Опустошение - Егор Роге

– Один.

– Извините, Лорс, но мы-то выполнили все условия.

– Выполнили, – усмехнулся он, – а куда же он делся? Где свидетели того, что вы ему деньги отдали?

Я пожал плечами. В процессе разговора чувство страха стало заметно слабее.

Остаток пути мы проехали под «хьокх-хьокх» в исполнении молодого чеченца.

Машина остановилась у гостиницы «Пекин». Нас провели в номер, из которого несколько месяцев назад Артем разговаривал с Мишей из Канады.

В комнате, кроме нас с Максом, остался только «хьокх-хьокх». Он сел на стул спиной к двери и принялся перебирать пальцами какие-то четки.

Макс был спокоен.

– Как ты думаешь, что с Вахой случилось? – тихо спросил я.

– Я думаю, что он сидит в соседней комнате, а эти разыгрывают пьесу с исчезновением главного героя с нашими деньгами, – так же тихо ответил Максим.

Версия Макса мне показалась весьма вероятной. Я вспомнил, что Лорс как-то странно повел себя после моего вопроса, был ли Ваха один. Действительно, по любому поводу приезжает целая бригада, а тут именно за крупной суммой денег приехал один человек. Кроме того, в визите чеченцев в офис была все же какая-то картинность, а я, испугавшись, не обратил внимания на это.

Примерно через два часа в комнату зашли Лорс и Артем.

– Все, поехали, – сказал Артем.

По дороге Артем рассказал, что вернулся в офис примерно через пятнадцать минут после нашего отъезда. Лариса сквозь слезы рассказала ему о том, что произошло, и о том, что ей показалось, что чеченцы говорили о том, что Ваха пропал. Она также сообщила, что Макса сильно избили.

– Похоже, только ее они и напугали, – сказал Макс.

– Меня тоже, – добавил я.

Артем продолжил. Еще минут через тридцать позвонил Адам и потребовал срочно приехать в «Пекин». Приехав, он познакомился с Лорсом, который изложил ему суть проблемы.

– Интересно, – сказал Максим, – что же он тебе сказал?

– Сказал, что Ваха пропал. С деньгами и оружием, – ответил Артем, – и считает, что мы его подставили.

– Что же, по его мнению, мы сделали с Вахой? – спросил Макс.

– Я тоже спросил его об этом, но он сказал, что мы могли все, что угодно, с ним сделать.

– Зачем нам это делать, ведь Тенгиз-то свои деньги не получил? – вступил в разговор я. – Тенгизу все равно, где Ваха.

Артем не стал отвечать, и продолжил рассказ:

– А через час после начала разговора позвонил Ваха.

– Ну, что я говорил! – воскликнул Макс. – И что же заявил «блудный сын»?

– Заявил следующее: с ним все в порядке, только побили сильно, сломали ребра.

– Интересно, кто? – иронизировал Макс. – Хулиганы, милиционеры?

– Милиция, остановили, проверили документы, обыскали, нашли ствол и деньги. Полтора дня продержали в одиночке и выпустили. Все, естественно, отобрали, – отчеканил Артем.

– Правдоподобно, – с иронией заключил Максим.

– А что они теперь от нас хотят? – спросил я.

– Пока не знаю, Лорс хотел вначале переговорить с Вахой, а потом нам позвонят, – ответил Артем, – думаю, захотят денег.

– А Тенгиз? Что с этим-то будем делать? – продолжал я.

– Да не знаю я, – разозлился Артем.

В течение последующей недели спектакль продолжался. И Тенгиз и Лорс предъявляли свои претензии нашей компании. Тенгиз заявил, что он готов простить задержку выплаты причитающейся суммы в связи с теми обстоятельствами, которые имели место. Однако терпение его не безгранично, и он готов ждать еще три дня.

Лорс, в свою очередь, строил свою обвинительную позицию на том основании, что история с Вахой произошла из-за утечки информации из нашей компании. Он особенно подчеркивал, что, если он узнает о том, что мы умышленно «закрыли» Ваху, – сумма увеличится в пять раз.

Тенгиз приехал в офис вместе с Георгием. Он забрали конверт, пересчитал деньги и подтвердил, что инцидент полностью исчерпан. Лорс и Ваха получили по пять тысяч долларов.

Артем, избегая открытого общения, все же был вынужден собрать совет.

– Мы приняли неверное решение, когда принимали Армена. Да и в дальнейшем наваляли ошибок, – начал Артем, – мы должны были защищаться, но делали это безграмотно.

– Да, конечно, – ответил я, – за прием Армена в наши ряды мы заплатили двадцать четыре тысячи. В дальнейшем мы потеряли еще тридцать семь тысяч: двадцать четыре, которые «отобрали» у Вахи, десять которые мы компенсировали Лорсу, и три за беспокойство команды Лорса. Итого – шестьдесят одна тысяча. Вот цена безответственности.

– Что же предлагается? – спросил Артем, обращаясь ко мне. – Как мы будем возвращать деньги? Я, Макс и Иосиф несем ответственность за потери, а ты – нет? То есть мы, как твои партнеры, должны нести персональную ответственность за ошибки. В таком случае тебе достались очень слабые партнеры. Мы понимаем это и считаем, что мы недостойны продолжать с тобой сотрудничество. Забирай свои двадцать пять процентов от суммы, без учета потерь от Армена, и уходи. Если тебе неудобна эта формулировка, считай по-другому – мы втроем уходим и создаем новую компанию.

К такому развитию событий я был совершенно не готов и начал отступать.

– Я не собираюсь перекладывать на вас всю ответственность за случившееся, – возразил я, – я просто хочу, чтобы в будущем мы всегда прогнозировали последствия. И внимательно относились к тому, как мы тратим наши деньги.

– Мы все еще богаты, нам удалось построить бизнес, – вступил в разговор Иосиф, – наши личные взаимоотношения не должны пострадать. Давайте забудем об этом.

– Я думаю, что не стоит забывать, – с видом победителя сказал Артем и, посмотрев на меня, после секундной паузы продолжил: – Будем считать произошедшее неудачной инвестицией. Но не забывайте, что я научил вас зарабатывать. Я научу и сохранять.

Несмотря на то что все наши неудачи произошли по его вине, Артем не только остался безоговорочным лидером, но и значительно укрепил свои позиции.