Логово скорпиона - Наталья Александрова

Антон приблизился к подъезду, и в эту самую минуту оттудавышел Сережа.

Рита застыла в ужасе. Все кончено! Антон схватит Сережку, идаже если он его не убьет, то уж встретиться с племянником Рита точно несможет…

Но произошло что-то совершенно непонятное. Антон и Сережкапрошли друг мимо друга как совершенно незнакомые люди. Конечно, Антон окинулСережку подозрительным взглядом — но он посмотрел бы точно так же на любогочеловека, выходящего ночью из дома, и Сережка, молодец, сообразил отойти поулице в сторону, а не броситься сломя голову к месту встречи. Но Рита былауверена, что они друг друга не узнали.

Антон скрылся в подъезде, Сережка немного переждал,оглядевшись, вернулся, перешел улицу и через минуту уже, поднимался к Рите полестнице.

Увидев ее, он восторженно проговорил:

— Ну здорово! Как в кино! Давай колись, во что ты тутвляпалась!

— Постой, — прервала его Рита, — во-первых,не кричи, все-таки ночь. Во-вторых, объясни мне, я ничего не понимаю. Вы что —не узнали друг друга?

— О чем ты? — спросил Сережка с искреннимудивлением. — Кого я не узнал?

— Антона…

— Какого еще Антона?

— Ну ты же только что, выходя из дома, чуть не нос кносу столкнулся с Антоном.

— Не понимаю, — Сережка совсем растерялся, —с каким еще Антоном? Ну столкнулся с каким-то мужиком…

— Ты что, хочешь сказать, что вы с Антоном никогда невстречались?

— Да объясни ты, наконец! Про какого Антона тыговоришь?

— Да про Антона, второго Маринкиного мужа. Ты что —спросонья ничего не соображаешь?

— Да не спал я! — Сергей обиделся. — Что тыерунду какую-то говоришь? Как это я мог с Антоном не встречаться? Тот ещекозел, доставал меня по полной программе. А этот мужик, с которым я сейчасвстретился, — он-то тут при чем?

— А разве это не Антон? — изумленно спросила Рита.

— Даже не похож нисколько! Тот маленький, толстый,противный, говорят же тебе — натуральный козел! А этот с виду нормальный мужик…Объясни ты толком.

— Тебя послушать — так все козлы… По-твоему, мать закозлов, что ли, все время выходила? — ворчливо начала Рита, но замолчалана полуслове. — Так значит, это не Антон…

До Риты наконец дошла очевидность этого простого факта. Унее будто пелена спала с глаз. Она вспомнила, что фальшивый Антон первый разпозвонил ей именно днем, когда Сережки не было дома. Вспомнила, как он каждыйраз оказывался занят, если случайно они могли встретиться с Сережкой. Онасписывала это на «психологию», на нежелание общаться с бывшим пасынком, а всеобъяснялось гораздо проще — Сережка просто сразу разоблачил бы его.

— Эй! — прервал Сережка ее размышления. —Ритка, ты где? У тебя такой вид, как будто ты накурилась! Объяснишь ты мненаконец, что происходит?

— Знаешь, дорогой, я и сама еще не все понимаю. Могутолько тебе сказать, что твоя мама с Лялькой попали в очень неприятную историю…

— — Сейчас среди ночи опять будешь менявоспитывать, — на повышенных тонах начал Сергей. — Договорились же,что не будем ее вспоминать!

— Тихо! — зло остановила его Рита. — Людиспят, а ты здесь вопишь, как поросенок. И ведешь себя не лучше. Она, междупрочим, твоя мать. И я не уверена, что она еще жива. И про Ляльку — я тоже ни вчем не уверена…

— Ты это серьезно? — спросил Сергей недоверчиво,но в его голосе прозвучал настоящий испуг.

— Очень серьезно. И тот человек, с которым ты сейчасстолкнулся в подъезде, ко всей этой истории имеет самое прямое отношение.Поэтому не только мне, но и тебе теперь лучше домой не возвращаться.Подозреваю, что он сейчас притаился на лестнице — слава Богу, квартира у нас насигнализации и попасть в нее не слишком просто, — притаился и ждет…

— Кого ждет? — испуганно спросил Сергей.

— Тебя или меня, — Рита пожала плечами, —ему, в общем-то, все равно. Захватит меня — хорошо, захватит тебя — выманитменя как на приманку. Так что сейчас нам надо где-то отсидеться. Есть у тебякакое-нибудь место, куда можно завалиться посреди ночи?

Там я тебе подробнее про все расскажу…

— Есть! — Сергей неожиданно ухмыльнулся. —Только ты не пугайся…

— Что, какая-нибудь наркоманская малина? —осторожно поинтересовалась Рита.

— Нет-нет, поехали, там увидишь.

Рита выглянула в окно, чтобы убедиться, нет ли на улицеслежки. Но Сережка прижал палец к губам и вполголоса сказал:

— Из этого дома можно выйти на другую сторону. Там мыни с кем не столкнемся.

Он спустился на первый этаж и толкнул обшарпанную дверь подлестницей, которую Рита приняла за вход в подвал или бывшую дворницкую. За этойдверью оказался низкий сводчатый коридор, который привел их к выходу насоседнюю улицу. Рита остановила частника, Сергей назвал адрес:

— Московский проспект, возле «Электросилы». Тамбольница имени Третьего Интернационала.

— Знаю, — кивнул немногословный седоватыйводитель, — она теперь имени святой Евфросиньи.

Машина помчалась по ночному городу. Доехали до места. Сережапошел вдоль высокого бетонного забора больницы. Завернув за угол, он указал Ритена довольно широкую щель:

— Ну, Ритка, ты нетолстая. Пролезешь… — и нырнул втемный лаз.

Рита, плюнув на Маринкин костюм и приличия, последовала заним. За забором они еще некоторое время шли между темными больничнымикорпусами, пока не приблизились к одноэтажному неказистому дому, стоявшему чутьна отшибе. Сережка подошел к окну и постучал в него условным стуком.

Дверь приоткрылась, и хриплый заспанный голос недовольнопроизнес:

— Кого черт принес посреди ночи?

— Свои, Фюрер, — отозвался Сережка. — Друзейне узнаешь? Пусти нас с сестрой переночевать, у нас проблемы.

— А, это ты, Серый!

Дверь распахнулась шире, и они вошли внутрь.

В доме было темно, и сначала Рита ничего не смогларазглядеть, но зато в нос ей ударил отвратительный тяжелый запах, ядовитый иудивительно знакомый, вызывающий воспоминания о чем-то очень неприятном…

— Чем это пахнет. Сережка? — спросила Ритавполголоса. — Куда ты меня привел?

— Я тебе говорил — не пугайся, — с дурашливымсмешком отозвался Сергей, — сейчас Фюрер свет включит…

Хозяин действительно щелкнул выключателем, и помещение залилмерцающий свет люминесцентных ламп.

Рита обмерла: огромная комната была заставленаметаллическими столами, на которых, заботливо укрытые простынями, лежалипокойники.

— Господи! — вскрикнула Рита. — Что это?