Я – Джек-Потрошитель? - Александр Чернов

По крутой лестнице мы поднялись на четвертый этаж. Лариса пробежала пальцами по кнопкам кодового замка, раздался щелчок, дверь приоткрылась. На лестницу вырвался перестук реле, напоминавший работу армии машинисток.

— Проходи.

Коллектив здесь был сугубо женский: чистота, цветочки, горшочки, занавесочки; вдоль стены вернисаж детских рисунков, который оканчивался большим плакатом с девкой в каске и телогрейке с приветом от Кордена.

Большущий зал с высоченным потолком был заполнен лабиринтом трехметровых железных стенок, в которых что-то дзинькало, тренькало и стучало.

Лариса подвела меня к столу, забитому отвертками, кусачками, обрывками проводов и прочим инструментом и хламом. Встала по стойке "смирно".

Своего я добился, на АТС попал. Теперь девчонка сделает все так, как я пожелаю.

— Ну, Ларсон, — сказал я, обойдя девчонку и взмахнул рукой, будто держал в ней хлыст. Для начала выясни-ка фамилию и адрес абонента с номером телефона 69-96-69.

Номер перевертыш, который Таня записала на листке перекидного календаря, я помнил отлично. Пришла пора содрать с Семена Анатольевича покрывало таинственности.

Пожирая меня глазами, Лариса отчеканила:

— Список с номерами абонентов на третьем этаже в "Кроссе".

— Беги в "Кросс", — я развалился на стуле и еще ноги хотел положить на стол, да передумал.

Лариса вытянулась:

— Туда посторонним вход воспрещен. Мне не положено.

— Но мы же договорились, Ларсон! Ты мне помогаешь, — укорил я. Потом хлопнул Ларису по костлявому заду и скомандовал:

— Бе-е-гом!

Пока я курил, сидя за столом, Лариса метеором слетала на третий этаж и опять встала передо мной, моргая рыжими ресницами.

"Заставить ее подпрыгнуть, что ли?" — подумал я, но решил отложить этот опыт до следующего раза. Я отобрал у Ларисы клочок бумажки, развернул и прочел: "Рудаков Семен Анатольевич. Улица Грибоедова, дом 15, квартира 28". Сунул бумажку в карман и крутнулся на стуле.

— Теперь, дитя ночного города, подключись к аппарату этого самого Рудакова. Сможешь?

— Смогу. Но получится параллельный телефон, — робко возразила Лариса.

— Знаю. Действуй!

С телефоном в руках Лариса направилась вдоль ряда железных стенок, шагая, как оловянный солдатик, и исчезла в одном из проходов. — Готово! — высунула она голову.

— Оставь его там… и… и выключи эту чертову сигнализацию.

Лариса пропала. Действующая на нервы сигнализация наконец заглохла. Девчонка вновь возникла рядом со мной

Я взял со стола трубку телефона и покрутил диск. Добрую минуту в ухе раздавалось равномерное мяуканье вызова, потом щелкнуло, и женщина сказала:

— Алло?! — в трубке слышался отдаленный шум застолья и звуки музыки.

Я потребовал:

— Рудакова, пожалуйста.

— О-ой! — прогнусавили на том конце провода. — Это так срочно? У нас сегодня гости. Мой муж как раз тост говорит.

Моему тону мог бы позавидовать прокурор.

— Когда я сообщу вашему мужу новость, ему будет не до тостов в течение примерно пятнадцати ближайших лет.

Жене Рудакова вдруг резко перекрыли кислород.

— Что случилось? — сказала она придушенно.

— Рудакова, пожалуйста!

— Сеня! — заголосила трубка.

Женский голос сменился на мужской.

— Слушаю, — Рудаков был весел, он еще не знал, какой сюрприз я ему приготовил.

— Что ж вы, Семен Анатольевич, — послал я по проводу вместе с приветствием ухмылку, — назначаете девушке свидание, а сами не приходите… Вас там ждали…

У Семена Анатольевича изменился голос;

— Вы кто?

"Знает, что Таня мертва", — подумал я и сказал:

— Ваша совесть. Объясните-ка ей, как случилось, что после вашего телефонного звонка к Николаевой ей ночью перерезали горло. Вы убили Таню из-за документов, которые принадлежат ее отцу?

Попал, кажется, в точку — в трубке захлопнулась челюсть, раздался щелчок и короткие гудки.

При заключительных словах глаза Ларисы стали похожи на две буквы "О". Я подмигнул ей и улыбнулся:

— А теперь, Рыжик, бежим ко второму аппарату.

Мы кинулись в лабиринт перегородок, туда, где на квадратиках серого линолеума стоял подключенный к номеру Рудакова телефон, и сели возле него прямо на пол. Целых двадцать минут мы смотрели на пластмассовую коробку, как на предмет, с которым должно произойти чудо, но аппарат молчал с упорством пустого ящика, и когда я уже усомнился в его работоспособности, вдруг тихонько затренькал. По параллельному телефону Рудаков набирал чей-то номер.

В состоянии нервного возбуждения я схватился за трубку, но Лариса положила свою руку сверху.

— Ты чего? — я удивленно вскинул брови.

— Там могут услышать посторонний шум, — прошептала девчонка, потом быстро отвинтила у трубки крышку. На пол упал микрофон. — Теперь они не догадаются о том, что их подслушивают.

Я отодрал от телефона трубку. Ларису опять осенила какая-то мысль.

— Спички у тебя есть? — голос у нее оказался на удивление громким.

— Ты меня так заикой сделаешь, — я с раздражением похлопал по карманам и протянул ей зажигалку. — На, сходи покури.

Лариса зажигалку не взяла.

— Мне нужны спички. Я где-то в столе видела, — пробормотала она и опрометью бросилась из прохода.

Я вклинился в разговор в тот момент, когда Рудаков взволнованно спросил:

— …Что делать?

Фамильярный голос мужчины средних лет ему ответил:

— Успокойся… Ты можешь спокойно объяснить, что у тебя стряслось?

— Меня только что обвинили по телефону в убийстве Николаевой. — Чувствовалось, что Рудакову было уже не до застольных речей. В его словах сквозил ужас. — Он знает о документах Чернышева. Втянули вы меня в это дело, Константин Васильевич… — причитал Семен Анатольевич. — Что теперь будет…

Его прервали:

— Ты осел, Рудаков! Тебя могли спровоцировать телефонным звонком из милиции. Возможно, сейчас наш телефонный разговор записывают на пленку… Обсудим все завтра при личной встрече.

Щелчок — линия прервалась.

Лариса, которая опять торчала в тесном проходе, где с трудом могли разминуться два человека, ужасно мешала мне на протяжении беседы Рудакова с неизвестным. Она терлась об меня, и все пыталась приладить ухо к трубке. Я отгонял ее, как назойливую муху.

— Ты меня забодала! — я швырнул трубку на рычаг, но Лариса поймала ее с ловкостью игрока, принимающего волейбольный мяч, и аккуратно уложила рядом с аппаратом.