какая-то связь сагентством? Это же надо так ненавидеть невестку, чтобы даже связаться скриминальными личностями!

Рита представила маленькую головку на длинной сухой шее,пронзительный взгляд сузившихся глаз и поняла, что эта ведьма, чтобы избавитьсяот Маринки, могла послать ее даже на смерть, не дрогнула бы у нее рука!

— Ты что ворочаешься? — окликнул РитуФюрер. — Не спится?

— Нервничаю, — призналась Рита.

— На-ка вот. Затянись. — Он протянул ейсамодельную сигарету.

— Что ты, — испугалась Рита, — не нужнотравки.

— Нужно, — строго сказал Фюрер, — чтобырасслабиться. Не бойся, с одного раза ничего не случится.

Преодолевая брезгливость, Рита затянулась сигаретой и тотчасже провалилась в сон.