Последняя миля - Дэвид Бальдаччи

Ступив вперед, Джеймисон взяла ее за руку:

– Давайте просто войдем и сядем. Вы что-нибудь ели? Может, чашечку чаю, чтобы помочь вам успокоить нервы? Я могу только догадываться, через что вам пришлось сегодня пройти. Я так сожалею.

– Я… это будет… у меня кусок в горло не полезет, но горячего чаю я бы выпила. Да.

– Просто покажите мне, где и что, и я вмиг приготовлю.

Джеймисон направила Монтгомери в дом, а Декер и Марс пошли за ними по пятам. Как только Джеймисон обернулась, Амос одарил ее взглядом благодарности.

Когда Реджина Монтгомери показала Джеймисон, где что у нее в кухне, она и Марс уселись за кофейный столик в тесной, загроможденной гостиной. Алекс в кухне поставила чайник на плиту, чтобы вскипятить воду, нашла чашку и коробку чайных пакетиков. И, пока вода грелась, присоединилась к остальным.

Садясь напротив Монтгомери, Джеймисон окинула ее взглядом и с удивленным видом ненадолго взяла за запястье.

– Ну? – вперив взгляд в Декера, желчно вопросила Монтгомери.

– Ваш сын здесь? – поинтересовался тот.

– Нет, – отрезала она. – Остался у друга. Я решила, что так лучше. Нет смысла ему иметь дело с… этим.

– Хорошая мысль.

Бросив взгляд на Марса, сидящего рядом с Декером, она неодобрительно поджала губы.

Мелвин ответил ей взглядом. Хотел было что-то сказать, но его опередил Декер:

– Томми сказал нам о страховой выплате.

Это ее ошеломило.

– Что?! Когда вы… как вы узнали, где он?

– «Ревущие пумы», – Декер указал на фото на столике напротив.

– Ну и что? У Чака была страховка. Я – бенефициар. Ничего такого в этом нет.

– На тридцать тысяч долларов?

– Кто вам сказал? – снова вздрогнув, требовательно вопросила она.

– Мы из ФБР, миссис Монтгомери, мы можем сами выяснить.

Послышался свист чайника. Встав, Джеймисон направилась на кухню готовить чай. Налила его в чашку, а потом в поисках каких-нибудь крекеров отодвинула занавеску, загораживавшую небольшую нишу. Оторопев от увиденного, она схватила с полки крекеры и банку арахисового масла и вернулась к раковине, окликнув:

– Эй, Декер, не можешь мне помочь? Я знаю, что миссис Монтгомери не хочет, чтобы мы задерживались тут дольше, чем нужно…

Амос, чуточку сбитый с толку такой просьбой, встал и прошел в кухню. Намазывая арахисовое масло на крекеры, Джеймисон подбородком указала на отдернутую занавеску, вполголоса проговорив:

– Ты туда глянь.

Обернувшись, Декер увидел, что находится в нише, и быстро посмотрел на Джеймисон, вскинувшую брови.

– Я видела еще кое-что, – добавила она.

Минуту спустя они вернулись в комнату – Алекс с чаем, а Декер с тарелкой крекеров с арахисовым маслом – и поставили все это перед Монтгомери, с каменным выражением взиравшей на Марса.

– Спасибо, – проронила она. Пригубила чая и откусила крохотный кусочек крекера, наконец потупив взор.

Пока Монтгомери была занята этим, Джеймисон оглядела комнату, задержав взгляд на стоячей вешалке для пальто. На сей раз она не удивилась.

– Какое вам дело до денег по страховке? – поставив чашку, спросила Монтгомери.

– Томми также сказал, – поведал Декер, – что вы планируете переехать отсюда туда, где он в конце концов пойдет в колледж. Что вы собираетесь купить дом и больше не работать.

После довольно долгого молчания Монтгомери пренебрежительно махнула рукой:

– Да он еще мальчонка. Сам не знает, что городит. Я действительно планирую перебраться туда, где он пойдет в колледж. Но работать мне придется. И черта лысого я куплю дом. Тридцати тысяч долларов маловато, чтобы сидеть дома и бить баклуши.

– Значит, вам придется работать?

– Вы что, не расслышали? Да, мне придется работать. Я что, похожа на богачку? Я всю жизнь вкалывала до опупения, до потери пульса. Вот если Томми пробьется в НФЛ, тогда уж он обо мне позаботится.

– Я бы на это не ставил, – подал голос Марс. – Тут один шанс на миллион.

– Вы-то играли в футбол, как я слыхала, – смерила она его взглядом.

– Это жестокий спорт. Велите Томми лучше стать доктором или адвокатом. Тогда его ждет куда более здоровая жизнь на пенсии.

– Не сомневаюсь, что вы злитесь на моего муженька, но он же сознался. Только потому вас и выпустили из тюрьмы.

– Только из-за него я и попал в тюрьму, – парировал Марс. – Он убил моих родителей. Так что, уж извините, благодарности я не чувствую.

Тряхнув головой, она проворчала что-то вроде: «Ну, народ».

Декер удержал Марса, готового вскочить на ноги, положив тяжелую ладонь ему на плечо и спросив Реджину:

– Когда вы получите страховку?

– А вам-то что до того?

– Я сказал вам, что у меня всего несколько вопросов, миссис Монтгомери. Чем быстрее вы на них ответите, тем быстрее мы удалимся. Обратное тоже верно.

Взяв чашку, она сделала глоток чая, съела крекер и наконец сказала:

– Надо сперва подать исковое заявление. Это может занять несколько дней, возможно, неделю. Уж что-что, а доказательства его смерти налицо.

– Верно, – поглядев на Джеймисон, Декер кивнул.

– Красивые часы, – указала Алекс на запястье Монтгомери. – «Картье», не так ли?

– Нет, где там, – Монтгомери поспешно прикрыла их другой рукой.

– На циферблате написано «Картье», – указала Джеймисон.

– Я взяла их баксов за десять, – Реджина посмотрела на запястье.

– Где?

– Забыла.

– Распространение контрафакта противозаконно, – заявил Декер.

– Так найдите того, кто их продал, и арестуйте.

Встав, Амос прошел на кухню, отдернул занавес, поднял сложенные там коробки, принес их в комнату и поставил на пол.

– Какого черта вы творите?! – взвилась Монтгомери, встав во весь рост. – Не имеете права! Это мое!

– «Шанель». «Нейман Маркус». «Сакс». «Бергдорф Гудман». «Джимми Чу». Очень хорошие вещи. И очень дорогие.

– А это «Эрмес», – указала Джеймисон на сумочку, висящую на вешалке у двери. – Мне бы такую, да не по средствам.

Хозяйка побелела, как плат.

– Это все подделки. Настоящие мне не по карману.

– А я и не знал, что поддельщики поставляют свой товар в коробках с названиями торговых марок на боку, – промолвил Декер. – Обычно их продают на улицах.

На это Монтгомери не отозвалась ни словом. Сделала еще глоток чая и съела еще крекер.