Игра в свидания - Беверли Брандт

Она не дала ему свой телефон.

Лейни застонала и стала биться головой о приборную панель «БМВ» Джека. Ее школьная любовь — тот, кто мог бы восстановить ее авторитет в глазах одноклассников, — попросил у нее телефон. А она его не дала.

Вместо этого она воспользовалась правилом свиданий номер четыре Лиллиан Брайсон. Зачем? Она не знала. И дело было не в том, что она верила в подобные вещи. Свидания не являются игрой. Для них не существует правил. Нелепо даже думать, что они есть. Однако по какой-то причине, когда Блейн попросил у нее номер телефона, у нее в голове всплыла фраза: «Заставьте его потрудиться ради этого». Поэтому, вместо того чтобы продиктовать семь простых цифр, она подмигнула ему (о, кажется, она была самим олицетворением дерзости) и сказала: «Я работаю в «Бесстрашных сыщиках». Номер есть в телефонном справочнике».

А потом, едва не взвыв, потому что ее охватывал ужас от сделанного, она повернулась и пошла прочь.

Не удостоверившись, что он услышал ее, не проверив, что он правильно записал название и не убедившись, что он вообще его записал.

Лейни снова стукнулась лбом о приборную панель.

Какая же она идиотка!

— Гм, я, знаешь ли, не люблю лезть в чужие дела, но ты не могла бы мне хотя бы намекнуть, в чем дело? Если ты продолжишь в том же духе, ты пробьешь мне панель.

— Разве у тебя нет страховки? — пробурчала Лейни.

— Она все равно не покроет ущерб от умышленных действий преступно настроенного сумасшедшего, — парировал Джек.

Лейни вздохнула и спрятала лицо в ладонях. У нее был шанс — маленький, крохотный — вернуть свою жизнь на прямую дорогу, а она упустила его! Да что же с ней такое?

Неудивительно, что судьба так жестока с ней. Каждый раз Лейни разбрасывается ее подарками.

— А-а-а… — застонала Лейни. Стон получился приглушенным.

— Хорошо, что она больше не бьется головой о панель, — заметил Дункан с заднего сиденья.

— Да, но теперь она воет и скрежещет зубами, — сказал Джек, останавливая машину перед дверью офиса. Выключив двигатель, он повернулся к Лейни:

— Хватит. Я хотел бы получить кое-какие ответы.

— Делавэр, все вышесказанное, тридцать два градуса[8], — проговорила она сквозь пальцы.

— Очень смешно.

— Действительно смешно. Эта женщина создана для меня. Могу я ее заполучить? — спросил Дункан.

— Тебе ничего не надо скопировать? — осведомился Джек.

— Нет. — Дункан подался вперед и положил локти на спинки передних сидений.

— А позвонить кому-нибудь?

— Не-а.

— Не боишься, что придется заполнять анкету безработного? — пригрозил Джек.

— Слушаю, босс! Уже ухожу. — Вылезая из машины, Дункан насвистывал какую-то песенку.

— Я все равно тебе ничего не скажу, — предупредила Лейни. — Это личное. — Ну вот, теперь он подумает, что это как-то связано с ее гормональным фоном или чем-то в этом роде. Мужчины не любят говорить о таких вещах.

— Гм. Ладно… — Джек помолчал. Было очевидно, что ему неловко. — Не знаю, что происходит, но… если я могу тебе помочь… Или вдруг тебе захочется поговорить. В общем, я хочу, чтобы ты знала, что я рядом. Чтобы помочь. Как друг.

Ну и ну. Речь Джека так удивила Лейни, что она даже отняла руки от лица.

— Как друг? — переспросила она.

Он прокашлялся и расслабил ворот рубашки, вероятно, забыв, что ворот и так расстегнут.

— Да. Как друг. А почему нет? То, что я подписываю зарплатную ведомость, не означает, что мы не можем быть друзьями, верно?

Лейни закивала:

— Естественно. Сейчас же двадцать первый век.

— Ну вот. Ведь в двадцать первом веке мужчина и женщина могут быть друзьями, правильно?

— Конечно, — пробормотала Лейни.

— Разве не эту мысль хотела донести героиня Мэг Райан в «Когда Гарри встретил Салли»?

Гм. Куда их заведет этот разговор?

— Наверное.

— Но еще там был Билли Кристал со своей теорией, что мужчина и женщина не могут быть друзьями, потому что мужчина будет неизбежно думать о сексе и разрушит дружбу.

— Слушай, а ты не хочешь заставить меня говорить с забавным акцентом или еще как-то, а? — спросила Лейни, косясь на него.

— Нет, — рассеянно ответил Джек. — То есть если ты сама не захочешь. Но я не думаю…

— Что не думаешь?

— Так, ничего.