Пуля из прошлого - Алексей Макеев

– Костя, вспомни абсолютно точно: а в тот день, пятнадцатого, он тоже был с камерой? – Гуров пристально посмотрел на парня.

– Точно, – даже не думая, ответил Малышев.

– Ты совершенно в этом уверен?

– Тут и вспоминать нечего. Он прибежал очень довольный, сразу занял столик и принялся копаться в своей камере, просматривать какие-то кадры.

– А почему за обед не принялся?

– Так он ждал кого-то. Я так понял, того мужчину, что к нему подсел.

– Так, так, уже теплее, – закивал Гуров. – Вот этого мужчину, да? – показал он на фотографию Костырева.

– Да. Вообще-то, такие люди к нам не заходят, и я еще удивился, что Артемов ждал именно его. Но мужчина вел себя прилично, был трезв и адекватен – с какой стати я буду вмешиваться? Если бы он буянил или приставал к посетителям, тогда другое дело.

– Ага… А Артемов, говоришь, выглядел довольным?

– Да, но при этом еще и нервным. Или в нетерпении, что ли, не могу точно подобрать слово. А когда пришел вот этот человек, он сразу несколько успокоился, сделал заказ на двоих и достал блокнот.

– Блокнот? Ты точно видел? – в упор посмотрел на него Гуров.

– Зачем я стану сочинять? – обиделся Малышев. – Вы спрашиваете – я отвечаю!

– Ладно, ладно, не обижайся. Просто, понимаешь, дело такое, что я не могу позволить себе ошибиться. Но после перестрелки у Артемова не нашли ни камеры, ни блокнота, – Гуров уже рассуждал вслух. – В кафе после случившегося зашла только молодая пара, которая вызвала милицию… При них никакой камеры не было. Даже если предположить, что до них заходил кто-то еще и, увидев дорогущую камеру, просто позарился на нее, этот человек не стал бы брать блокнот Артемова, зачем он ему? – Лев снова посмотрел прямо на Малышева. Тот неуверенно повел плечами и поморщился от боли. – Лежи, лежи! – спохватившись, повторил он. – Это я просто сам с собой веду беседу. Скажи вот что: когда стрелявший бросил автомат на пол, а ты упал, не видел, что он делал перед тем, как покинуть кафе?

Костя наморщил лоб, вспоминая, потом уверенно ответил:

– Нет. Во-первых, я уже сознание начал терять. Во-вторых, мне из-за стойки ничего видно не было.

– Ясно, ясно, – в задумчивости произнес полковник.

– Я только, знаете, что вспомнил? – сказал вдруг Костя.

– Что? – нахмурился Гуров.

– Я, кажется, видел этого человека. Того, кто стрелял.

– Где? – Лев сразу напрягся.

– У нас в кафе, за несколько дней до стрельбы. Дня за два-три. Он приходил и ужинал у нас, это было уже ближе к вечеру.

– Один раз? – уточнил Гуров.

– При мне – один. Но мы работаем посменно. Я вспомнил, потому что он еще спросил у меня, где туалет, и прошел туда. Правда, он был без бороды и без темных очков, но я почти уверен, что это он. Что-то такое в фигуре, манерах, походке… Походка уж больно характерная, хотя описать не могу.

– Так, а фоторобот составить можешь? – оживился Гуров. – Мы привезем сюда компьютер и нашего специалиста, так что не волнуйся, тебе никуда ехать не придется!

– Боюсь, что нет, – разочаровал его Малышев. – Я несколько раз видел в фильмах, как это происходит, и всегда удивлялся. Какие брови, какой подбородок? Ну, как я могу сказать, какой у человека был подбородок? Я же запоминаю лицо в общем, а по отдельности разбирать его на носы-губы не смогу.

– Очень жаль.

– Я могу и ошибаться. То есть на сто процентов утверждать, что это он, не буду, – стал оправдываться бармен.

– Возраст хотя бы какой? Рост, вес?

– Возраст уже где-то за пятьдесят. Одет был солидно, но просто. Довольно высокий, под метр восемьдесят, но пониже вас. И в плечах пошире. Я бы даже сказал, полноватый. Если я его увижу вживую – думаю, что узнаю.

– Ну, что ж, Костя, и на том спасибо! – Гуров ободряюще улыбнулся, поднялся со стула. – Поправляйся. А если вспомнишь что-то еще, сразу звони вот по этому номеру, – и протянул ему листок.

Выйдя на улицу, он задумался над тем, что делать дальше. Для начала позвонил Крячко, который деловито сообщил, что часть, в которой служил Костырев, находится под Москвой, всего в семидесяти километрах от МКАД, и что он уже едет туда на служебной машине.

– Благослови меня, Лева! – в довершение произнес Стас.

– Удачи! – бросил Гуров, отключая связь.

И тут же снова нажал кнопку соединения, потому что увидел, что ему звонит генерал-лейтенант Орлов.

– Ты где? – начал разговор Петр.

– Какая стандартная фраза! Нет бы сказал: Лев Иванович, я звоню, чтобы сообщить, что вам присвоено очередное звание, – пошутил Гуров.

– У вас оно и так высокое, Лев Иванович! – не поддержал шутки Орлов. – Судя по твоему тону, ты не слишком озабочен?

– Я очень озабочен, Петр, но не потому, что что-то не ладится, а как раз наоборот. Ты не переживай, мы со Станиславом работаем в поте лица – в прямом смысле этого слова. Я сейчас еду на один адрес, когда вернусь – сразу доложу.

– Что мне начальству докладывать?! – почти закричал Орлов.

– Скажи, что все идет по плану, – ответил Гуров и отключил телефон.

Часть, в которой некогда служил Валерий Викторович Костырев, находилась в Кубинке. Крячко подкатил туда уже в обеденное время. У ворот на посту стоял дежурный – молодой парень с автоматом и погонами старшего сержанта.

– Привет, – небрежно бросил ему Крячко, помахивая перед лицом своим удостоверением. – Командир части на месте?

Парень немного подумал, затем утвердительно кивнул.

– Так, а имя-отчество его мне сообщишь? – Станислав вытащил свой замызганный блокнот.

– Полковник Лемешев, Павел Афанасьевич, – ответил дежурный.

– Ага. – Крячко нацарапал данные на одной из страниц, выбрав место почище, и, заложив руки за спину, прошел через ворота.

На территории части было чисто и тихо. Солдаты как раз обедали в столовой, мимо которой прошел Крячко, направляясь к зданию, по виду напоминавшему школу: довольно большое, стандартное, в несколько этажей. Над входом висел бело-сине-красный флаг России. Здесь также стоял дежурный. Крячко быстро представился и попросил проводить его к командиру части, сообщив, что у него, полковника Главного управления МВД, к нему очень важное дело.

Дежурный принялся накручивать диск допотопного черного телефона, затем переговорил с кем-то и сказал:

– Поднимайтесь на третий этаж, кабинет тридцать восьмой. Товарищ полковник вас примет.

Крячко кивнул и направился к лестнице, думая про себя о том, насколько удобнее было бы, если бы в части существовал лифт. Пока поднимался на третий этаж, весь взмок.

Командир части полковник Лемешев был грузным мужчиной чуть старше средних лет. Взгляд суровый, лицо мужественное. Он сидел за столом и с серьезным видом просматривал какие-то бумаги. При появлении Крячко оторвал взгляд от своих листков, посмотрел на него и приглашающее показал на стул, стоявший с другой стороны стола. Два полковника пожали друг другу руки, и Крячко, опускаясь на стул, заметил: