Магия убийства - Лариса Соболева

Понятые жались к стенам и стояли в дверях, тихие, с ответственными лицами. Всего их было четверо — три женщины и один мужчина (по виду алкаш, но другие не согласились присутствовать при обыске). Разговаривал с ними Владимир Васильевич, попутно фланировал по комнате и рассматривал интерьер, иногда перебирал вещицы на полках, не представляя, каково их назначение. Квартира была двухкомнатная, обычная, мебель стильная, вещи Фалеев носил дорогие.

— А где работал ваш сосед? — поинтересовался зампрокурора.

— Да кто же его знает, — вразнобой ответили женщины.

— Баб трахал, вот и вся его работа, — хихикнул трезвый алкаш. Женщины стеснительно засмеялись, а он приложил ладонь к груди, сделав святое лицо. — Пардон, извиняюсь. Я ж за стенкой живу, тут такие оры стояли…

— И кто же орал?

— Бабьё, конечно, когда он их… — ухмыльнулся алкаш, сделав характерный жест. — Пардон, извиняюсь.

Ника писала, стараясь не пропустить ни слова, но на слове «трахал» застряла, потом написала: «занимался сексом». Валдис тщательно копался в шкафах.

— Значит, он часто приводил к себе женщин, — подытожил Владимир Васильевич.

— Приводил, приводил, — загалдели понятые.

— А че, — поднял плечи алкаш, — дело-то молодое. Я бы тоже приводил, если бы ко мне шли.

— Стало быть, он приводил разных женщин? — уточнил зам.

— Не то чтобы разных, но менял, — ответил алкаш. — Одна к нему ходит-ходит, а потом раз — и другая ходит. И все такие красотули… ё-моё! Духами от них за километр перло.

— Скажите, а как долго он встречался с одной женщиной? — спросила Ника, но алкаш не понял.

— Толковый вопрос, — практически похвалил ее Владимир Васильевич и перевел: — До того, как «раз — и другая ходит», сколько он с одной и той же дамой приходил сюда? Неделю, месяц…

— Ну, так… по-всякому было, — почесывая затылок, сказал алкаш. — Бывало, долго никто не ходил. На этот случай у Витьки постоянная красотуля была. Этих менял, а она все время к нему ходила. Ей за тридцать где-то. И он ее тоже… я слышал.

— Как зовут постоянную, знаешь?

— Не-а. Она с ним не очень-то, однажды чихвостила его по первое число.

— О чем речь шла?

— Да не прислушался я. Чего-то Витька ей не угодил.

В это время Валдис подошел к Владимиру Васильевичу, показал три видеокассеты:

— Смотрите. На других надписи с названиями фильмов, а на этих только латинские буквы. Может, у меня в руках личный архив?

— Видик есть?

— Да, в той комнате.

— Иди посмотри, что на них.

— А какой он сосед был? — спросил Владимир Васильевич понятых.

— Ничего плохого не делал, — сказала одна из женщин.

— Да хороший парень был, — возразил алкаш. — Бабло при нем имелось, когда ни попросишь — всегда даст.

— Фалееву тридцать семь исполнилось. Староват он для парня.

— Владимир Васильевич! Ника! — позвал Валдис. — Идите сюда.

Во второй комнате с двуспальной кроватью он сидел на корточках перед телевизором. А на экране…

— Вот это порнуха! — восторженно взвизгнул появившийся алкаш и заржал. — Не, во дает! Ой, че делают… Начальник, ну дай досмотреть, а? — запротестовал он, когда зампрокурора жестом приказал ему выйти.

— Нечего тут смотреть, — сказала женщина, а сама косила глаза на экран.

— Как нечего! — возмутился алкаш. — Витька бабу…

— Так это Фалеев? — Не оборачиваясь, Владимир Васильевич кистью руки указал на телевизор. Его интерес алкаш понял как разрешение посмотреть видеозапись, юркнул между ним и креслом, очутился у телевизора:

— Витька, Витька… А теперь не он. Это другой мужик. А баба та же.

— К нему на секс-час и мужики приходили? — полюбопытствовал Валдис.

— Ну, приходили, а на час или два — не знаю, — сказал алкаш, любуясь зрелищем. — Гля, гля! Еще один. Троих обслужила. Хорошая женщина.

Валдис встал с корточек, чуть отошел от экрана, присматриваясь, будто увидел знакомого.

— Это же Кенар! — проговорил он.

— Выключай кино, — приказал Владимир Васильевич. — Изымаем все кассеты.

Яша находился в старом джипе, оборудованном по последнему слову техники, и слушал диалог вместе с детективом и водителем.

— Знаете, Эля, — с мечтательной интонацией романтического героя говорил Ричард, — в современном мире трудно найти человека, близкого тебе по духу. Сейчас все заняты исключительно золотым тельцом, общечеловеческие ценности никого не интересуют, а столько вокруг прекрасного. Например, книги, музыка… вы.